Сабрина Джеффрис - Шалун в ее постели

— Да, тетя, сейчас. Одну минуту.

Джаррет чуть не выругался. Неужели этот младенец намерен отчитывать его? Проклятие! Не его дело, чем они тут с Аннабел наедине занимались.

А Джордж, притворив дверь, проговорил:

— Я бы хотел знать, милорд, каковы ваши намерения относительно моей тети.

Его «намерения»? Что же на этот вопрос ответить?

Пожав плечами, Джаррет пробормотал:

— Уж не знаю, парень, что тебе привиделось, но я…

— Я не младенец, — перебил Джорди. — И я прекрасно знаю, как мужчина целует женщину. Вы только что, сэр, именно это и делали.

Джаррет едва не рассмеялся — мальчик и впрямь его отчитывал, причем смотрел на него очень сурово.

— Значит, прекрасно знаешь?.. — с усмешкой переспросил Джаррет. — Наверное, у тебя в этом деле немалый опыт.

Джордж хотя и покраснел, но позиций не сдал.

— Для этого не нужен опыт. Я не слепой. К тому же ваша репутация хорошо известна.

— Охотно верю, — кивнул Джаррет. — Но репутация твоей тети не запятнана. Неужели ты думаешь, что она позволила бы?..

— Позволила бы? — Мальчик смутился. — Нет, конечно. Но это не значит, что вы не могли… Ну, это… — Было очевидно, что он забыл нужное слово.

— Уж не хочешь ли ты обвинить меня в том, что я принуждал твою тетю к чему-либо? — осведомился Джаррет.

Джорди снова нахмурился.

— Но я точно знаю. Я все видел сэр.

— Ничего ты не знаешь, парень, и ничего ты не видел, — проворчал Джаррет. — И вообще, что бы ни произошло между мной и твоей тетей, это наше личное дело, ясно? У тебя в этом случае нет права голоса.

— Но вы же сами сказали, что я должен думать как взрослый мужчина. — Парень расправил плечи. — Именно это я и делаю. Отец, будь он здесь, поступил бы точно так же. И если у вас намерения нечестные…

— А что, если честные? — не удержался от вопроса Джаррет. И тут же мысленно воскликнул: «Ну почему я это сказал?»

Джорди внимательно посмотрел на него и ответил:

— Ну… тогда совсем другое дело.

Джаррет промолчал, и Джорди спросил:

— Итак, вы утверждаете, что ваши намерения — честные?

Джаррет невольно вздохнул, было очевидно, что мальчишка загнал его в угол. Господи, но с какой стати он должен держать ответ перед каким-то желторотым птенцом?! Нет, он будет делать то, что захочет, черт побери! Так всегда было и будет. Что же касается предположения этого парня, то его можно использовать в своих целях.

Заставив себя улыбнуться, Джаррет с заговорщическим видом проговорил:

— Видишь ли, Джорди, нам с твоей тетей надо еще многое обсудить, так что я был бы весьма признателен, если бы ты сохранил мои намерения в секрете. — Он ни в коем случае не мог допустить, чтобы мальчик побежал к Аннабел с докладом, мол, лорд Джаррет собирается за ней ухаживать.

Джорди кивнул, давая понять, что будет молчать.

— Вот и хорошо. — Джаррет указал на дверь. — А теперь нам лучше пойти и посмотреть, как там твоя матушка.

— Да, сэр. — Когда они направились к двери, мальчик снова взглянул на Джаррета; — Знаете, сэр, а если вы женитесь на моей тете, то станете моим дядей, так ведь?

Джаррет едва удержался от стона.

— Да, вероятно, именно так.

Господи, спаси и сохрани его! Вдруг ему уготован… какой-то особый ад за то, что сознательно солгал двенадцатилетнему мальчику. Да еще и возжелал его незамужнюю тетку.

Подходя к комнате миссис Лейк, Джаррет услышал какие-то странные звуки. И почти тотчас же понял: женщину рвало. Джорди побледнел и, бросившись к двери, распахнул ее. Их встретила Аннабел, которая сразу же закрыла перед ними дверь! Но Джаррет все же успел заметить ее невестку, склонившуюся над ночным горшком. В гневе скрипнув зубами, он мысленно поклялся: «Если доведется когда-нибудь снова встретиться с этой гнусной сплетницей, несчастная пожалеет, что появилась на свет».

— Как миссис Лейк? — спросил он у Аннабел.

— Боюсь, не очень хорошо, — ответила та со вздохом.

— Мы можем ей как-то помочь?

Аннабел на несколько секунд задумалась.

— Наверное, было бы неплохо попросить хозяина гостиницы, чтобы привез доктора…

— Непременно сделаю, — кивнул Джаррет.

Мальчик же в страхе прошептал:

— Я хочу к ней…

— Не сейчас, Джорди. — Аннабел взъерошила волосы сына и снова вздохнула. — Не сердись, милый, но она сейчас никого не хочет видеть, кроме меня. Но не переживай. Все будет хорошо, как только ее желудок очистится.

Однако по глазам Аннабел Джаррет понял: она не очень-то была в этом уверена.

— Знаешь парень… — Он взглянул на мальчика. — Пойдем-ка вместе попросим хозяина гостиницы, чтобы привез доктора твоей матушке. И заодно закажем ужин. — Он перевел взгляд на Аннабел. — Вам что-нибудь заказывать?

Она покачала головой:

— Я сейчас не смогу есть. А вы вдвоем идите.

Хозяин гостиницы тотчас послал за доктором, после чего предложил им бесплатный ужин, не приняв возражений. Они ели в молчании. Когда же принесли смородиновый пирог, губы мальчика задрожали — казалось, он вот-вот расплачется.

— Мама очень любит смородиновый пирог, — пробормотал он, отвернувшись.

— Значит, нужно оставить ей кусочек, чтобы съела, когда почувствует себя лучше, — заметил Джаррет.

Джорди снова на него взглянул.

— А может, следует еще что-нибудь сделать? Может, нужно вернуться, заявить в полицию? Пусть констебль арестует миссис Кренли.

Джаррет прекрасно понимал чувства мальчика. Похлопав его по плечу, он проговорил:

— Но ведь очень может быть, что мы понадобимся твоей матери. Что, если твоя тетя захочет послать за твоим отцом? Нет, мы должны оставаться здесь, на случай если возникнет нужда в нашей помощи.

— Да, наверное, — пробормотал Джорди, уставившись в свою тарелку. — Только тетя Аннабел не пошлет за отцом. Потому что он не приехал бы, даже если бы она за ним послала.

Джаррет тотчас насторожился.

— Но почему? Он что, так болен, что не в состоянии куда-либо ехать?

Мальчик молча покачал головой. Потом вдруг насупился и пробурчат:

— Не хочу говорить о нем, черт побери… Мне и без того плохо. Вдруг мама заболела… и умрет, а отец… — Джорди внезапно расплакался.

Джаррет искренне сочувствовал мальчику. Он снова похлопал его по плечу, а потом даже обнял за плечи.

— Успокойся, парень, она не умрет. Поверь, с ней все будет в порядке. Ей просто нужно хорошенько отдохнуть, и она непременно поправится.

Джорди всхлипнул и молча кивнул — его страх за мать был вполне понятен. Но реакция мальчика на болезнь отца показалась Джаррету весьма странной — тем более что Аннабел не раз утверждала: жизни брата болезнь совершенно не угрожает.