Аманда Квик - Двое в лунном свете

– Да, я, пожалуй, соглашусь с тобой. К тому же твое предположение не лишено смысла. – Обойдя стол, Эмброуз встал к нему спиной – так он оказался ближе к Конкордии. – На самом деле я еще не все рассказал тебе.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Вот уже несколько месяцев ходят слухи о том, что Ларкин завел дружбу с каким-то представителем высшего света, – начал Эмброуз. – Так что, возможно, именно этот новый человек из компании Ларкина и обратился к миссис Джервис с просьбой подыскать ему подходящую учительницу для четырех девочек – в качестве эксперимента. Вот его-то, полагаю, мисс Бартлетт с миссис Джервис и пытались шантажировать.

Конкордия сложила на груди руки.

– Если новый партнер Ларкина вхож в высшее общество, то он, несомненно, опасается шантажа, – сказала учительница. – Потому что шантаж может отразиться на его репутации.

– Ну да, и такой человек будет готов на убийство, чтобы защитить себя самого, – кивнул Уэллс.

Наступило долгое молчание – собеседники обдумывали сказанное.

– Но как мисс Бартлетт могла сделать это? – наконец спросила Конкордия.

– Как она могла решиться на шантаж? Не испугаться риска? – уточнил, пожимая плечами, Эмброуз. – Она же зарабатывала на жизнь трудом учительницы, который никогда не оплачивался высоко. Увидев возможность подзаработать, мисс Бартлетт решила ее не упускать.

Конкордия покачала головой.

– Но я говорила не о попытке шантажа, – возразила она. – Я хочу понять, как она решилась так глубоко внедриться в эту преступную сеть. Как могла сделать это, когда на попечении у нее были девочки.

По лицу Эмброуза пробежала мимолетная улыбка: он вспомнил сцену в конюшне, когда Конкордия пыталась успокоить вставшего на дыбы коня, наводя при этом пистолет на негодяя, чтобы дать возможность Фебе, Ханне, Теодоре и Эдвине убежать.

– Думаю, нам стоит предположить, что характер у мисс Бартлетт сильно отличается от твоего, – с нежностью проговорил Эмброуз.

– Но она же была учительницей! – выразительно произнесла Конкордия.

– Нет, Конкордия. – Выпрямившись, Эмброуз приблизился к молодой женщине. – Учительница – это ты. Мисс Бартлетт была особой совсем другой породы.

– О чем ты сейчас думаешь? – спросила Конкордия, пытаясь совладать с охватившим ее волнением.

– О том, что если бы я окончательно не потерял голову, то отправил бы тебя немедленно спать, – сказал Уэллс в ответ. – Уже совсем поздно.

Тело Конкордии оцепенело.

– Да, действительно, – прошептала она. – Очень поздно.

– Да, поздно, даже для меня.

Подняв руки, он обхватил шею Конкордии, привлек ее к себе, склонил к ней голову и вновь поцеловал. По ее телу пробежала сладостная дрожь. Эмброуз пальцем приоткрыл ее губы и приник к ним своими губами. Ее пальцы судорожно вцепились в его плечи. Эмброуз развел в стороны полы ее халата – второй раз за эту ночь. Его взору предстала белая ночная сорочка из льна. Когда рука Эмброуза обхватила ее грудь, Конкордия пробормотала что-то невнятное. Даже через слой ткани он чувствовал, как напряглись маленькие пики ее сосков. Опустив руки ниже, он нащупал изящный изгиб ее талии, ее округлые бедра.

Конкордия, вздрогнув, запустила пальцы в его волосы.

Подняв на руки, Эмброуз понес ее к дивану. Она смотрела на него затуманенными от страсти глазами.

Усадив Конкордию, он снял с нее очки.

Внезапно в дверь библиотеки громко забарабанили.

– Мисс Глейд! – Конкордия услышала приглушенный голос Теодоры – дверь была из очень толстого дерева. – Прошу вас, пойдемте быстрее. У Ханны опять ночной кошмар. Она плачет и никак не может успокоиться.

Эмброуз заметил, что Конкордия тут же напряглась. Выражение чувственности мгновенно исчезло с ее лица. Она вскочила с дивана, схватив на ходу халат.

– Иду, Теодора! – откликнулась она и повернулась к Эмброузу: – Я должна немедленно пойти к Ханне!

Он поправил халат, глядя на то, как Конкордия подбежала к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. Покончив с этим, она отворила дверь.

Теодора, в тапочках и халате, металась по коридору, вид у нее был крайне встревоженный. Ее глаза прищурились, когда она увидела Эмброуза.

– Я заходила к вам в спальню, мисс Глейд, но вас там не было, – сказала Теодора. – Потом я заметила, что в библиотеке горит свет.

– Мы с мистером Уэллсом обсуждали одно важное сегодняшнее событие, – запинаясь, пробормотала Конкордия.

Выходя из библиотеки, она оглянулась на Эмброуза:

– Надеюсь, вы извините меня, сэр. Я не думала, что приступ у Ханны повторится так скоро.

Уэллс покосился на Теодору, которая внимательно смотрела на него с подозрительно невинным видом.

– Да уж, очень интересно, что этот ночной кошмар посетил Ханну именно сейчас, – заметил он.

Конкордия мгновенно встрепенулась:

– Что вы хотите этим сказать, сэр?

– Доброй ночи, мисс Глейд. – Эмброуз почтительно наклонил голову. – Не сомневаюсь, что мы закончим нашу беседу в другое время.

– Спокойной ночи, сэр, – покраснев, ответила Конкордия.

Выйдя в коридор, она чересчур поспешно затворила за собой дверь.

Эмброуз подождал несколько мгновений, а затем выключил свет и вышел из библиотеки. Поднимаясь по лестнице, он внимательно прислушивался. Оказавшись на втором этаже, он услышал приглушенный шепот и сдавленное хихиканье откуда-то сверху. Потом раздался быстрый топот ног, дверь хлопнула, и наступила тишина.

Глава 16

На следующее утро со своего места во главе стола Эмброуз оглядел полную гостей столовую. Конкордия заняла место напротив него, с противоположной стороны стола. Уэллсу пришло в голову, что она прекрасно там смотрится, словно это место предназначено специально для нее, к тому же он мог постоянно ее видеть.

Ее волосы были убраны в новую – аккуратную и элегантную – прическу. Одета Конкордия была в одно из новых платьев, присланных портнихой. Платье было приятного бронзового оттенка с полосками цвета красного воска для печатей.

Все девочки, обратил внимание Эмброуз, этим утром были в отличном расположении духа. Молодость, никуда не денешься!

Ханна казалась особенно веселой – и это после якобы тревожной ночи. Феба, сидевшая возле нее, так и лучилась весельем и счастьем в своих мальчишеских штанах и рубашке. Эмброуз отметил для себя, что надо попросить портниху прислать девочке другую мальчишескую одежду – качеством получше.

Эдвина с Теодорой, расположившиеся напротив них, казались сущими ангелочками. Они жизнерадостно обсуждали поход в теплицу, который обещала им устроить миссис Оутс.

Жуя яйца с тостами, Эмброуз прислушивался к оживленному девичьему диалогу. Как ни странно, присутствие в доме и за столом Конкордии с ученицами не только не раздражало Уэллса, но даже, напротив, доставляло ему удовольствие. А ведь долгие годы до этого он привык проводить утренние часы в одиночестве, читая газеты. Слушая болтовню учениц Конкордии, сосредоточиться он бы не смог, подумалось Эмброузу.