Дороти Гарлок - Волшебный цветок

— До свидания, Бонни. Я вернусь в конце недели. Бонни не ответила, но, добравшись до верхней площадки, оглянулась. Дел no-прежнему стоял у кафе. Девушка постаралась придать лицу добродушное выражение, чтобы брат ничего не заподозрил, и открыла дверь, В это время Берни обычно читал, лежа в постели и давая отдых ногам, поэтому Бойни первым делом посмотрела на его кровать. Но кровать оказалась пуста. Брат лежал на полу; лицо его превратилось в кровавую маску. У Бонни перехватило дыхание, на миг она оцепенела. Потом вскрикнула и бросилась к брату.

И тут чья-то жилистая рука обхватила ее сзади за шею, а другая, прижав ее руки к бедрам, крепко обхватила за талию.

— Тихо, детка, я еще не закончил с этим парнем, который валяется на полу. Будешь хорошо себя вести, я тебя не трону.

Бонни охватил ужас, она завизжала, но визг ее тут же оборвался — широкая ладонь зажала ей рот и нос. Нападавший так запрокинул ей голову, что девушка не видела Берни. Бонни брыкалась, пыталась освободиться, но державшая ее рука, переместившись чуть выше, так сдавила ее грудную клетку, что у девушки закружилась голова. И тут сквозь звон в ушах она услышала голос:

— Отпусти ее.

Нападавший разжал руки, Бонни судорожно вздохнула и в то же мгновение услышала выстрел. Девушка, пошатываясь, добралась до стула и ухватилась за спинку, пытаясь удержаться на ногах. Придя в себя, она наконец увидела Дела Гомера. Он убирал револьвер обратно в кобуру, всегда висевшую у его бедра. Мужчина, в которого он выстрелил, скорчился на полу у стены. Бонни бросилась к брату:

— Берни! Пожалуйста… О нет!.. — Голос ее сорвался. Она опустилась на колени рядом с братом.

Лицо Берни стало почти неузнаваемым, оно было разбито, кровь струилась из носа и из глубокой раны на лбу. Он лежал в неудобной позе, подвернув под себя деревянную ногу.

— Нужно вызвать врача!

Бонни вскочила на ноги и наткнулась на Дела. Он держал в руках мокрое полотенце:

— Вот, положите пока ему на лицо, И нужно проверить, насколько серьезно он пострадал.

Бонни схватила полотенце и склонилась над братом. В эту минуту она готова была принять помощь даже от самого дьявола. Дел опустился на колени по другую сторону от Берни. Он осторожно поднял руку раненого и положил ему на грудь. Бонни тем временем обтирала лицо брата полотенцем.

— Господи, только бы он выжил, — шептала она снова и снова. Слезы застилали ей глаза и капали на руки, которыми она промывала рану брата. Бонни не сознавала, что плачет, не сознавала, что человек, молча поставивший на пол рядом с ней таз с водой, — не кто иной, как Дел, Она прополоскала в тазу пропитанное кровью полотенце и снова приложила его к ране. Дел тем временем выпрямил ногу Берни. Когда он принес лампу, поставил ее на стул, а сам опустился на колени, чтобы осмотреть рану, Бонни уже немного пришла в себя и понимала, кто ей помогает.

— Ему нужен врач.

— Врач уехал в Биллингс.

— О Господи! — Бонни потянулась к руке брата.

— Не прикасайтесь к нему, Бонни, — Дел осторожно отвел в сторону ее руку. — У него сломаны пальцы.

Она тихонько ахнула и встретилась взглядом с Делом.

— За что его так?

— Я перенесу вашего брата на кровать и пойду поищу, чем его залатать. Наверное, этот ублюдок повалил его на пол и принялся бить ногами. На рану на лбу нужно наложить швы.

Бонни с надеждой взглянула на Дела.

— Вы сможете это сделать?

— Смогу. Но прежде нужно избавиться от этого ублюдка, что валяется у стены.

Бонни встала. Ноги ее подгибались, и она, с трудом добравшись до кровати, ухватилась за спинку.

— Кто он такой?

— Разрешите позаимствовать ваше полотенце. Я прополощу его в поилке для лошадей и верну.

Не дожидаясь ответа, он обмотал полотенцем голову убитого, подхватил его под мышки и перекинул через плечо, точно мешок с мукой.

— Кто он? — снова спросила Бонни.

— Болван по имени Миллер.

— Зачем он сюда явился? Почему напал на Берни?

— Потому что знал, что вас не будет дома.

— Когда вы его убили, у него даже не было в руках оружия! — воскликнула Бонни.

— У него в руках были вы. Я предупреждал мерзавца, чтобы он держался от вас подальше.

Дел выглянул за дверь, потом вышел и спустился по лестнице. Быстро пройдя переулком, он свернул к загону при платной конюшне. Дойдя до загона, Дел перекинул тело через загородку. Испуганные лошади шарахнулись в сторону. Потом он просунул руку между прутьями и сдернул с головы трупа полотенце, которое намотал, чтобы не запачкаться кровью.

— Грязный ублюдок! — пробормотал Дел. — Ты знал, что тебя ждет, если дотронешься до нее своими погаными лапами.

Было уже за полночь. Полковник Кайл Форсайт лежал в кровати, положив ладонь на обнаженную грудь своей экономки Рут де Бери и не обращая внимания на всхлипывания, которые она пыталась подавить. Ему было наплевать — пусть эта дура провоет хоть всю ночь. Он поддразнивал ее — потеребил сосок кончиками пальцев, пощипал курчавые волосы между ее ног. Время от времени полковник сонно позевывал.

В молодые годы Кайл легко возбуждался всякий раз, когда под боком оказывалась женщина. Однако этой ночью он выбился из сил, пытаясь получить удовольствие. В последнее время полковнику требовалось все больше времени, чтобы добиться разрядки, и это его бесило. Он винил во всем женщину. В конце концов, злой и неудовлетворенный, он влепил Рут пощечину. После этого то ли женщина сделалась более старательной, то ли демонстрация своей власти над ней разогрела его кровь, но Кайл мгновенно возбудился и в считанные минуты добился желаемого.

Нужно будет запомнить на будущее, решил полковник.

Он мысленно перенесся в прошлое, вспоминая всех своих женщин. Сколько же их было! Его внешность и положение в обществе привлекали молоденьких официанток. В него влюблялись женщины и из высшего общества, в том числе его бывшая жена, Синди Рид Форсайт. А однажды Кайл очаровал деревенскую красотку из Арканзаса и женился на ней под вымышленным именем, назвавшись Керби Гайдом. Когда жена ему надоела, он ушел на войну и устроил так, чтобы она считала его погибшим. Потом у нее родился ребенок, и дуреха еще пыталась заявить, что это его сын.

Как быстро летит время…

Полковника вывел из задумчивости стук в дверь.

Дьявол! Кто там еще?

— Рут! — Он ткнул женщину локтем в бок. — Пойди посмотри, кого там черти принесли. Скажи, чтобы приходили завтра, и побыстрее возвращайся. Может, я опять тебя захочу. — Форсайт снова и снова вспоминал о пощечине, которую влепил своей любовнице. Он хотел проверить: не насилие ли возбудило его обмякшую плоть?

Рут тут же встала с кровати. Она надела ночную рубашку, потом зажгла лампу и, прихватив ее с собой, поспешно вышла в коридор. Ночной посетитель оказался весьма настойчивым. В дверь стучали не переставая, пока Рут не открыла ее. На пороге стоял Дел Гомер. Безупречно вежливый, как всегда, он приподнял шляпу: