Виктория Александер - Идеальная жена

— Николас, ты не можешь мне указывать, — возразила Сабрина, сдерживаясь, чтобы не топнуть ногой.

— О, нет, могу!

Она с гневом взглянула на него:

— Вот уже тринадцать лет мне никто не указывал, что я должна делать, черт возьми! Если ты думаешь, что именно ты будешь говорить мне, что я могу или не могу делать как я должна или не должна вести себя, тебя ждет глубокое разочарование. — Она повернулась к Мэтту: — Скажи ему, Мэтт. Скажи ему, что он не может приказывать мне, как прислуге. Скажи, что он не может вмешиваться в мою жизнь.

— Бри… — Мэтт с сочувствием посмотрел на нее. — Этот человек — твой муж и имеет определенные права.

Николас торжествующе усмехнулся. Сабрине оставалось только сдержать желание ударить его, а заодно и Мэтта. Окруженная людьми, старавшимися внушить ей, что у мужа есть на нее права, Сабрина почувствовала, что ей надоело это слушать.

— Однако, — Мэтт перевел взгляд с Сабрины на ее мужа и тихо сказал: — у него нет права указывать мне, что я должен делать.

Николас ответил сдержанно, но с явным вызовом:

— Держись от нее подальше, Мэдисон.

— Я буду поступать так, как захочу. Это мой корабль, а Бри — дорогой мне друг.

— Тогда слушайте. — Николас насупился, и от его ледяного тона у Сабрины сжалось сердце. — Она — мне не друг, она — моя жена. И я не потерплю, если еще раз повторится нежная сцена, которую я уже наблюдал здесь.

Мэтт скрестил на груди руки.

— Мне кажется, что под видом супружеских прав ты требуешь слишком многого. Особенно для человека, не подтвердившего эти права.

— Объяснись, Мэдисон, — холодно потребовал Николас.

Мэтт лениво пожал плечами:

— Насколько я понимаю, еще не было брачной ночи.

Только скрип корабельных снастей нарушал мертвую тишину, внезапно наступившую в каюте. В воздухе чувствовалось такое напряжение, что Сабрине нечем было дышать. Мужчины обменивались ледяными взглядами, как бы оценивая храбрость друг друга, определяя силу и умение, слабости и недостатки. Любая попытка избежать прямой схватки казалась напрасной.

Николас сжал кулаки и так быстро разжал их, что Сабрина подумала, будто это ей привиделось.

Черные глаза Николаса блеснули.

— Кажется, ты вынудил меня зайти слишком далеко, Мэдисон. Хотя должен сказать, что ничего иного я и не ожидал от… американца. По своему опыту я знаю, что американцы грубы, неотесанны и плохо воспитаны.

Он словно выплюнул в лицо эти слова, и Сабрина подавила стон. Внешне Мэтт почти не реагировал на оскорбление. Только набухшая вена, пульсировавшая на шее, выдавала его ярость.

— Однако когда женится американец, его жена знает, что она по-настоящему замужем.

— Мэтт! — воскликнула Сабрина, возмущенная этим намеком. — Довольно! Что касается тебя, — она повернулась к Николасу, — то он любит англичан не больше, чем ты американцев. И вы оба прекратите сейчас же этот отвратительный спор.

Сабрина сердито посмотрела сначала на одного, затем на другого. Они оба были слишком упрямы и буквально пылали гневом, чтобы обратить на нее внимание. Она боялась, что этот гнев приведет к неизбежному концу.

— Как ты понимаешь, я должен потребовать сатисфакции, — ровным и холодным тоном заявил Николас.

— На меньшее я и не согласен, — так же спокойно ответил Мэтт.

Сабрина смотрела на них, не веря своим глазам. Казалось, что обмен вызовами вернул им способность рассуждать трезво. Оба были сдержанны и спокойны. Только горящие глаза выдавали их истинные чувства. Этот блеск глаз говорил о том, что они жаждут схватки, что было совершенно бессмысленно.

— Надеюсь, вы оба понимаете, что не будет никакой дуэли. — Она, скрестив на груди руки, посмотрела на обоих. — Я не позволю этого.

Видя удивление, отразившееся на лицах обоих мужчин, она подумала, не забыли ли они о ее присутствии.

— Скажи своей жене, Уайлдвуд, что она не может тебе указывать.

— Сабрина, это не твое дело.

— Конечно, мое, — резко заявила она.

— Ты знаешь ее дольше, чем я. Она всегда вмешивается в дела, которые ее не касаются?

— Всегда, — подтвердил Мэтт.

— Перестаньте разговаривать так, словно меня тут нет! — возмутилась Сабрина. — Я не допущу, чтобы вы убивали друг друга!

Николас усмехнулся:

— О, мы не будем убиты оба. Обычно один остается стоять.

— Да, как правило, этим кончается, — с серьезным видом кивнул Мэтт и повернулся к Николасу. — Поскольку это ты потребовал удовлетворения, я могу выбрать оружие?

Николас в знак согласия пожал плечами.

— Из уважения к Бри, — Мэтт слегка наклонил голову в ее сторону, — я не убью тебя. Но мне бы очень хотелось сделать из тебя котлету голыми руками.

Николас улыбнулся, но его глаза мрачно сверкнули.

— А я испытываю непреодолимое желание отколотить тебя до потери сознания.

— Выйдем на палубу? — Мэтт шагнул к двери и распахнул ее.

— Если желаешь.

Николас вышел. Мэтт последовал за ним. Сабрина осталась стоять посреди каюты. По их виду можно было подумать, что они направляются на прогулку.

— Черт бы вас побрал, — проворчала она и бросилась вслед за ними.

Через несколько минут на верхней палубе мужчины сбрасывали свои рубашки. Вокруг них собрались матросы.

«Этого не должно произойти!» — думала в панике Сабрина. Она не хотела, чтобы кто-то из них пострадал. Сабрина заметила Саймона, заключавшего пари с несколькими матросами об исходе поединка. Она поймала его взгляд и нахмурилась, он тоже казался возбужденным от ожидаемой схватки.

— Неужели ты ничего не можешь сделать? — спросила она.

Непритворное удивление появилось на лице Саймона.

— А зачем, ради всех святых, я должен что-то делать? Им обоим это будет только полезно, да и команда немного развлечется. Может, ты и не заметила, но это назревало с самого начала, как только они встретились.

— Да ведь прошло не больше часа! Не могу поверить, что за такое короткое время может возникнуть смертельная вражда.

— Может, ты забыла, когда они увидели друг друга? — Саймон наклонился и сказал ей на ухо: — Когда его милость впервые увидел капитана, тот здоровался с тобой таким образом, каким ни один муж не позволит своей здороваться с другим мужчиной.

— Я все объяснила Николасу.

Лохматые брови Саймона поползли вверх.

— И он понял?

— Да нет, — уклончиво ответила она, — не совсем. Она указала на мужчин, готовившихся к поединку. — Но я все равно не вижу в этом необходимости.

— Так это потому, что ты не мужчина, — снисходительно кивнул Саймон.

Она с изумлением уставилась на него.

— Если у мужчин так устроены мозги, я могу считать, что мне повезло.