Кэтрин Полански - Крест и полумесяц

Нет ничего приятнее, чем нарушать правила, установленные сумасшедшим негодяем.

Глава 17

Неизвестно какими путями, но в гарем доходили абсолютно все новости, и вот уже целую неделю женщины обсуждали близящееся затмение солнца. Одни считали, что обязательно в этот день случится нечто ужасное, другие высмеивали паникерш. Гарем гудел как растревоженный улей, даже разговоры о мужчинах, как со смехом заметила Хафиза, отошли на второй план. Мужчины были и будут всегда, а затмение солнца в их жизни случится только однажды.

Злата давно знала о затмении, поэтому старалась объяснить обитательницам гарема физическую сущность этого явления, используя для моделирования ситуации персики и финики, так как с арабским языком у нее по-прежнему было не очень, хотя она и усиленно занималась – теперь уже под руководством Хафизы. Но словарного запаса, чтобы объяснить затмение, все равно не хватало. Женщины охали, вздыхали, но оставались при своем мнении.

В конце концов Злата махнула рукой и перестала вступать в беседы на эту тему. К тому же она решила воспользоваться затмением и еще раз попытаться сбежать, хотя после очередной неудачи дала себе зарок ничего больше не предпринимать. Но грех не использовать столь необычную возможность! Кажется, в гареме будет переполох, даже гарем-агалары увлеченно чернили стекла над огнем, чтобы наблюдать затмение. Что ж, тем лучше!..

– Злата, – окликнула Хафиза подругу, сидевшую у фонтана. – Присоединишься ко мне за обедом?

Сейчас почти невозможно узнать в Хафизе ту маленькую и робкую девушку, что совсем недавно пришла в беседку к Злате: старшая жена обзавелась свитой из верных евнухов и распоряжалась в гареме, как полновластная хозяйка. Что ж, идея подловить Джанан с Малик-ага оказалась плодотворной, и, поставив противников в безвыходное положение, Хафиза с помощью Златы смогла перехватить бразды правления. Что ж, революция в гареме увенчалась успехом: Джанан вела себя тише воды ниже травы, а Малик-ага вообще удалился на покой и оставил свой пост, сказавшись больным. Вместо него главным евнухом гарема стал Имад, но вряд ли он способен доставить кому-либо неприятности.

– Конечно, Хафиза-хатум, – улыбнулась Злата. – Всегда рада.

– Ах, оставь! – махнула рукой девушка. – Жду тебя после молитвы…

Однако пообедать с подругой не удалось: гарем удостоил посещением господин. Злата намаз не совершала, так что сидела совсем одна в киоске и по-прежнему размышляла о побеге. Хафиза сочувствовала подруге и казалась неспособной на предательство, так что Злата наконец решилась просить у нее содействия, потому что Амир так и не сказал ни «да», ни «нет». Надежда теперь на Хафизу.

Погруженная в свои мысли, Злата сначала не обратила внимания на суету у выхода на мужскую половину, но потом неожиданное оживление привлекло ее внимание. Из киоска все было отлично видно: двустворчатые двери распахнулись, евнухи склонились в почтительном поклоне, и в гарем вступил его хозяин и повелитель в сопровождении незнакомого низкорослого и худощавого мужчины с неприятным, каким-то крысиным лицом. Гарем-агалары тут же разбежались в стороны, дабы проследить, чтобы все женщины оставались в своих комнатах, а господин и его гость проследовали в покои хатум.

Злата поняла, что про нее, кажется, позабыли: ни один из евнухов не пришел к ней с приказом вернуться в свою комнату. Что ж, отлично, не хочется сидеть в четырех стенах, она и так там достаточно насиделась! И даже почитать новой книжки нет. Девушка на всякий случай укрылась в тени шпалеры, желая и дальше оставаться незамеченной. Как оказалось, не одна она жаждет укрыться от посторонних глаз: с другой стороны киоска прятался Амир.

Злата удивилась, но все же решила привлечь к себе его внимание и бросила в молодого человека виноградину. Тот оглянулся и приложил палец к губам.

Злата пожала плечами и не стала шуметь. Через пару минут, когда хозяин скрылся в покоях жены, Амир перебрался к Злате, сурово взглянул на нее и спрятался за ее кушеткой.

– Сиди тихо, – приказал он.

– Что это ты мной командуешь? – возмутилась Злата.

– Пожалуйста! – теперь вежливо попросил Амир.

– То-то же, – улыбнулась девушка. В душе она почему-то радовалась каждой маленькой победе, которую удавалось одержать над молодым восточным мужчиной. – Почему ты прячешься?

– Меня здесь нет, ты помнишь? – прошептал Амир.

– Успокойся, женщин заперли по комнатам, а евнухи толпятся у дверей хозяйки, – доложила диспозицию Злата. – Так почему ты прячешься?

– Потому что человек, что пришел с Ибрагимом, мой дядя Дауд, – нехотя объяснил молодой человек.

– Ты до сих пор не хочешь мне объяснить, зачем ты в гареме? И почему я здесь? – Злата задавала эти вопросы уже не первый раз, но Амир так и не объяснился. – Он твой дядя – и что? Он тебе враг?

…После вечерней молитвы Амир зашел в библиотеку, чтобы взять «Тайме», которая хоть и доходила до Сирии с опозданием, все равно оставалась весьма актуальным и интересным чтением. Отец всегда просматривал газету с утра, а потом оставлял в библиотеке, а сын изучал прессу перед сном. Молодой человек уже даже разделся, оставшись в одной абайе, когда вспомнил про «Тайме», но не поленился и спустился в библиотеку.

Дауд все еще был там. Вот незадача!

Амир взял газету со столика и уже собрался выйти из библиотеки, но заметил, что джебба дядюшки подозрительно топорщится на груди.

– Дядя, что у вас с халатом? – ехидно спросил он. Дауд прижал руки к груди, но не дрогнул.

– Не твое дело, щенок!

Амир уже открыл рот, чтобы позвать слуг, но потом решил, что отец будет недоволен, если сын опозорит дядю перед домочадцами. Не стоит шуметь, он справится сам.

– Отдай книгу, дядя, – спокойно сказал он.

– Нет. – Мерзкий Дауд неожиданно показался Амиру страшным и опасным.

– Я не выпущу тебя отсюда с книгой, – твердо стоял на своем юноша. Не хватало еще позволить воровать раритеты. Какой позор для семьи Бен-Нижадов!

Дауд неожиданно ловко перепрыгнул через стол, заваленный книгами, и оказался в паре шагов от племянника.

– Попробуй меня остановить, – прошипел он и выхватил из складок джеббы кинжал.

Амир тоже вытащил из ножен свой и встал в защитную позицию. Он каждый день занимался с наставником, поэтому был уверен в своих силах. Да, на мгновение Дауд показался ему опасным, но сейчас дядя выглядел просто комично: чалма сбилась набок, а кинжал он держал совсем неловко.

Через пару минут Амир понял, как он ошибся… Занятия с наставником – это хорошо, но Дауд был опытнее и старше и владел оружием виртуозно. Двигался он так быстро, что казалось, его кинжал превратился в молнию. Амир отбивался из последних сил, но не отступал.