Барбара Картленд - Песня синей птицы

— Но я надоем вам со своими семейными делами, — остановил Каддингтон поток словоизвержения. — Ведь вы, милорд, хотели меня видеть?

Огромным усилием воли маркиз заставил свой голос звучать ровно, никак не выдавая отвращения и ненависти, которые испытывал к сидящему напротив него человеку.

— Три дня назад, мистер Каддингтон, мисс Сильвина Блейн принесла мне тепло написанное письмо, в котором рекомендовала графа Армана де Вальена. Я говорил с ней, и она объяснила мне, что знает графа давно — с детства. Потом я принял графа, побеседовал с ним и нашел его достаточно приятным человеком. В то же время меня несколько удивило его сильное желание работать со мной, именно в этом департаменте. Однако он объяснил, сколь глубоко он сам и его семья ненавидят бонапартовский режим во Франции, сказав, что эта ненависть заставила его пересечь Ла-Манш, чтобы присоединиться к Великобритании в ее борьбе за восстановление равновесия сил в Европе.

Маркиз сделал паузу, и мистер Каддингтон спросил:

— Вам понравился этот молодой человек?

— Вы с ним встречались ? — в свою очередь осведомился маркиз.

— Только один раз на каком-то вечере, — небрежно ответил его собеседник. — Конечно, мисс Блейн сообщила мне, что он умолял ее содействовать его стремлению служить нашей стране там, где он считает себя наиболее полезным. Боюсь, что если вы просите меня поручиться за графа, я не смогу вам помочь, так как мало знаком с ним лично.

— Думаю, француз мог бы быть нам полезен, — заметил маркиз. — Несомненно, он мог бы разнюхать для нас, кто из его соотечественников только и ждет , чтобы раскрыть наши секреты Бонапарту, отплатив нам таким образом за гостеприимство, которое Англия оказывала им с самой революции. В то же время лорд Хоксбери просил нас проявлять особую осторожность в том, кому мы оказываем доверие. Я полагаю, вам известно, мистер Каддингтон, что я нахожусь здесь в соответствии со специальным пожеланием мистера Питта.

Мистер Каддингтон снисходительно улыбнулся:

— Мистеру Питту вечно чудятся шпионы под обеденным столом. Тем не менее я склонен согласиться с вашей светлостью, что мы должны быть как можно осторожнее.

— Тогда, я уверен, вы согласитесь на то, что я собираюсь предложить, мистер Каддингтон, — сказал маркиз.

И опять ему показалось, что он заметил настороженность в глазах собеседника.

— Я всегда считал, — продолжал маркиз, — что практически бессмысленно пытаться оценить характер человека или его способности, разговаривая с ним через письменный стол. Иногда соискатель нервничает, иногда чересчур самоуверен, но он всегда пытается сыграть какую-то роль. Он никогда не чувствует себя совершенно свободно, никогда не бывает совершенно естествен. Да и как это возможно, когда решается, может быть, вопрос о всей его карьере?

— Тут я с вами согласен, милорд, — вставил мистер Каддингтон.

— И я предлагаю вот что: я приглашу графа ненадолго в Алтон-Парк, на пару дней, и если бы вы, мистер Каддингтон, нашли возможность быть в этот момент моим гостем, мы с вами могли бы определить, действительно ли он так искренен в своем желании помочь Великобритании, как говорит, и вообще может ли он быть нам полезен.

— Вы хотите пригласить меня в Алтон-Парк, милорд?

Голос мистера Каддингтона звучал ровно, но он не смог стереть со своего лица довольной улыбки.

Маркизу было прекрасно известно, что приглашения в Алтон-Парк ценились чрезвычайно высоко — даже в кругу его самых близких друзей.

Он всегда был очень разборчив, приглашая гостей. Поговаривали, что принцу Уэльскому нравилось бывать в Алтон-Парке больше, чем в других домах, которые он удостаивал своим посещением.

Маркиз подозревал, что мистер Каддингтон был снедаем честолюбивым желанием попасть в светское общество, и теперь он увидел, что не ошибся.

В его собеседнике теперь заметно было возбуждение, отсутствовавшее прежде, и губы его растянулись в самодовольной улыбке, когда он выслушивал ответ маркиза:

— Я был бы чрезвычайно благодарен вам, если бы вы сочли возможным принять мое приглашение.

— Я с удовольствием приму его, — быстро сказал мистер Каддингтон.

— Тогда как насчет ближайшей пятницы? — предложил маркиз. — Однако, я думаю, не стоит слишком явно показывать графу, каковы наши намерения. А что, если мы пригласим также и мисс Блейн, как его поручительницу — и, конечно, ее брата, который, как я понимаю, работает здесь же? Это создаст впечатление обычного приглашения.

— На мой взгляд, это прекрасная мысль, милорд.

— Я попрошу мою бабушку, вдовствующую герцогиню Уэндоверскую, которая всегда выполняет роль хозяйки дома, когда я принимаю у себя гостей, написать мисс Блейн официальное приглашение. Но поскольку времени до пятницы осталось немного, может быть, вы будете настолько добры, что убедите мисс Блейн и ее брата принять мое приглашение до завершения всех формальностей?

— Я уверен, что смогу это сделать, милорд, — самонадеянно заявил мистер Каддингтон.

— Я глубоко благодарен вам, господин помощник министра, — сказал маркиз. — Естественно, хочется быть справедливым к такому человеку, как граф, чей отец, насколько мне известно, сделал блестящую карьеру, будучи послом Франции во многих странах Европы. В то же время приходится быть осторожным: сейчас не такое время, чтобы можно было рисковать.

— Поистине так, милорд.

— Кажется, граф сейчас дожидается в приемной моего решения, можно ли ему надеяться на работу здесь, в министерстве иностранных дел. Я увижусь с ним и скажу, что я в настоящее время так занят, что нам было бы лучше продолжить наш разговор в Алтон-Парке.

Мистер Каддингтон встал.

— И в этом случае мое присутствие здесь излишне, милорд. Как вы сказали, надо избегать видимости заговора между нами относительно того, принять или не принять графа.

— Не знаю, как и благодарить вас за вашу любезность. У меня просто груз с души свалился. Я чувствовал, что это решение чересчур важно, чтобы принимать его самостоятельно, без помощи такого человека, как вы, — с большим опытом в дипломатии.

— Когда вы будете ждать нас в Алтон-Парке в пятницу? — спросил мистер Каддингтон.

— Полагаю, вы будете заняты в пятницу здесь — как, впрочем, и все остальные дни, — ответил маркиз с улыбкой. — Но Алтон-Парк всего в часе езды от Лондона, и если вам удастся приехать около пяти часов, то до обеда у нас будет еще много времени. Конечно, я приглашу кое-кого из моих друзей, чтобы познакомить их с вами. Мне посчастливилось иметь чудесных соседей, и, я думаю, вам не будет скучно в субботу и в воскресенье.

— Я уверен в этом, милорд.

Маркизу казалось, что Каддингтон только что не мурлычет как кот, дорвавшийся до сливок, при одной только мысли о том, что его ждет.