Ширли Басби - Моя единственная

Через несколько минут, шатаясь и сгибаясь под тяжестью Хью, она помогла ему добраться до этой кровати. Даже в тусклом свете лампы было видно, как смертельно бледно его лицо. Ресницы и брови казались черными штрихами на белой бескровной коже.

Микаэла поежилась. В промокшей насквозь одежде было холодно и неприятно, а до того, как их обнаружат, могут пройти часы. Она сняла с Хью куртку, пиджак и манишку, стянула с его ног сапоги и разложила все это сушиться у огня. Вскоре там же оказались ее ботинки и жакет. Делать больше было нечего. Девушка осторожно присела у камина и, прижавшись подбородком к коленям, стала смотреть на пляшущие в нем языки пламени. Их завораживающие движения успокаивали. Ничего страшного не случилось, Франсуа и другие обязательно начнут искать их сразу же, как только обнаружат, что она не вернулась. Дождь скоро прекратится, и уже через несколько часов она окажется дома и с наслаждением погрузится в горячую ванну. Хью? Она с тревогой бросила взгляд на неподвижную фигуру на кровати. Он обязательно поправится. Обязательно! Не успеешь оглянуться, как он выздоровеет, начнет ходить и… И вновь станет таким же самонадеянным и несносным, как всегда. Наглец!

Глава 8

Хью застонал и очнулся. Притронулся рукой к раскалывающейся голове, обвел туманным взором комнату и попытался вспомнить, где он находится. Раскаленные угли потрескивали в камине, на висящей над ним полке шипела тусклая масляная лампа. С улицы доносился монотонный шум дождя. Маленькое полутемное помещение содрогалось от грома. Наваждение какое-то…

Пытаясь сосредоточиться, Хью потряс головой и тут же вновь застонал от боли. Что-то смутно вспоминалось: он сам, падающий с лошади… Микаэла, похожая на прекрасную лесную колдунью. То ли сон, то ли явь. Превозмогая боль, он сел и сразу же увидел у камина изящную женскую фигурку. Микаэла!

Мгновенно вспомнив все, что произошло, он с трудом встал. Оставаться здесь с ней нельзя ни в коем случае! Ни минуты! Если, конечно, он не хочет, чтобы его навсегда привязали к этой маленькой ведьме с острым как жало язычком. Возможно, уже поздно. Который сейчас час, он не знал и не мог даже приблизительно представить, сколько времени провел в этой комнатушке наедине с Микаэлой. В любой момент сюда могут ворваться ее разгневанные родственники и призвать его к ответу. Самое лучшее, что могут они с мадемуазель Дюпре сейчас сделать, это побыстрее сесть на лошадей и во весь опор мчаться в Ривербенд. В такой ситуации не до головной боли и бушующей за окнами грозы.

Хью подошел к спящей девушке и посмотрел ей в лицо. Отблеск язычков пламени позолотил ее маленький носик и по-детски нежные щеки. Черные локоны в живописном беспорядке прикрывали лоб. Грудь мерно вздымалась и опускалась под изящной батистовой блузкой. Она была поистине прекрасна! У Хью даже во рту пересохло от нестерпимого желания опуститься на колени, обхватить ее руками и разбудить нежным поцелуем. Сила желания испугала. Обругав себя последними словами, Хью совсем неделикатно прикоснулся к ноге девушки носком ботинка.

— Проснитесь, Микаэла! Мы должны ехать. Немедленно! Микаэла шевельнулась и чуть приоткрыла глаза. То, что она увидела, напоминало продолжение страшного сна: в полутьме прямо перед ней возвышалась грозная фигура высокого крупного мужчины. Девушка вскочила и в страхе вытянула руки вперед.

— Не прикасайтесь ко мне! — прошептала она дрожащим голосом.

— У меня нет ни малейшего намерения прикасаться к вам, — усмехнувшись, ответил Хью. — Если я и притронусь к вам, то только для того, чтобы задушить.

Окончательно проснувшаяся от этих слов Микаэла посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Почему?.. — спросила она с искренним недоумением. — Что я натворила на сей раз? Сейчас-то вас что разозлило? Хью подбоченился и мрачно улыбнулся.

— То, что все чересчур хорошо подстроено, моя дорогая. Но меня вам не провести! А ведь совсем недавно мне и в голову не могло прийти, что вы можете унизиться до подобного обмана.

У Микаэлы мелькнула мысль, что у Хью помутился рассудок. Но терпеть оскорбления она не собиралась и от сумасшедшего.

— Не понимаю, о чем вы говорите. Лично я никого не обманывала и не собираюсь!

Глаза обоих пылали гневом. Казалось, еще мгновение — и они набросятся друг на друга. И как раз в этот момент неожиданно распахнулась дверь. Хью и Микаэла одновременно вздрогнули. Он повернулся, инстинктивно загораживая девушку от возможного нападения. Но опасность, как выяснилось, угрожала не ей — в дверном проеме показались Жан и Франсуа.

Выглядели они мрачными и несчастными. Только они знали, что означает представшая перед глазами картина. Ведь в данный момент в этом месте с Микаэлой мог быть Ален. И он наверняка бы был здесь, если бы не эта дурацкая дуэль. Судьба жестоко посмеялась над ними — тщательно продуманный план осуществился, но в совершенно искаженном виде. Как и предполагалось, Микаэла Дюпре была скомпрометирована, вот только совсем не тем мужчиной, который устраивал их.

Что-то в выражениях лиц дяди и брата испугало Микаэлу. Но, быстро пересилив страх и растерянность, она вышла из-за спины Хью и посмотрела на вошедших.

— В чем дело? Что-то случилось? — Сердце вдруг екнуло от страшного предположения. — Мама! С мамой все в порядке? Она добралась до дома благополучно?..

— Не мама, а ты, моя дорогая, — тяжело вздохнул Жан, — попала в беду.

Лицо девушки выражало полное недоумение. Широко раскрытыми глазами она смотрела то на брата, то на дядю.

— Что ты имеешь в виду?

— А ты не знаешь, который сейчас час? — вмешался потерявший терпение Франсуа. — Вас повсюду ищут. Вся округа на ногах. Как только обнаружилось ваше исчезновение, все бросились на поиски. Спрашиваешь про маму? Да она сходит с ума от волнения! Она боится, что ты упала с лошади и сломала шею или утонула в болоте. Неизвестно еще, что лучше — это или то, что произошло на самом деле… — пробормотал он.

Микаэла сжалась как от удара. Она начала понимать, что случилось непоправимое, что навсегда изменит ее жизнь. Но верить в это не хотелось.

— Микаэла! — с болью в голосе, почти торжественно продолжил брат. — Уже далеко за полночь! Много часов подряд ты находилась здесь без какого-либо сопровождения наедине с этим американцем. — Увидев, как побледнела сестра, он опустил глаза. — Мы бы и рады были сохранить все это в тайне, но уже все друзья и соседи знают, что ты пропала. Они тоже ищут тебя повсюду, и нет никакой возможности скрыть твой позор. Есть лишь один способ сохранить твою репутацию и честь нашей семьи.

Воцарившееся после этих слов напряженное молчание неожиданно прервали аплодисменты Хью.