Адель Эшворт - Мой нежный граф

— Тогда, быть может, ты откроешь мне свои завораживающие ножки?

— Нет, — заявила Кэролайн дразнящим голосом, который поразил даже ее саму.

Брент медленно поднял голову и задумчиво окинул ее взглядом.

— Собственно, я не видел никаких частей твоего тела ниже двух довольно пышных, красивых…

— Перестань, — перебила она, рассмеявшись. — Если будешь продолжать в том же неприличном духе, я никогда не покажу тебе ничего выше лодыжек.

— Значит, ты милостиво позволишь мне лизать пальцы твоих ног?

Кэролайн не знала, возмущаться ей или хохотать.

— Ты бы сделал это? — удивленно спросила она.

Брент просиял.

— Разумеется.

Она недоверчиво на него посмотрела.

— Звучит отвратительно.

— Но доставляет сказочное удовольствие. — Граф немного приподнялся на постели и накрутил локон ее волос на палец. — На твоем теле много мест, которые я буду лизать, целовать и гладить, Кэролайн, и, поверь, все это доставит тебе огромное удовольствие. Обещаю.

Не говори он таким шутливым тоном, Кэролайн соскочила бы с постели. Но Брент беззастенчиво подтрунивал над ней, и она вдруг поймала себя на том, что ей это очень нравится.

Капризно изогнув губы, она тоже села, прильнула к Бренту и хрипло прошептала:

— Полагаю, теперь ты скажешь, что на твоем теле тоже есть места, которые и мне не лишне было бы полизать. Я права, Брент?

Она хихикнула, увидев внезапную растерянность на его лице.

Но Брент тут же застонал, подкатил глаза и рывком откинулся на простыни.

— Продолжай, и скоро я потеряю последние крохи самоконтроля. Нам нужно поговорить, но это можно сделать и позднее.

Кэролайн озадаченно взглянула на него, не зная, как быть, но чувствуя, что ей не хочется лишаться его уютной компании.

Брент сверкнул лукавой улыбкой.

— Уходи-ка лучше сейчас, Кэролайн. Я собираюсь вставать, а ты в точности знаешь, как я одет.

Не успел он договорить этих слов, как Кэролайн вскочила на ноги, схватила тапочки и опрометью кинулась из комнаты.

Глава одиннадцатая

Брент предложил пойти на прогулку вместе с Розалин, и Кэролайн не возражала. Солнце сияло все утро, и дождь минувшей ночи уступил замечательному осеннему полдню, манящему даже самых закоренелых домоседов выйти на улицу и насладиться свежим, терпким запахом диких роз и вереска.

Выкупавшись после работы в саду и пообщавшись с Розалин, Кэролайн бблыпую часть утра провела за письменным столом в гостиной, составляя список продуктов к чаю. Сегодня днем ее сестры Джейн, Шарлотта и Стефани впервые приедут в Мирамонт, и ей хотелось, чтобы все было в порядке. Бедняжка Мэри-Энн дохаживала последние месяцы беременности, и такая дорога была ей не под силу, что, впрочем, вполне устраивало Кэролайн. Ни к чему было так явно напоминать Бренту о необходимости родить наследника.

День выдался замечательным, теплым. Взрослые молча шли рядом, Брент нес под мышкой одеяло; Розалин бегала вокруг них кругами. Они достигли вершины зеленого холма, с которого открывался вид на дом. Там Брент расстелил одеяло, сел на него и усадил рядом с собой Кэролайн.

Они сидели тихо и мирно, наблюдая, как девочка прыгает, играет и собирает цветы.

— Ты совершила невозможное, — признался наконец Брент. — Никогда не думал, что увижу ее чистой и нарядной, играющей, как нормальный ребенок.

Кэролайн улыбнулась, подтянула ноги под юбку своего нежнорозового дневного платья и обхватила руками колени.

— Она умная девчушка. Ее просто нужно было немного подтолкнуть в правильном направлении.

Брент повернулся к жене и вгляделся в ее профиль.

— Розалин не могла сама научиться успокаиваться и нормально играть, Кэролайн. Благодаря тебе она теперь обнимает меня, держит за руку, машет мне. Я до конца своих дней буду благодарен за то, что ты для нас сделала. — Он понизил голос. — Что ты чувствуешь к ней?

Вопрос застал ее врасплох.

— Чувствую к ней?

Брент смерил ее задумчивым взглядом.

— Я хочу знать, какие чувства ты испытываешь к Розалин. Нелегко смириться с тем, что у твоего мужа есть внебрачная дочь, и, честно говоря, меня удивляет, что ты так легко справилась с этой ситуацией.

Кэролайн пожала плечами, не торопясь с ответом. Как объяснить, что ее чувства не имеют значения, так как она скоро оставит Розалин и Брента, чтобы уплыть за своей мечтой?

Наконец она, тщательно подбирая слова, тихо заговорила:

— Розалин очень дорога мне, потому что она невинный ребенок. А поскольку я ничего не могу поделать с ее внебрачным рождением, это меня не беспокоит. Твое прошлое касается только тебя, Брент.

Он изумленно покачал головой.

— Я никогда не знал такой женщины, как ты, Кэролайн. Ты совсем иначе, чем другие, относишься ко мне и моему прошлому, тебя совершенно не волнует, что у меня были сексуальные отношения с кем-то до тебя. Большинство жен бесконечно жаловались бы или пускали слезу. — Он помолчал и понизил голос. — Не знаю, радоваться или переживать, что ты относишься ко всему этому с таким спокойствием.

Кэролайн медленно перевела взгляд с него на луг. Ей досадно было сознавать, что прошлая связь Брента с куртизанкой все-таки немного волнует ее, но она хотела скрыть это.

— Пожалуй, если бы наш брак заключался по любви, это имело бы огромное значение и меня расстроило бы известие о такой связи. Поскольку мы обвенчались по расчету, я принимаю тебя таким, какой ты есть, и помню, что мои чувства к тебе и твоей дочери должны оставаться рациональными и независимыми от твоего запутанного прошлого.

В этот момент Кэролайн повернулась к мужу и заметила, как сжались его челюсти и сузились глаза. Она запнулась, но продолжила:

— Я просто хочу сказать, что, если бы мы любили друг друга, мои чувства отличались бы от нынешних. Вероятно, я бы очень ревновала тебя к матери Розалин.

— Ты намекаешь, что любовь и ревность идут рука об руку? — с сарказмом заметил граф.

Кэролайн ответила ему улыбкой, которую постаралась сделать ободряющей.

— Да, как правило. Возможно, всегда.

Брент крякнул и бросил взгляд на Розалин, которая срывала полевые цветы и собирала их в букет.

— Так вот, Кэролайн, — мягко проговорил он, — независимо от неуловимого чувства, которое женщины предпочитают называть любовью, с этой минуты я намереваюсь зорко следить за тем, где ты бываешь. Я не только не позволю никакому другому мужчине заявить права хотя бы на часть твоей жизни, я просто не знаю, что мы с Розалин будем делать, если ты исчезнешь из нашей.

Хотя Брент произнес эти слова шутливым тоном, Кэролайн, как ни странно, они одновременно обрадовали и смутили. Она попыталась улыбнуться, убирая со щеки выбившийся локон.