Джо Гудмэн - Сладкая месть страсти

Кейти попыталась отодвинуться, но обнаружила, что Логан крепко держит ее за косу. Испугавшись, она замерла в неподвижности.

— Когда вы спите, я почти забываю о том, какая вы подлая сука, — впиваясь в нее взглядом, наконец сказал он. Закрыв глаза, Логан отпустил ее волосы и откатился в сторону. — Боже, как мне сейчас хочется вас ударить! — Свесив ноги с кровати, Логан сел. Упершись локтями в колени, он рассеянно провел рукой по волосам.

Кейти пристально смотрела на его обнаженную спину. Кожа его была гладкой и светло-бронзовой — гораздо темнее, чем у тех, кто все время проводит в помещении. Чуть выше линии панталон, возле поясницы, виднелись две ямочки. Глядя на них, Кейти почему-то захотелось плакать.

Встав, Логан достал из шифоньера одежду.

— Я собираюсь на работу, — сказал он. — Еще рано. Спите. — И он исчез, направившись сначала в гардеробную, а затем в ванную. Когда он вернулся, Кейти сидела на кровати. Рядом на столике стояли две прикрытые салфетками тарелки и кофейник. Судя по запаху, там были бекон и горячие булочки. — Вы заказали это для меня? — спросил Логан. Голос его был одновременно мягким и резким — словно волна на песчаном берегу.

Кивнув, Кейти отложила в сторону сценарий, над которым работала.

— Обычно я не разгуливаю во сне, — сказала она, обведя рукой окружающую обстановку. — Думаю, прошлая ночь тоже не была исключением.

Сев за стол, Логан налил себе кофе. Напиток оказался горячим и крепким — как раз таким, как он любил.

— Не была. Когда вы заснули, я перенес вас сюда.

— Зачем?

— На тот случай, если кто-то из Донованов захотел бы нанести вам визит, мне хотелось бы показать товар лицом. А когда вы там, а я здесь, было бы трудно доказать, что вы моя любовница.

— Спросили бы меня, я бы сразу сказала, что никого не жду.

— Это бы меня не остановило.

— Да, — тихо сказала она. — Не остановило бы. Логан снял с тарелок салфетки, разломил одну из булочек и принялся намазывать ее маслом.

— Что мне такого сделать, чтобы от вас избавиться? — спросила Кейти.

— Вы имели в виду что-то конкретное? — прожевав кусок бекона, с непроницаемым спокойствием спросил Логан. — Не считая убийства, конечно.

Он попал в самую точку — именно такое решение предложил ей сначала Виктор.

Наслаждаясь ее смущением, Логан покончил с беконом и неторопливо облизал пальцы — не без эротического подтекста, который Кейти легко уловила.

— Значит, вы об этом все-таки думали, — повернувшись к ней, сказал он. — Ну и зря. У вас уже была такая возможность. Но вместо этого вы отправили меня прямо в ад.

Холодный взгляд Логана, казалось, пригвоздил Кейти к спинке кровати. Тем не менее она почувствовала облегчение от того, что опасная тема была наконец затронута.

— Я думала, вы никогда об этом не заговорите, — поспешно сказала она, желая, чтобы он ее выслушал. — Я хотела кое-что рассказать о том дне… то, что вы должны знать.

Логан лениво приподнял бровь:

— Да? К сожалению, придется подождать. — Он вытащил часы из кармана часы и показал ей время. — Если я сейчас же не выйду, то опоздаю на важную встречу. У вас сегодня есть спектакль?

Кейти отчаянно хотелось, закричать, но она ничем не выдала своего гнева.

— Да, — коротко ответила она,

— Тогда увидимся после спектакля. И спасибо за завтрак. Кейти смотрела, как он надевает сюртук и разглаживает на себе жилет. Взглянув в зеркало, Логан небрежно пригладил волосы и шагнул к кровати. Приподняв Кейти за подбородок, он наклонился к ней. Сопротивляться она не стала.

Поцелуй нельзя было назвать нежным, не был он и грубым — скорее хозяйским. Отступив назад, Логан с минуту пристально смотрел на Кейти. Губы ее были влажными, на щеках выступили красные пятна.

— Ну, теперь вы позволите вашим друзьям меня повесить, Кейти?

Она заморгала, из глаза выкатилась одинокая слезинка.

— Нет, — сказала она. — Я этого не хочу.

— Захотите! — пообещал Логан. — Вы еще пожалеете о том, что предали меня.

Когда Кейти вновь обрела дар речи, Логан был уже далеко.

— Предали не только вас, Логан Маршалл! — вдогонку крикнула она, но он уже не мог ее слышать.

По пути к дому Маршаллов Кейти заехала в театр, чтобы захватить грим и одно из платьев, в которых выступала на сцене. Возле театра она взяла извозчика, который и доставил ее к Маршаллам. Туда она приехала за несколько минут до десяти. Извозчик помог ей выйти из экипажа и предложил донести вещи прямо до входной двери, но Кейти отказалась — ей нужно было хоть немного побыть одной, чтобы собраться с духом.

Наверное, она уже десятки раз проезжала мимо этого коричневого здания, не зная, что здесь живет Логан Маршалл. «В будущем, — подумала она, — придется делать крюк, чтобы объезжать это место».

Среди своих соседей Маршалл-Хаус ничем особенно не выделялся. В этом солидном, величественном строении все говорило о богатстве его владельцев, и тем не менее оно было лишено той вульгарности, которая отличает нуворишей. Вокруг дома шла высокая железная ограда с выступающими сверху острыми шипами.

За коваными железными воротами, однако, не было ни заполненного водой рва, ни подъемного моста — лишь ведущая к дому простая каменная дорожка. По мнению Кейти, ров или подъемный мост оказались бы здесь как нельзя более кстати — двустворчатые двери и коринфские колонны навевали мысль о средневековье, а каменная резьба напоминала готических горгулий, которых Кейти видела на фотографиях парижских соборов.

Кейти подняла руку, чтобы постучать в дверь бронзовым молотком, но, прежде чем она успела это сделать, на пороге появилась Дженни.

— Я вас ждала, — любезно улыбнувшись, сказала она. За ее юбки цеплялся маленький мальчик. — Это мой сын Холланд. Он немного стесняется незнакомых людей, но это быстро проходит. Вы еще намучитесь с его общительностью.

— Вряд ли. — Кейти взглянула на мальчика. Его светлые, зеленовато-голубые глаза смотрели на нее с любопытством и настороженностью. Она протянула ему руку. — Рада познакомиться с вами, мастер Холланд.

Прикрыв материнской юбкой лицо, Холланд осторожно протянул ей свою пухлую ручку.

— Это мисс Аккерман, — бросив на Кейти извиняющийся взгляд, сказала ему Дженни — Для трехлетнего ребенка не существует секретов.

— Четыле, — уловив из сказанного только то, что его интересовало, сказал Холланд. — Мне четыле года.

— Почти четыре, — поправила его мать. — Тебе будет четыре, когда мы поплывем.

— Поплывем! Поплывем! — Сразу потеряв к ним интерес, ребенок помчался по коридору и исчез в дальней комнате.

— Наше путешествие его очень волнует, — засмеялась Дженни. — Конечно, единственное, что он понимает, — что мы поплывем по воде. Он все утро играет в кораблики в кухонной раковине. Позвольте, я возьму у вас платье. Оно из пьесы, не так ли? Вы надеваете его в конце первого акта, чтобы соблазнить жениха вашей сестры.