Лоретта Чейз - Не совсем леди

– Так или иначе, – сказала Шарлотта, – мне надо с вами поговорить.

– А сейчас разве вы со мной не говорите? – Дариус оглянулся и плотно затворил за собой дверь.

– Нет-нет, дверь должна оставаться открытой! – воскликнула Шарлотта.

Дариус шумно вздохнул.

– Ну, если вы настаиваете на том, чтобы наш разговор прошел при свидетелях…

Шарлотта с недоумением взглянула на него:

– При свидетелях?

– Видите ли, я пришел поговорить с вами о том, что случилось вчера. – Дариус закашлялся.

От волнения Шарлотту бросило в жар.

– Вчера ничего не случилось, – поспешно сказала она.

– Боюсь, это не совсем так. Возможно, я и болван, но осознаю свой долг. – Дариус приблизился к ней и опустился на одно колено, чем, видимо, чрезвычайно напугал Шарлотту, и она в ужасе отпрянула назад.

– Сейчас же поднимитесь. Вставайте, я сказала!

– Если я поднимусь, то не буду выглядеть достаточно жалким и униженным. – Дариус вздохнул. – По сути, мне надо было бы вползти в комнату на животе.

– Ну что вы, мистер Карсингтон. – Шарлота, похоже, начала немного приходить в себя. – Времена Средневековья уже прошли.

– Времена Средневековья?

– Да. То было… Очень давно. Побойтесь Бога, мистер Карсингтон, мне двадцать семь лет, ну что вы, в самом деле? Вы должны встать. Поймите же, если вы не подниметесь с колен, я не стану вас слушать. – Шарлотта обошла его и с решительным видом направилась к двери.

– Нет, вы должны меня выслушать. – Дариус ударил кулаком по колену. – Я страдаю, как… как неизвестно кто, и это чертовски неприятно. Если хотите, ударьте меня. Бейте меня, пока я не упаду без чувств…

Шарлотта расширившимися глазами смотрела на него.

– Что вы такое говорите, черт возьми?

– Я пришел к вам, чтобы извиниться за мою глупость, неблагодарность и… и за узколобость. Вместо того чтобы носиться со всякими там занавесочками и обоями, вы предложили проект, который имеет громадное экономическое значение и представляет огромную ценность. Большинство мужчин за слоями грязи не разглядели бы в моей усадьбе перспективу, а вам это удалось. Я униженно прошу у вас прощения за мое по-детски глупое и неджентльменское поведение. Мне надо было на коленях и со слезами на глазах благодарить вас, а не отзываться насмешливо и презрительно о том, во что вы превратили мою молочную ферму.

Шарлотта облегченно вздохнула, ее глаза засветились радостью. Она чувствовала сейчас гораздо большее счастье, чем вчера, когда ушли слуги, а она осталась и просто молча наслаждалась, испытывая удовлетворение от выполненной работы и от того, что она потрудилась на славу. И чем сильнее она гордилась собой и достигнутым результатом, тем горше ей выслушивать насмешки Карсингтона.

Если бы у нее вчера хватило здравого смысла просто тихо уйти! Так нет же, она пыталась подробно объяснить ему, что и зачем делала. Ей очень хотелось завоевать его расположение, добиться признания своих успехов, она ждала от него одобрения…

Тем не менее Шарлотта хорошо усвоила этот урок. Отныне и впредь она будет держаться на подобающей дистанции от него.

– Ах молочная ферма, – протянула она. – Очень интересно.

Дариус поднялся.

– Да, молочная ферма. – Он впился в Шарлотту взглядом, как коршун впивается в свою добычу. – Как вы думаете, для чего я пришел тогда? Что еще я мог вам сказать?

Как что? Конечно же, только одно – «выходите за меня замуж». Само собой разумеется, ответ «да» полностью исключался. Тогда бы мистер Карсингтон сразу понял, что она не невинна, и возненавидел бы ее за то, что она обманула его. Но лучше бы он совсем не заводил этот проклятый разговор.

– Ничего страшного, – бодро проговорила Шарлотта. – Я принимаю ваши извинения. А теперь мне надо идти. – Она направилась к двери.

Дариус догнал ее и перегородил ей дорогу.

– Вы подумали, что речь идет о предложении руки и сердца, поэтому выглядели такой испуганной.

– И вовсе я не была испугана, – солгала Шарлотта. – Это вам показалось. Неужели я поверю, что человек с такими прогрессивными, как у вас, взглядами способен предложить женщине брак? – Почувствовав, что ей трудно говорить, Шарлотта проглотила комок в горле. – Вряд ли вам стоит так волноваться из-за одного незначительного инцидента…

– То есть из-за поцелуя, – сказал Дариус очень тихо.

– Ну да, из-за него. Я же говорила вам, что тот эпизод ровным счетом ничего не значит для меня.

– Вы имеете в виду тот случай, когда я поцеловал вас и задрал вам юбки?

– Я бы попросила об этом не упоминать, будьте так добры.

– Нет, я не так добр. – Дариус почувствовал, что все больше теряет терпение.

– В этом я уже имела удовольствие убедиться, – заметила Шарлотта. – А сейчас, если вы не станете загораживать мне дорогу, я постараюсь поскорее найти для себя место, где вас нет.

Дариус настежь открыл дверь комнаты, и Шарлотта прошествовала мимо, держа голову так высоко, что у нее заболела шея.

– Могу я уточнить у вас еще одну деталь? – крикнул Карсингтон ей вслед.

– Я вас слушаю. – Она не остановилась и не повернула головы.

– Вы не вернете грязь обратно в коровник? – спросил он.

– Ну конечно, нет: это было бы просто глупо. Всего хорошего, мистер Карсингтон. – Все с тем же горделивым видом Шарлотта двинулась дальше.

– Осторожно! – почти сразу послышался чей-то крик, но было уже слишком поздно: Шарлотта задела ногой ведро с водой и оно опрокинулось. Вода полилась на пол, и хотя Шарлотта остановилась, ее туфли с тонкими подошвами заскользили по мокрому полу. Пытаясь сохранить равновесие, она взмахнула руками и тут же почувствовала, что падает…

Затем чьи-то сильные руки подхватили ее и подняли. Все это случилось так быстро, что Шарлотта и моргнуть не успела. Но как только она поняла, что попала в объятия Дариуса, ее воля мгновенно окрепла и она стала энергично высвобождаться из его рук.

И тут она увидела мальчика, который смотрел на нее широко раскрытыми глазами.

При этом он что-то говорил, и Карсингтон тоже что-то говорил, но Шарлотта не могла понять ни слова: у нее зашумело в ушах, в глазах потемнело…

Она судорожно вздохнула и на мгновение закрыла глаза, а когда открыла их, мальчик все еще стоял на том же месте, и он не был сном, не был ее фантазией.

Буйные кудри светло-золотистого цвета, веселый вихор.

Ее, Шарлотты, волосы.

Только глаза не ее: один – голубой, другой – карий. Глаза Джорди.

«Только бы не упасть в обморок, – приказала она себе. – Все, что угодно, только не в обморок!»

Глава 8

Дариус был уверен, что Шарлотта с праведным негодованием оттолкнет его, однако она как-то странно затихла, замерла в его объятиях. Дразняще нежная кожа ее шеи была всего в нескольких дюймах от его губ, и еще ему ужасно хотелось провести ладонями по ее бокам – вверх и вниз, гладить ее еще и еще – везде. А потом уволочь ее обратно в комнату, запереть дверь и…