Стелла Камерон - Дорогой незнакомец

Когда охватившее ее возбуждение стало угасать, он уложил ее поверх небрежно брошенной одежды, лаская ее поднятое к нему лицо, целуя горящие губы. Он так много еще хотел разделить с ней, но ему следовало быть терпеливым.

Лили подтянула колени к груди и обхватила их руками.

– Это было потрясающе. – Ее голос замирал, как будто она не верила до конца в реальность происходящего. – А теперь я хочу сделать для тебя то же, что ты сделал для меня.

Оливер закрыл глаза и покачал головой. Он провел языком вдоль ее бедра.

– Довольно, – сказала она, судорожно втягивая ноздрями воздух. – Долой их, сэр.

Долой их?

– Что вы хотите этим сказать, мисс?

– Я слабая женщина, сэр. Не испытывайте долее моего терпения, притворяясь непонятливым. Снимите штаны. Я не несмышленыш. И у меня есть глаза. Я вижу, что все это оказало на вас заметное воздействие.

– В самом деле? – Он должен был ощутить что угодно, но только не радостное удивление. Но тем не менее именно его он и ощущал. Это была самая сильная страсть на его памяти.

– Поднимись, – скомандовала Лили. – Раздевайся.

Улыбаясь немного смущенно, Оливер поднялся и расстегнул штаны. Немного помедлил.

– Не могу этому поверить. Ты смущаешь меня! Я не привык демонстрировать себя таким образом.

Она хмыкнула.

– Давай не будем разыгрывать здесь спектакль, Оливер. Может быть, раньше тебе и не приходилось действовать именно так. Но не пытайся обмануть меня, что тебе никогда раньше не приходилось снимать штанов перед женщиной, ибо я тебе все равно не поверю.

– Лили!

– Ты же уже знаешь, что я – нахалка. Ну так давай! Не томи меня, или я подумаю, что ты хочешь что-то скрыть.

– Ты, моя девочка, просто возмутительна.

– Может, и так. – Ее внимание было сосредоточено на том месте, которое, очевидно, возбуждало у нее особенный интерес. – Я всегда отличалась, как говорят, вздорным нравом. Но меня никогда не называли возмутительной. Этот отзыв мне льстит.

Он вдруг понял, что стесняется раздеться до конца.

– Дорогая моя, уже слишком поздно.

– Не слишком, – отрезала она. – Мы ведь должны еще кое-что завершить, не так ли, Оливер?

Нужно ли это делать? Или ему лучше настоять на том, что они уже сделали все, что только можно?

– Тебе помочь? Я очень хочу доставить тебе те же ощущения, какие ты доставил мне.

Прилив чувственного желания застал его врасплох. Он рванул штаны вниз, переступил через них, отбросил их в сторону и предстал перед ней. Расставив ноги и уперев кулаки в бока, он стоял, едва удерживаясь от смеха при виде выражения ее лица.

Прошло довольно много времени, прежде чем она произнесла:

– Оливер!

– Да, Лили?

– Так вот из-за чего все это.

Он нахмурился и наклонил голову.

– Я бы сказала, – продолжала она, – что осязательный подход к таким вещам значительно более уместен. Кроме того, он такой чрезвычайно определенно направленный.

Оливер поскреб щеку.

– То есть… Ну, эта штука прямо устремлена на… на… Ну в самом деле, она слишком определенно направлена, ведь правда?

– В настоящий момент, – услышал он будто со стороны свой собственный приглушенный голос. – Это потому, что ты меня возбуждаешь. Ты понимаешь, что происходит между мужчиной и женщиной при таких обстоятельствах?

– В моменты страсти, ты имеешь в виду? О да, думаю, что знаю. Более или менее. Мне кажется, что мне это понравится.

Оливер застонал.

– Ты не болен?

– Я просто на пределе. Мне больно, Лили. Я дрожу от желания получить облегчение. Я схожу с ума от желания.

Она дотронулась до него прежде, чем он понял, что она встала с кушетки. Ее пальцы сомкнулась вокруг него, и у него перехватило дыхание. Он невольно подался к ней всем телом.

– Чудесно, – пробормотала она, глядя на мерные движения его плоти в своих руках. – Какая сила. Каковы ощущения?

Он покачал головой.

Она подождала.

– Неважные?

– Чудесные, – с трудом выдохнул он. – Но лучше прекратить это, или я тебя шокирую.

– Ничто в тебе не может меня шокировать.

Эта барышня слишком самонадеянна.

– Лили, я больше не могу стоять.

– Ты же сказал, что не болен.

– Я не болен. – Он, удерживая ее руки, медленно опустился на колени и увлек ее за собой. – Я слишком возбужден. Ты… Не останавливайся.

– Не буду. – Она сосредоточенно нахмурилась. – Я хочу объяснить, что ты заставил меня почувствовать, когда ты… ну, когда ты это сделал. Это было…

– Лили.

– В чем дело?

– Пожалуйста, помолчи. Просто делай то, что делаешь. Не останавливайся. Не… останавливайся. А-ах! – Облегчение стало растекаться по его телу. В нем сошлись воедино мощный напор и капитуляция, единственная разновидность капитуляции, которая делает мужчину еще более мужественным.

Она не произнесла ни слова. Молча она опустилась рядом с ним на ковер и вытянулась, тесно прижавшись к нему. Вздыхая, она поглаживала его ягодицы и напряженные бедра, а когда он закинул ногу на ее бедро, она подвинулась так, чтобы касаться его плоти.

Он снова ощутил приступ желания и улыбнулся.

– Ну как, Лили, что ты об этом скажешь?

– Подумать только, я могла прожить всю жизнь, так и не испытав этого замечательного ощущения. Ох, у меня будет о чем рассказать… о чем поговорить с самой собой, о чем подумать.

– Расскажи мне, о чем ты собираешься думать.

– О тебе. Я буду думать о тебе и о том, что ты меня заставил испытать. И я буду видеть тебя таким, каков ты есть на самом деле. С этого момента я буду смотреть на тебя и видеть тебя обнаженным.

Отрезвляющее обещание.

– В самом деле?

– О да! Теперь, когда я точно знаю, как ты устроен, я буду видеть перед собой каждую часть твоего тела. И это. – Она покачала на руке его оживающую плоть. – Я теперь смогу определить, думаешь ли ты об этом или нет. Ведь правда? Мне нужно лишь только взглянуть.

– Вы не станете делать таких вещей, мисс! Молодой барышне не пристало проводить время, глядя на мужские… Вы не будете смотреть на меня.

– На мужские верховные скипетры?

Оливер разразился смехом и прижал ее к себе. Он зарылся лицом в ее спутанные шелковистые волосы.

– Просто не знаю, кто ты – невинная шутница или коварный дьявол.

– Я всего лишь откровенна, – возразила она. – Эта часть твоего тела величественна и прекрасна.

– Хватит. – Он пощекотал ее, и она его отпустила, пытаясь перехватить его руку. – Не тебе со мной тягаться, милая Лили. Насколько я понял, ты вполне удовлетворена событиями этой ночи?

– Я бы этого не сказала. – Ей удалось схватить одну его кисть, но он поднес ее руку вместе со своей к ее груди. – О, конечно, это было очень познавательно, но это никак нельзя назвать вполне удовлетворительным.