Кэрол Финч - Сладкое предательство

– Мистер Фостер, кажется, я ясно дала понять, что не поощряю ваши ухаживания, – проворчала старуха, ловко уворачиваясь от протянутых рук Ноэла. – Если вы не перестанете распускать руки, мне придется их отрубить!

Фостер тут же покорно опустил руки.

– Сабрина, я еще не встречал такой упрямой женщины, – заявил он в ответ на ее угрозу.

– Я слышала это много раз, – отрезала вдова. – Но я уже слишком стара, чтобы меняться, да и не желаю этого делать.

Признавая свое поражение, Ноэл опустился на свою подстилку.

– Что ж, в таком случае давайте просто поговорим. Что вы думаете о Ридже Теннере?

– Смотря с какой стороны, – хмыкнула Сабрина. – Если говорить о том, как хорошо он знает эти места, то ему нет равных. Он нутром чувствует опасность за милю. Но по сравнению с другими мужчинами, которых я знавала, он весьма странный. А что конкретно вас в нем интересует?

– Клэрис только о нем и говорит. – Ноэл обеспокоенно вздохнул. – Он вроде бы человек порядочный, но речь ведь идет о счастье моей внучки.

Устроившись на одеяле, вдова ответила:

– И вы хотите, чтобы я по полочкам разложила его?

– Вы знаете его дольше, чем мы, – отметил Ноэл.

– Всего две недели. Не думаю, что это дает мне право судить об этом человеке, – возразила старуха.

У нее сложилось вполне определенное мнение о Ридже Теннере, но не высказывать же его первому встречному. Она улеглась поудобнее и устремила взгляд в ночное небо.

– Похоже, Клэрис знает о Теннере гораздо больше меня. Я только могу добавить, что он храбр до безрассудства. А еще остроумен, находчив и чувствует себя в здешних местах как рыба в воде. Вам лучше знать, что надо вашей внучке.

– Теннер воспринимает ее обожание как должное, он не относится к ней так же серьезно, как она к нему. – Ноэл перевел взгляд на вдову. – Как по-вашему, он будет хранить ей верность? – озабоченно спросил он.

– Разве мулы летают, мистер Фостер? – не удержалась Сабрина.

Ответ вдовы не понравился Ноэлу.

– В Канзасе, во всяком случае, не летают. Если я правильно понимаю, вы сомневаетесь, способен ли он вообще хранить верность женщине.

– Несмотря на все положительные качества мистера Теннера, у него есть один большой недостаток. – Вдова подложила руки под голову и тяжело вздохнула. – Похоже, он из тех, кому необходимо, чтобы вокруг все время колыхались юбки.

– Так вы считаете, что он просто потакает Клэрис? – спросил Фостер упавшим голосом. – Я так и думал – он ей не пара. Но она еще так молода и наивна! Мне просто духу не хватит сказать ей, что она зря теряет время. – Он не спускал глаз с неподвижно лежащей вдовы. – Сабрина, может, вы поговорите с ней? Вам легче будет объяснить ей такие вещи, вас она скорее послушает. Если я сам скажу ей об этом, она заявит, что я лезу не в свое дело и слишком опекаю ее.

– Я? – Сабрина резко села, но, вспомнив свою роль, застонала, словно резкое движение причинило ей острую боль. – Но я совсем не знаю Клэрис.

– Вы женщина, – настаивал Ноэл. – Вы сумеете объяснить ей, какие опасности подстерегают женщину, когда она прислушивается не к голосу разума, а к зову сердца.

– Тогда она просто заявит, что я лезу не в свое дело, – сопротивлялась Сабрина. – Да она меня и слушать не станет. Кто я ей?

– Если вы поговорите с девочкой на эту тему, обещаю больше не докучать вам своими ухаживаниями, – забросил наживку Ноэл. – Я навеки останусь вашим должником.

Сабрина задумчиво закусила нижнюю губу. Скорее всего, Клэрис не понравится такое вмешательство в ее личную жизнь, но Сабрина по крайней мере вздохнет свободно – старик отстанет от нее. Тут есть над чем серьезно подумать.

Через мгновение она согласно кивнула и улеглась на подстилку.

– Хорошо, я поговорю с вашей внучкой, но при условии, что вы сдержите данное мне слово, – проговорила она.

– Спасибо, Сабрина. – Ноэл вытянулся на подстилке. Все стихло. – А… а… Сабрина?

– Что, Ноэл?

– Прежде чем я сдержу обещание, не позволите ли вы… – Он замялся, подыскивая нужные слова.

– Что?

– Посмотреть на вас без вуали. Стыдно признаться, но я ужасно любопытен. Мы путешествуем вместе уже три дня, и мне очень хочется узнать, как вы выглядите.

– Поверьте мне, вы ничего не потеряли, – тихо отозвалась Сабрина. – Если вы видели хоть одну морщинистую старуху, считайте, что видели всех. Время не пощадило моего лица, хотя я и так всегда находила его слишком простым. Все мои годы написаны на моем лице. Кожа моя так сморщилась, что в нее легко поместится еще один человек.

Это честное признание отбило у Ноэла охоту настаивать на своей просьбе.

– Я так и думал, что вы не согласитесь, но не видел в своей просьбе ничего плохого.

– Ноэл? – донесся до мистера Фостера тихий голос.

– Да?

– По-моему, вы начинаете мне нравиться, – призналась Сабрина.

– Теперь, когда я пообещал следить за собой и сдерживать свои порывы, вы сообщаете мне об этом? – с притворным недовольством отозвался Ноэл.

– Спокойной ночи, Ноэл.

– Спокойной ночи, Сабрина. Если ночью вам вдруг станет холодно, буду счастлив одолжить вам одеяло, – любезно предложил старый ловелас.

Вдова повернула голову набок, чтобы в неровном свете костра разглядеть грузную фигуру мистера Фостера.

– И себя вместе с одеялом? – без обиняков спросила она.

– Разумеется. Только вместе. – В его голосе слышались веселые нотки.

– Так я и думала, – не менее игриво ответила Сабрина.

Глубокой ночью, когда все вокруг погрузилось в сон, Сабрина ощутила прикосновение чьих-то прохладных губ. Девушка с трудом приоткрыла глаза, уверенная, что ей это приснилось, но вдруг вспомнила предложение Ноэля. Она в ужасе напряглась, боясь, что он сейчас узнает правду, но, когда ее глаза привыкли к темноте, она увидела над собой лицо Риджа.

Не произнеся ни слова, он поднял ее и повел прочь от двух спящих фигур, уютно устроившихся под одеялами у тлеющего костра. Отойдя подальше, Ридж обернулся и резким движением сорвал вуаль, прикрывавшую лицо Сабрины.

Если девушка и ожидала какого-либо ответа на то, что сказала Риджу вечером, она ошибалась – Ридж намеревался продолжить то, что не успел закончить вчера.

Ридж с трудом сдерживал раздражение. Потеряв накануне свою фею и получив взамен молодую девушку, он старался внушить себе, что замена не так уж и плоха, но каждый раз при этом видел перед собой пару фиалковых глаз. Ему вдруг начинало казаться, что он обнимает и целует не Клэрис, а неуловимую нимфу.

Если бы его снедала лишь похоть, то он вполне мог бы удовлетвориться Клэрис, но своевольная, притягательная блондинка таила в себе нечто другое. Глядя на седой парик, вдовье платье, Теннер вспоминал то, что скрывается под ними; мраморную кожу, округлости упругих грудей, совершенную форму бедер; ощущал прикосновение гладкого, шелковистого тела.