Робин Ли Хэтчер - Подруга пирата

— Может быть, зайти на Мадейру, — предложил Спар, словно читая мысли Тристана. — Там мягкий климат и нет военного гарнизона.

Тристан решительно направился к штурвалу, бросив через плечо:

— Если ветер не изменится, мы сможем там быть завтра.

Что-то странное было в том, как солнечный свет наполнял комнату, но поначалу Джасинда не могла этого понять. Несколько раз она закрывала глаза от яркого света и опять открывала. В чем же дело? Почему в комнате так светло? Она осмотрелась.

Потом девушка услышала пение птиц. «Наверное, я вижу сон», — подумала она. Нет. Это, действительно птичьи голоса.

Она осмотрелась. Это был не просто яркий солнечный свет. Ее окружали белые стены. Но ведь они не были раньше белыми. Что это — другая комната, другое окно, поющие птицы и корабль не качается. Значит, она не на корабле. В панике девушка хотела вскочить, но тут же опять упала на кровать.

— Наконец-то! Но давайте пока не будем вставать! — перед ней появилась огромная фигура Спара.

Джасинда подняла руку ему навстречу. Ей показалось, что к каждому запястью привязан тяжелый груз. Она коснулась воротника его рубашки, чтобы убедиться, что это явь, а не сон.

— Выпейте, леди Джасинда. — Одной рукой Спар поддерживал ее за шею, а другой подносил к губам прохладную кружку.

С великим удовольствием Джасинда выпила все до дна. Спар осторожно положил ее голову снова на подушку.

— Где мы? — спросила она, произнося слова хриплым шепотом.

— Мы на Мадейре. Это остров в Атлантическом океане. — Он сел рядом. — Вам нельзя разговаривать. Надо уснуть.

— Я была больна?

— Да, вы сильно болели.

Джасинда утомленно кивнула. Ее глаза подчинились его просьбе и закрылись, хотя она еще собиралась что-то сказать.

Когда она проснулась в следующий раз, солнечный свет не показался ей таким слепящим, и она чувствовала в себе больше сил. Теперь, когда Джасинда подняла голову, она узнала рыжие локоны Иды, дремлющей на стуле рядом с ее кроватью.

— Ида! — прохрипела она. Девушка вскинула голову.

— Здравствуйте, миледи! Приятно, что вы снова пришли в себя.

Джасинда попыталась улыбнуться, и почувствовала, как треснула на губах кожа. Она вздрогнула, касаясь ее пальцами.

— Мне хочется пить, — сказала она.

— Вот, пейте. Мы столько страху натерпелись из-за вас, мисс. Я рада, что вы обвели вокруг пальца эту страшилу с косой. Мне кажется, за эти дни она не раз за вами приходила.

Пока Ида болтала, Джасинда жадно пила воду. Осушив стакан, она откинулась назад и прислонилась к стене. На какое-то время эти усилия ослабили ее, и закружилась голова. Но вскоре все в комнате стало на свои места. Джасинда знала, что с каждой минутой она становится все сильнее.

— Вы съедите что-нибудь, миледи? Есть отличный говяжий бульон. Это гораздо лучше той соленой свинины, которую мы ели на корабле.

Джасинда кивнула.

— Но без меня не пытайтесь вставать, — предупредила ее Ида. — Я мигом вернусь.

— Хорошо, не буду, — прошептала Джасинда. Ида вернулась быстро, как и обещала. Джасинда едва успела окинуть взглядом простую белую комнату, как она вошла с подносом.

В тарелке дымился горячий бульон, приятный аромат наполнил комнату, разжигая аппетит. Ида поставила на колени Джасинды поднос и дала ей ложку.

— Ты ухаживала за мной? — спросила Джасинда.

— Не только я, миледи. Я только выполняла то, что говорил мне Спар.

— Спар?

Зеленые глаза Иды засветились.

— Да, именно он. Я никогда в жизни не видела такого доктора, не будь я Ида Спенсер. Он очень хорошо ухаживал за вами, тут уж ничего не скажешь.

Спар — доктор? Она не могла отрицать того, что говорила Ида, но поверить, что этот гигант-моряк был целителем, а не пиратом было очень трудно. А пиратом, как она считала, был каждый человек на борту «Танцующей Габриэллы».

— А где другие женщины, Ида?

— Они все еще на корабле, в гавани. На берег сошла только я.

— Они… С ними все в порядке?

Ида улыбнулась, а потом громко расхохоталась.

— В порядке? Я бы сказала, что никому из них раньше не было так хорошо. У меня хватило бы хитрости и ловкости убить того громилу, что притащил меня сюда. — Она задумчиво помолчала. — Может быть, я так и сделаю, если встречу его опять. Но сейчас у нас всех достаточно еды, есть теплая одежда. И никому не приходится падать на спину, чтобы прокормить себя. — Она посмотрела на Джасинду и покраснела. — Извините меня, миледи.

Неожиданно Джасинда вспомнила их первую встречу той ночью, скорбный и враждебный вид, с которым Ида восприняла новость, что Джасинда — титулованная особа.

— Почему ты решила ухаживать за мной?

— Это не я решила, миледи. По крайней мере, не я первая предложила. Капитан пришел за мной, когда на вас напала лихорадка в первый раз.

— Капитан?

— Я спрашивала о вас раньше, и он вспомнил об этом. Он совсем отощал, заботясь о вас и о корабле.

Сердце Джасинды подпрыгнуло. Она почувствовала жар и подумала, неужели у нее все еще держится температура?

— Капитан ухаживал за мной?

— Ой, он был так обеспокоен! Но сейчас обрадуется, когда увидит, что вы поправляетесь.

— Он придет сегодня? — спросила Джасинда, глядя на угасающий солнечный свет, проникающий через окна.

— Да.

Джасинда коснулась своих мягких волос. Она почувствовала под ладонью спутанные пряди. Ее пальцы опять дотронулись до губ, ощущая их потрескавшуюся и сухую поверхность.

— Ида, я хотела бы принять ванну.

— Ванну? Не знаю, миледи. Спар ушел на корабль, и я…

— Ванну, Ида. Я очень прошу. — Она выпрямилась на кровати и откинула одеяло. — Если ты не проводишь меня, я сама это сделаю.

Ида подскочила на ноги, подняла руку, предупреждая Джасинду, чтобы та не поднималась.

— Хорошо, миледи, я все сделаю. Только не вставайте, пока я не вернусь.

Джасинда вздохнула и опять устроилась на подушке.

— Обещаю. Я не шелохнусь, пока ты не вернешься с водой.

Умиротворенная тишина накрыла город, когда Тристан направлялся к коттеджу, в котором жили Джасинда и Ида. Случайный голос послышался и замолк. Вдалеке лаяла собака. С другого конца улицы ей ответила вторая. Шаги Тристана были торопливыми. Спар сказал ему, что Джасинде стало гораздо лучше, а это было сейчас для него самое главное. Его походка стала несколько энергичнее, и он даже просвистел несколько нот. При приближении к маленькому домику до него донеслись голоса, звучавшие на кухне, пристроенной к задней части дома. Он узнал голос Иды и голос старухи, сдававшей им свободную комнату. Он на мгновение замедлил шаг, прежде чем войти в дом через переднюю дверь.