Джил Грегори - Долго и счастливо

Он снова повернулся к Герти с ледяным выражением на лице.

– Я сомневаюсь, что теперь вы найдете работу в приличной семье. Рекомендации от меня вы не получите. Так что будет лучше, если вы вернетесь домой, в Йоркшир, и проведете там остаток своих дней. Время от времени я буду наводить о вас справки, и если когда-нибудь услышу, что вы покинули Йоркшир для работы в семье, где есть дети, вы горько пожалеете об этом. Даю вам клятву, – прибавил он. – Вы поняли?

Гувернантка прекратила дрожать ровно настолько, чтобы кивнуть в ответ, и хрипло прошептала со слезами на глазах:

– Да, ваше сиятельство. Вы очень добры, ваше сиятельство. Я не хотела никого обидеть, ваше сиятельство…

– Джеред, убери ее с глаз моих.

Джеред поспешно увел гувернантку.

Затем Филип приказал всем, включая Доринду, идти вниз, в столовую.

– Можешь поужинать с нами, – сказал он ей, – и объяснишь, что же все-таки произошло. Я видел только часть случившегося.

– Меня спасла мисс Смит, и Щекотку тоже. – Слезы девочки высохли при упоминании об ужине в кругу взрослых, будто она настоящая молодая леди. Доринда покинула райское убежище в объятиях Шарлотты и подскочила к брату. – Если бы не мисс Смит, Герти украла бы Щекотку. Мисс Смит была такая смелая!

– Знаю, – ответил Филип. – Я видел.

Его взгляд остановился на лице Камиллы, и девушка почувствовала, как душа ее возносится к небесам, когда увидела в глазах графа теплоту и восхищение.

– Я ничего такого не сделала. – Внезапно она почувствовала смущение. – К счастью, вы подоспели вовремя и все закончилось хорошо.

Он взял ее руки в свои. Его ладони были теплыми, сильными.

– Мы у вас в долгу. Нельзя выразить словами… Но пойдемте, я хочу представить вас как следует, а здесь совсем неподходящее место. Если позволите, мисс Смит… – И, не дожидаясь разрешения, он снова поднял ее на руки и понес. Присутствующие только рты открыли в изумлении.

Когда они дошли до конца коридора, кошачья шерсть оказала на Камиллу неизбежное действие, и она чихнула.

– Будьте здоровы, – сказал граф, и Камилла почувствовала, что он искренне желает ей этого.

Этот ужин сильно отличался от официальной трапезы, которой так боялась Камилла. Все сидели за громадным резным столом из красного дерева в обшитой панелями столовой, длиной в сотню футов, и говорили одновременно. Стол был уставлен фарфоровой посудой и цветами в хрустальных вазах. При виде невероятного количества золотых вычурных приборов Камилла совершенно растерялась, не зная, как надо ими пользоваться. К счастью, леди Шарлотта, заметив ее панику, стала незаметно подсказывать ей при каждой перемене блюд. И сколько там было этих перемен! Аппетитные блюда из мяса, рыбы, жареных каплунов, ароматно пахнущие супы и восхитительные желе, пирожки с начинкой и сладости, сыры, фрукты и пирожные, – такого роскошного пира Камилла не могла и вообразить. И все так красиво сервировано на подносах под рифлеными серебряными крышками!

Но самым необычным на этом ужине было не количество блюд, не ряды подносов, и даже не изысканный вкус еды, а оживленное веселье за столом. Всем хотелось знать, что произошло в коридоре с Герти, почему ее уволили, а потом, когда все узнали об угрозах, с помощью которых гувернантка пыталась управлять девочкой, все стали поздравлять Камиллу и благодарить ее за спасение маленькой Доринды из когтей такого чудовища.

Джеред, вернувшийся после выполнения порученной задачи, стукнул кулаком по столу и заявил, что, будь его воля, бросил бы эту женщину в озеро, а не поручал заботам старого Питерса. Джеймс лично выразил Камилле благодарность за защиту Доринды. Шарлотта улыбалась ей приветливой улыбкой, от которой в комнате становилось светлее, а лорд Кирби, молча прислушивающийся к ее попыткам преуменьшить собственную роль в этой истории, посоветовал принимать все похвалы без возражений, так как семейство Одли еще никому не удавалось переубедить в чем-либо.

– Вы героиня, и все тут, – сказал он с улыбкой. Вблизи он показался Камилле еще привлекательнее. Глядя на него сверху из окна, она не могла получить полного впечатления о его элегантной, высокой, худощавой фигуре, обаятельной, сердечной манере общения и излучающих доброту чертах лица. Его глубоко посаженные глаза и улыбка были на удивление мягкими.

– От имени Доринды мы все вам низко кланяемся.

Камилла залилась краской, когда пили за ее здоровье, а затем, уже в который раз за время ужина, невольно перевела взгляд на графа. Он сидел во главе стола и в кои-то веки, казалось, был в ладу с остальными членами семьи. Доринда, которую посадили справа от него, даже вызвала у него улыбку, принявшись рассказывать длинную историю о мрачной участи, которая, как она надеялась, постигнет Герти Фитцсиммонс. Начиналась эта история с того, что почтовая карета потеряет колесо и сорвется с обрыва (разумеется, всем пассажирам, кроме Герти, удастся спастись). Далее она рассказала, как Герти будет убита разбойниками с большой дороги и ее тело будут клевать птицы, потом она утонет во время небывало сильной грозы и заблудится в болотистом лесу, где водятся привидения.

– И не забудь про пчел, – прибавила Камилла, проглотив последний кусочек восхитительного пирога с начинкой из ягод. – В лесу она наткнется на рой пчел, которые будут жалить ее часами, гоняя по темному лесу.

– А потом, – добавил Джеймс, вдохновленный этой сказкой, – она свалится в глубокую черную яму, полную змей, которые обовьются вокруг ее шеи.

Доринда повернулась к Джереду, глаза ее выжидательно горели.

– Теперь твоя очередь.

– И пауки заползут в эту яму и оплетут ее паутиной, пока она будет сражаться со змеями, – весело произнес тот.

Доринда захлопала в ладоши.

– Лорд Кирби?

Кирби допил остаток вина в бокале и подмигнул сперва Камилле, потом девочке.

– Естественно, – сказал он, – королева пауков заползет в яму и откусит Герти все ее толстые пальцы на ногах, один за другим.

Рассказ подхватила Шарлотта.

– А когда пауки с ней покончат, – произнесла она своим нежным, красивым голосом, – ужасные, красноглазые летучие мыши слетят вниз и запутаются в ее волосах.

– А потом, – закончил Филип, когда его младшая сестра с готовностью повернулась к нему и он увидел, что все эти страшные истории заставляют быстро потускнеть кошмарный образ Герти, превращая его в комичный персонаж, – потом летучие мыши унесут ее в пещеру злого волшебника, который будет держать ее в плену до конца дней, в клетке, полной крыс, ящериц и волков, и каждый вечер, когда пробьет полночь, все лесные создания на много миль кругом будут слышать ее жалобные вопли.