Кристина Скай - Милая пленница

Хоук промолчал. Да и что он мог сказать, если все законы — и Божеские и человеческие — были на ее стороне? Он лишь крепче стиснул зубы.

Он внес ее в дом, по широкой полукруглой лестнице поднял наверх, в спальню, примыкающую к его собственной, радуясь, что его прислуга научена не высовываться, пока ее не позовут. Женщина на его руках так и не расслабилась ни на мгновение, хотя Хоук видел, что она на грани обморока. Когда он уложил ее на кровать своей жены, она тут же отвернулась от него.

— Если тебя это хоть немного утешит, Александра, — сказал он, впервые называя ее по имени, — то могу тебе посоветовать не тратить на меня проклятия. Я и без того слишком хорошо знаком с муками ада. Мы с ними, можно сказать, старые друзья.

— Меня это не утешит, — едва слышным шепотом ответила Александра. — Я утешусь только тогда, когда увижу вас на виселице. — И по ее напряженной спине пробежала дрожь.

Хоук долго смотрел на Александру, но она так и не обернулась к нему. Он постоял еще какое-то время. Затем, крепко сжав губы от напряжения, придвинул к окну массивный гардероб, пресекая тем самым попытки ее возможного побега.

В последовавшие за тем часы Хоук беспрерывно шагал по своей спальне, прислушиваясь к негромким, приглушенным рыданиям, доносившимся из соседней комнаты. В какой-то момент он даже подошел к двери и взялся за ручку, но сумел остановить себя. Хоук понимал, что он был тем человеком, которого не хотела бы сейчас видеть девушка. Он медленно подошел к креслу и сел лицом к двери, соединяющей спальни.

Благостный Иисус, да кто же она такая? Уже в тысячный раз Хоук задавал себе этот вопрос. Как она очутилась одна на лондонской улице? Неужели у нее нет ни родителей, ни брата, способных ее защитить? Или она все же принадлежит к тому сорту женщин, что ищут друзей на темных углах и в узких переулках?

Но он тут же, хотя и неохотно, вынужден был признать, что ее невинность исключает подобное предположение. Но почему, почему она бродила по улице ночью, одна? Ни одна порядочная женщина не поступила бы так. И пока Хоук обдумывал обстоятельства их встречи, его подозрения все росли.

Возможно, так и было задумано — чтобы они встретились в тумане? Возможно, вся эта сцена была тщательно подготовлена кем-то, кто совершенно точно знал, как можно сломить его защиту?

Лицо Хоука потемнело, когда он подумал о тех, кто был способен на такую рассчитанную подлость… да, этих людей было двое.

И если это так, то какова роль Александры в их замысле? Ее боль и страх выглядели очень натурально, но, может быть, она просто опытная актриса? В Хеймаркете и Холборне полным-полно таких женщин — женщин, которые за деньги изобразят любые чувства.

И почему-то эта мысль не слишком поразила его… может быть, потому, что герцог давно утратил последние капли доверия к женщинам. Уже многочисленных измен его отца хватило бы, чтобы убить любой романтизм… да к тому добавлялось еще и скандальное поведение многих его знакомых из высшего света.

Пять лет назад герцог Хоуксворт был вожделенной целью всех мамаш, ищущих пару для своих дочерей. Вдовы и молодые девицы, дебютантки в свете, взирали на него с надеждой, пытаясь обнаружить хоть слабый проблеск интереса с его стороны, но он со всеми был лишь холодно-вежлив.

И даже сейчас, когда он был скован узами брака, толпа женщин с жадным интересом ловила любую новость о его распутной супруге, надеясь, что она покинет этот мир. Хуже всего были юные девы, едва начавшие выезжать; их жеманность, хихиканье и фальшивая застенчивость раздражали его. Впрочем, некоторые из них вообще могли только глупо хлопать глазами, не в состоянии связать и двух слов. Но Хоук со всеми обращался одинаково — вежливо и безразлично.

И то, что Изабель отличалась от них, сразу привлекло его внимание куда больше, чем ее красота и самоуверенность, — в конце концов, он повидал немало прекрасных и уверенных в себе женщин. Может быть, Изабель как раз на это и рассчитывала… Она на все была способна, в этом Хоук убедился за те три года, что они провели под одной крышей. На все, что могло ее позабавить, на все, что доставляло ей удовольствие. И, как он узнал в конце концов, на все, что могло причинить боль другим.

Так что Хоук учился хитрости и интригам у отличного мастера, а когда Изабель покинула его, продолжил учебу сам. Но он ограничил себя вдовами и расчетливыми супругами, осторожно ищущими любовных развлечений, — опытными женщинами, отлично знавшими правила игры. Он был беззаботным любовником, не скупясь, одаривал женщин дорогими безделушками, но никогда не допускал ни малейших признаков нежности или привязанности. И если партнерша обнаруживала желание привязать его надолго, Хоук мгновенно откланивался.

Так как же он принял незнакомую женщину за свою жену? И ночь напролет он, засунув руки в карманы халата, все шагал и шагал по спальне, задавая себе этот вопрос.

Хоук находил только один ответ: именно так было кем-то задумано. Весь эпизод в тумане был с самого начала тщательно спланирован, и простофиля-герцог снова был обманут своей женой и ее предателем-братом.

Герцог подошел к двери между спальнями, прислушался, мрачно отметил, что рыданий больше не слышно. Может быть, эта Александра теперь поздравляет себя с тем, как отлично все сыграла! Хоук вспомнил, какая горечь и стыд охватили его, когда он понял, что перед ним девственница, и в нем с новой силой вскипел гнев. Должно быть, теперь-то она наслаждается…

Но не только Изабель и ее братец умеют расставлять ловушки, подумал герцог, и его глаза блеснули льдом. Скоро особа из соседней комнаты узнает, что и другие умеют играть в такие игры.

Глава 14

Александра проспала почти сутки. А когда наконец она пошевельнулась, просыпаясь, сквозь тяжелые шторы пробивались лучи полуденного солнца. Девушка открыла глаза, пытаясь понять, где она.

Она осторожно потянулась и поморщилась, ощутив боль в лодыжке и странное напряжение между бедрами. Там, где лежал мужчина, вторгаясь в нее… И тут на нее нахлынули гнев и невыносимый стыд. Неужели это случилось с ней… с ней, управлявшейся с сотнями слуг в Индии, с ней, кого уважали и кем восхищались все, кто ее знал… Ее грубо изнасиловали. С ней обошлись, как с дешевой портовой шлюхой. Александра, охваченная холодной яростью, отбросила одеяло, села в кровати и с отвращением увидела на своих бедрах следы крови. И все это лишь потому, что какой-то сумасшедший принял ее за другую женщину!

Погублена!.. В ушах Александры словно загремел похоронный звон. На глазах показались слезы. Девушка встала и подошла к тяжелому шкафу, закрывавшему окно. Из-за него был виден лишь кусочек оконного стекла. Краешком глаза Александра разглядела регулярный сад с затейливо подстриженными деревьями и кустами. За подъездной дорогой, ведущей с тракта, высились каменные строения, похожие на конюшни.