Черил Портер - Время любви

Скитер повернул к ней морду и заинтересованно приподнял уши. Глория провела кончиком языка по пересохшим губам.

– Иди сюда, Скитер. – Глория опустилась на колени и раскинула руки в стороны. – Иди сюда, мальчик. – Длинный хвост Скитера шевельнулся почти дружелюбно. Глория перевела дыхание. – Хороший мальчик. Иди сюда, дорогой. Иди к Глории.

Пес опустил голову и медленно пошел к ней, виляя хвостом. Когда он ткнулся мокрым носом ей в плечо и лизнул в лицо, Глория обхватила руками его косматую голову и прошептала:

– Хороший мальчик. – В глазах у нее стояли слезы, она непрерывно гладила густую собачью шерсть.

Поверх его головы она сделала знак Джастису перебраться через изгородь позади пса. Человечек кивнул и, перемахнув через забор, умчался прочь с такой прытью, как будто за ним гналась целая стая волков.

Глория поднялась на ноги, продолжая поглаживать Скитера, и повернулась к Райли. Он уже убрал свой «кольт» в кобуру и теперь стоял, скрестив на груди руки. Заметив взгляд Глории, он покачал головой и с трудом сдержал усмешку. Внезапно Глории самой стало смешно. Она широко улыбнулась:

– Я же говорила, что сделаю это. – Райли не выдержал и расхохотался:

– Я ни минуты в этом не сомневался.

Поздно вечером Райли вошел в теплую кухню. Он был голоден и чуть не падал от усталости, но его влажные волосы были тщательно причесаны, а щеки были розовыми от холодной воды. Райли приветливо кивнул Бидди, хлопотавшей у печки, а затем Глории. Она робко взглянула на него огромными зелеными глазами, потом взяла из рук Бидди миску с чем-то горячим и необыкновенно вкусно пахнущим и поставила ее на стол, на то место, которое Райли уже привык считать своим. Затем она вернулась к печке, чтобы взять у Бидди вторую миску.

Райли любил, когда они ели здесь, на кухне, а не в просторной полутемной гостиной, больше подходящей для приема важных гостей. В кухне было гораздо уютнее, здесь он чувствовал себя свободно, как будто в своем семейном кругу. Райли посмотрел на Глорию, которая в этот момент стояла к нему спиной. Каждый раз, когда он задумывался о семье, о своем будущем, в центре этой воображаемой картины всегда присутствовала Глория. Внезапно осознав, что он по-прежнему стоит посреди кухни и не двигается с места, Райли громко поздоровался:

– Добрый вечер всем. Как тут у вас здорово пахнет! Тут бы и святой не устоял.

Помешивая в большой кастрюле какое-то аппетитное варево, Бидди весело подмигнула Райли. Широкая улыбка осветила ее доброе круглое лицо.

– Спасибо, мистер Торн. Я смотрю, к ужину вы приоделись как должно. У нас сегодня тушеная говядина и свежий хлеб. Надеюсь, все это пойдет тебе впрок. Не мешало бы тебе нарастить немного жирку. А теперь, Глория, возьми это. И осторожно, оно горячее.

– Да знаю, Бидди. Давай сюда. Хлеб остынет, пока мы все усядемся за стол. В самом деле, почему бы тебе не сесть и не предоставить это мне? Ты ведь только встала с постели.

Бидди возмущенно фыркнула:

– И как раз вовремя. А то мы бы тут грязью заросли, не так ли, мисс? Вот уж не завидую я тому, кто станет твоим мужем. Да он просто помрет от голода.

Райли весело ухмыльнулся, слушая эту шутливую перепалку. В их семье не было других женщин, кроме его матери, и молодому Торну не доводилось прежде слышать, как женщины поддразнивают друг друга. Но тут он заметил, как Глория заговорщически ему подмигнула, и его лицо вытянулось от изумления. Неужели она настолько свободно чувствует себя в его обществе, что считает возможным позволить и ему включиться в их общую игру?

Глория сверкнула зелеными глазами, поставила на стол очередную миску с мясом и, хитро поглядывая на Райли, заговорила, обращаясь к Бидди:

– Мужчина, который станет моим мужем, уж точно не будет забивать себе голову всякими глупостями. Он и не заметит, какой я повар. Он будет слишком занят, складывая подарки к моим ногам и покупая мне все, чего только пожелает моя душа.

– Ха! – громко выразила свое мнение Бидди. Для пущей выразительности она махнула половником в сторону Глории, обдав деревянный пол темными мясными брызгами. – А за эти свои побрякушки он потребует от тебя кой-чего еще, помимо тушеной говядины, правда, Райли?

Райли едва не поперхнулся. Он перевел глаза с Бидди на Глорию, которая молча накрывала на стол, и промямлил:

– Хм-м, да, мэм. Думаю, что так. – Бидди понимающе засмеялась:

– Думаешь? Ну ладно, думай, думай, молодой человек. А знаешь, Глория тут собралась уже посылать людей на твои поиски, она так волновалась, спрашивая всех, куда это ты подевался.

Глория повернулась.

– Бидди, замолчи! – возмутилась она и обратилась к Райли: – Ничего подобного. У меня и в мыслях не было отправляться тебя искать. В конце концов, ты взрослый человек и сам можешь о себе позаботиться. – Она сердито вытерла руки о фартук. – Но вообще-то мог бы хотя бы из вежливости сказать, куда ты собрался. У нас и без того хватает забот, чтобы еще следить за тобой.

– Извини, что заставил волноваться. Я просто зашел в пару мест, только и всего.

Она сделала вид, что слова Райли ее не касаются, но молодой Торн довольно улыбнулся – ему было приятно, что Глория думала о нем. Женщины продолжали накрывать на стол. Наблюдая украдкой за Глорией, Райли заметил, что ее медно-рыжие волосы аккуратно зачесаны назад, но вместо привычного узла голову ее украшает пышная волна распущенных волос, перевязанная ярко-голубой ленточкой. Внезапно Глория повернулась. Их взгляды встретились, и на какое-то мгновение время остановилось. Затем все снова пришло в движение, и она, держа в руках тарелку, направилась к печке. Правда, ее походка стала теперь какой-то неуверенной, как будто порывы ветра снова пытались сбить ее с ног. Глория грохнула миску на стол и прикусила губу.

– Чего ты так на меня уставился? Что-то случилось? – Этот вопрос застал Райли врасплох.

– Нет, все в порядке, – поспешно ответил он.

Но чем больше пытался молодой Торн сосредоточиться на том, что происходило на кухне перед его глазами, тем труднее ему было сделать это. Мысли его неизменно возвращались к недавним событиям, к тому, что случилось днем на диване в гостиной. Стоило ему вспомнить, как они лежали там с Глорией, тесно прижавшись друг к другу, как он ощущал под собой ее гибкое тело и ее поцелуй, и Райли терял рассудок от страсти.

– Райли?! Ты опять за свое! Ну что ты опять на меня уставился? Ты что, белены объелся?

Пойманный с поличным, Райли покачал головой и отвернулся от предмета своего безумия.

– Извини. Наверное, я просто устал.

Бидди хихикнула и, по обыкновению, громко высказала свое мнение:

– Устал? Теперь это так называется, мой мальчик?