Рексанна Бекнел - Похищенное сердце

— Англичане позорно сдались. А ведь ты, Рис, обещал нам, что дело будет горячим. Да, эти недотепы приятно огорчили меня, — вмешался в разговор другой валлиец — тот самый, который сально пошутил над Магдой.

Рис оценил насмешку и рассмеялся:

— Знаешь, Дэфидд, то, что англичане окажутся такими покладистыми, для меня тоже оказалось полной неожиданностью.

От гнева у Изольды затрепетали ноздри. Презренный предатель! Змея, которую она сама впустила в замок. Наглый ублюдок! Ничего не соображая от вспыхнувшего гнева, она вскочила на ноги, едва не опрокинув стоявшее перед ней блюдо. Какой нахал, а ведь недавно он вел себя тише воды, ниже травы!

Все, кто был в зале, заметили ее резкое движение, и тут же вокруг воцарилась полная тишина. В тот же миг взгляды Изольды и Риса встретились.

— Сядь! Я сейчас подойду.

В тишине его слова прозвучали не только повелительно, но и оскорбительно грубо. Злость, обида, гнев с безумной быстрой чередовались в душе Изольды. Не отдавая себе отчета и нисколько не думая о том, куда может завести ее опрометчивость, она спустилась с помоста вниз и быстрыми легкими шагами направилась к выходу. Девушка понимала, что Рис ни за что не позволит ей уйти, но совладать с безудержным порывом бешенства была не в силах. Ну что ж, пусть это станет уроком как для нее, так и для него. Может, впредь он будет держать себя вежливее.

Она подошла к дверям, часовые не пошевелились, и рывком отворила одну створку. Выйдя из зала на улицу, она пересекла утопавший в темноте двор и остановилась перед воротами. К ее удивлению, они не были закрыты, однако возникший из мрака стражник сердито крикнул:

— Эй, никому нельзя уходить из замка!

— Пошел к черту! — сквозь зубы прошипела она.

Изольда была сбита с толку, она не понимала, почему ее не догоняет Рис, почему никто ее не удерживает.

— Никому нельзя уходить из замка, — повторил часовой, загораживая собой ворота.

— Только дотронься до меня. Тебе сразу отрубят руку, — выпалила Изольда.

Услышав неожиданную угрозу, валлиец растерялся. В задумчивости он провел рукой по лицу, затем снова повторил, но уже менее уверенно:

— Никто не должен покидать замок. Таков приказ.

Разозлившись, Изольда навалилась всем телом на одну створку ворот, она со скрипом поддалась. Часовой схватил ее за руку и попытался оттащить. Изольда опять пришла в бешенство и бросилась вперед с диким воплем:

— Прочь! Руки прочь от меня!

Щель становилась все шире, еще чуть-чуть — и она сможет выбраться наружу.

— Ступай обратно на пост, Тэдд. Я разберусь, — раздался позади знакомый голос Риса. — Послушай, мне надо кое о чем поговорить с тобой. Кстати, совсем недавно я беседовал об этом с Осборном.

В его голосе были слышны издевательские нотки, но Изольда хоть и удивилась, но продолжала толкать ворота. Вдруг он протянул руку и одним толчком помог ей открыть их пошире — так, что она уже могла выйти наружу.

— Я сказал Осборну, что твоя безопасность напрямую зависит от его поведения, и наоборот.

Изольда остановилась как вкопанная. Путь на свободу был открыт, перед ней лежал, к ее удивлению, опущенный мост. Начинало светать. Над крышами домов в деревне кое-где подымались клубы дыма. Утро дышало покоем и тишиной, но ее сердце вдруг сжалось от недоброго предчувствия.

— Неужели ты хочешь сказать, что накажешь Осборна, если я сделаю что-то вопреки твоей воле?

— Ты попала в самую точку. Иначе для чего тогда нужны заложники? Итак, выбирай.

— Из чего же? — Она медленно отвела взгляд от дороги, ведущей в деревню, и повернулась к нему лицом. — Ты не оставил мне никакого выбора.

— А ты удивляешь меня, Изольда. Я позволяю тебе уйти из замка, ну, хотя бы из простого каприза. Может, это меня занимает. Неужели ты останешься, чтобы разделить с пленниками их незавидную участь? Не лучше ли бежать и предоставить Осборну и другим расхлебывать кашу?

Рис махнул рукой вперед, как бы поощряя ее идти дальше:

— Ну, что ж ты стоишь? Ступай!

Несмотря на то что разговор с Рисом казался ей невыносимым и хотелось поскорее закончить его, покинув замок, тем не менее она нисколько не сомневалась в его намерениях. Разумеется, он отыграется на пленниках.

— Как ты собираешься поступить с Осборном и другими?

Зубы Риса блеснули в белоснежной улыбке.

— С чего вдруг тебя взволновала их судьба?

Он окинул ее бесстыдными, наглыми глазищами, отчего ее злость сразу выдохлась. Изольда была не в силах сопротивляться твердому, проникновенному, словно читающему ее мысли взгляду Риса. Дрожь пробежала у нее по спине, она хорошо понимала, что означает подобный взгляд. Ей было больно думать о том, что произошло между ними сегодня ночью, но его глаза напоминали о случившемся. Влюбленный в нее, как ей показалось, менестрель внезапно превратился в смертельного врага, вставшего во главе взбунтовавшихся валлийцев. В этот миг она возненавидела его так, как никого в жизни.

Изольда мельком взглянула на дышавшую миром деревню и повернулась в сторону замкового двора. Какую злобную шутку сыграла с ней жизнь! Ее дом внезапно превратился в тюрьму, и от этого никуда нельзя было деться.

Глубоко вздохнув, она медленно и внятно ответила:

— Я не настолько труслива, чтобы из-за меня страдали невинные люди. — Чуть помедлив, язвительно добавила: — Кроме того, мне как-то не верится, что ты действительно хочешь отпустить меня на свободу. Ведь я самый ценный заложник и, наверное, играю важную роль в твоих гнусных планах.

Он пожал плечами и скабрезно ухмыльнулся:

— Возможно, ты права. Но зачем гадать на кофейной гуще?

Не желая больше его слушать, Изольда медленно пошла назад. Но он, сделав два быстрых шага, схватил ее за плечо и повернул к себе лицом.

— Я хочу, чтобы жизнь в замке текла в привычном русле.

— Вот как? Да ты ведь сломал ее, разрушил…

Он резко тряхнул ее за плечо:

— Ты слышишь меня? Все должно быть как раньше. Кухня, прачечная, огород, изготовление свечей и эля — все работы должны идти своим чередом.

— Да ты, наверное, слегка тронулся умом, если думаешь, что в замке хоть что-то может быть по-прежнему.

— Изольда, ты сделаешь так, как я приказываю. Я видел, как ты управляешь замком. У тебя неплохо получалось. Уверен, что справишься и сейчас.

— Без мужских рук у меня ничего не выйдет. Кто будет чистить хлев и конюшню? Рубить дрова и носить воду? Кто будет поставлять рыбу к столу? Кто будет охотиться?

— Они все приступят к своим обязанностям. И очень скоро.

— Да? И когда же? — насмешливо спросила Изольда.