Бобби Смит - Всего дороже

Слейд с минуту помолчал, размышляя, стоит ли, пока они с Алисой одни, воспользоваться случаем и рассказать ей всю правду о себе. Ведь другой возможности у него может и не быть. Он не сомневался в том, что шериф со своими помощниками в данный момент прочесывают местность в поисках его и Алисы. И если они их найдут, никакого разговора уже не получится. Не говорить же об этом в присутствии Нэша и Джонсона! Кроме того, Слейд не был уверен, что Кен успеет спасти его от виселицы. Требовалось срочно найти человека, который отправил бы в Денвер телеграмму с сообщением о том, что произошло в Блэк-Спрингсе. И он надеялся, что человеком этим станет Алиса.

— Если ты так любишь справедливость, ты выслушаешь то, что я тебе хочу сказать.

Алиса холодно взглянула на Слейда, ожидая, что он скажет дальше.

— Я пытался рассказать твоему драгоценному шерифу правду, когда меня привели к нему на допрос, но он мне не поверил. Единственное, чего я добился своей откровенностью, так это того, что он меня избил. Теперь попытаюсь рассказать тебе. Так вот, я не тот, за кого ты меня принимаешь.

Алиса возмущенно ахнула. Она не ожидала такой наглости. Отплатить за то, что она спасла ему жизнь, очередной гнусной ложью!

— Можешь не продолжать, Брэкстон. Я все о тебе знаю!

— Что ты знаешь? — спросил Слейд.

— Знаю, что ты подлый врун.

— Послушай меня! — крикнул Слейд, прерывая ее. — Я секретный агент Пинкертона.

— Как же! — усмехнулась Аписа. Нет, какой лгун! Это же надо такое придумать!

— Отделение, в котором я работаю, находится в Денвере. Пошли туда телеграмму, и тебе подтвердят, что я говорю правду.

— Как ты смеешь продолжать врать! — возмутилась Алиса.

— А как вы со своим драгоценным шерифом смеете отмахиваться от правды? — выпалил Слейд. — Единственное, о чем я просил Эмерсона, — это послать в Денвер телеграмму. А он отказался это сделать!

— Он тебе не поверил, потому что знает, что ты за тип!

Алиса смотрела на Слейда, недоверчиво качая головой. Значит, все, что Роб говорил ей о нем, правда. Теперь она была рада, что им с Робом удалось поговорить о Брэкстоне и он успел предупредить ее, чтобы она не верила ни единому его слову. Будь она подоверчивее, она бы даже не усомнилась в том, что Слейд говорит правду, да еще и пожалела бы его. А ведь как убедительно он врет! Роб и об этом ее предупреждал. Говорил, что такие подлые убийцы, как Брэкстон, обычно из кожи вон лезут, чтобы вызвать к себе жалость, и Брэкстон это только что доказал.

— Ты совершенно права! Я врун! А как иначе мне было проникнуть в эту банду и убедить такого матерого бандита, как Дакота Кид, что я просто незаменимый для него человек!

Алису потрясли его слова, однако она по-прежнему отказывалась верить в то, что Слейд секретный агент.

— Ты сам только что признался в том, что ты врун!

— Черт тебя подери, женщина! — взорвался Слейд. Ну как же доказать, что он и в самом деле не тот, за кого себя выдавал, когда никто не желает его слушать! — Я долгие месяцы работал над тем, чтобы головорезы из банды Дакоты Кида были наконец арестованы, и почти достиг цели. И вот теперь благодаря твоему замечательному шерифу все мои труды насмарку!

— Я понимаю, почему ты так на него злишься! Ведь он тебя арестовал! — выпалила Алиса.

— Меня, но не Кида!

Алиса ничего не ответила на это справедливое замечание, уверенная, что Слейд водит ее за нос.

Подождав, что она скажет, и не дождавшись, Слейд продолжал:

— Послушай, Алиса, все, о чем я тебя прошу, это, когда мы приедем в Грин-Ривер, дать телеграмму в Денвер. Моего начальника зовут Кен Ричардс.

Алиса холодно улыбнулась:

— А знаешь, ты так убедителен в своем гневе. Хорошо, что шериф Эмерсон предупредил меня не верить ни единому твоему слову. Он говорил мне, какой ты опасный бандит.

Слейд почувствовал, что сейчас не выдержит и взорвется, однако заставил себя говорить спокойно:

— Ты должна понять, что агентству потребовалось много месяцев, чтобы создать мне достоверную и надежную легенду. Делалось это для того, чтобы я смог проникнуть в банду. Я должен был выяснить, кто из железнодорожных служащих является осведомителем банды Дакоты Кида и помогает им грабить поезда. И вот когда я уже был почти у цели, Эмерсон напал на нас в каньоне и захватил в плен.

— Шериф Эмерсон прекрасно знает свое дело. Он не собирался дать убийцам моего отца улизнуть.

— Если он и в самом деле такой прекрасный шериф, почему он не поверил, что я сказал ему правду?

— Потому что правда заключается в том, что ты убил человека. А то, что ты какой-то там секретный агент, — сказочка для малолетних детей.

— Ну как мне убедить тебя, что я говорю правду?! — Слейд сорвался на крик, однако Алиса его не очень-то испугалась. С оружием она чувствовала себя в полной безопасности.

— Никак. Есть свидетель, который видел, как ты застрелил моего отца.

— Твой свидетель ошибается! — Слейд порывисто подался к Алисе, не обращая внимания на ее револьвер. — Неужели ты не понимаешь, что с тех пор, как мы выбрались на берег, я уже сто раз мог бы вырвать у тебя револьвер? Но я даже не попытался это сделать! Неужели думаешь, что если бы на моем месте оказался Нэш или Джонсон, они стали бы с тобой церемониться? Да ты уже была бы трупом! Послушай меня! Я секретный агент Пинкертона и так же, как и вы с Эмерсоном, хочу поймать Дакоту Кида.

Встретив взгляд Слейда, полный яростного огня, Алиса на секунду замерла, пораженная, но, опомнившись, еще крепче сжала в руке револьвер.

— Назад!

— Неужели ты настолько меня ненавидишь, что даже на секунду не можешь допустить, что я говорю тебе правду? — Слейд наклонился к Алисе, пристально глядя ей в глаза.

— Я тебе не доверяю, — сдержанно проговорила она, не смея отвести взгляд.

— Когда мы приедем в Грин-Ривер, пожалуйста, пошли телеграмму в Денвер, — проникновенным голосом проговорил Слейд. — Все, о чем я тебя прошу, это рискнуть.

И он пододвинулся к Алисе еще ближе. В душе ее всколыхнулись самые противоречивые чувства. Первым побуждением было выстрелить в Слейда, но она отчего-то не решалась нажать на курок. То, что ей говорили о Слейде, никак не вязалось с его недавними поступками. Еще вчера, на привале, он не стал брать ее в заложницы, а отпустил, да еще предупредил, чтобы пригнулась, когда будет бежать к Робу, а то, чего доброго, в нее может угодить пуля. И сегодня утром, когда она скатывалась вместе с лошадью в реку, он, рискуя собственной жизнью и в итоге чуть не потеряв ее, первым пришел к ней на помощь. Да и сейчас ему, по его собственным словам, ничего не стоило ее разоружить, но он даже не попытался это сделать… Алиса заколебалась, глядя на Слейда, и во взгляде ее отразились все ее сомнения и страхи.