Барбара Картленд - Тщетная предосторожность

— Хью Мартен? — медленно повторила Микаэла. — Это такой высокий брюнет, раньше жил где-то неподалеку?

— Да, это Хью Мартен.

— Он еще у них, но, кажется, скоро уезжает. Микаэла произнесла это неуверенно и без видимого интереса к предмету разговора.

— Я рада, что он скоро уезжает, — заметила Синтия. — Видите ли, Микаэла, вы здесь совсем недавно, вам пока что трудно разобраться, кто хорош, а кто плох. Но мне бы не хотелось, чтобы среди ваших друзей оказался Хью Мартен.

— Почему? Чем же он так плох?

— Уверяю вас, ничего лестного о нем не скажешь. Конечно, есть у него и привлекательные черты, как и у всех. Но я не советую вам тратить время на Хью Мартена.

— Да я его почти не знаю! — воскликнула Микаэла. — А кроме того, он, видимо, считает меня слишком молодой и довольно скучной. Похоже, его интересует миссис Халлам.

У Синтии словно гора с плеч свалилась — Микаэла говорила так просто, бесхитростно, невозможно было заподозрить, будто она что-то скрывает. Сара, конечно, была не права, но это с ней случалось довольно часто, особенно если речь шла о тех, кому она попросту завидовала.

— Ну вот и славно, — одобрила Синтия. — И, надеюсь, вы не сердитесь на меня, Микаэла, за этот разговор? Я лишь желаю вам добра, хочу, чтобы вы были счастливы!

Микаэла вдруг лукаво взглянула на нее.

— Правда? — отозвалась она. — Наверно, как и все, вы желаете мне такого счастья, каким видите его сами…

Синтия изумилась: Микаэла чрезвычайно проницательна для своих семнадцати лет!

— Наверное, вы не согласитесь со мной, Микаэла, — сказала она, — но очень часто старшие действительно знают, что есть благо, а что нет, хотя молодым их рассуждения могут показаться старомодными.

— А я думаю, это зависит от многих обстоятельств, — возразила Микаэла. — От мудрости, опыта, но не от возраста. Некоторые полагают: возраст дает им право поучать молодых. Но возраст еще не все. Многие старики попросту глупы, особенно когда речь идет о человеческих отношениях.

— Вы меня пугаете! — воскликнула Синтия.

— Почему? — удивилась Микаэла. — Потому, что у меня своя точка зрения? У меня хватало времени на раздумья. Вы ведь знаете, меня воспитали дед и бабушка. Оба были старше, но совсем разные по характеру. Бабушка умом не отличалась, она часто мне говорила: «Ты должна так поступить, потому что я так велю. Я старше и знаю все лучше твоего». Дедушка в молодости был весельчак и сорвиголова. Короче, не то что бабушка… Иногда он рассказывал мне о своих похождениях. И у него было чему поучиться. А теперь… — Микаэла поднялась и потянулась. — Пойдемте поищем папу, — предложила она. — Он будет рад видеть вас.

Микаэла взяла гостью под руку и повела через газон к дому.

В последующие дни Синтия снова и снова возвращалась мыслями к этой удивительной девушке. Как она распорядится своей жизнью? Какого человека выберет в мужья? Для Синтии Роберт и Микаэла были как бы обитателями иного мира. Разве можно надеяться понять их, найти с ними общий язык? «Они уедут отсюда, — думала Синтия. — Они не смогут долго здесь жить».

Ей трудно было вообразить Роберта, живущего спокойной, обыденной жизнью сельского сквайра. Или же Микаэлу, счастливую в супружестве с простым, без затей, молодым человеком из здешних мест, который редко читает книги и для которого самая большая радость — удачная охота!

В сотый раз Синтия спрашивала себя, зачем Роберту Шелфорду понадобились «Березы». Конечно, это настоящее дворянское родовое гнездо, но для него оно не подходит. Он всегда представлялся ей на необъятных просторах, у недосягаемой горной вершины, у широкой реки с предательски опасным быстрым течением, которую надо перейти вброд. Он чужой здесь, среди тихой, неяркой безмятежной природы, как и очаровательная латиноамериканка, его дочь. Все твои мысли только о них! — корила себя Синтия. — Хватит! Думай о другом, о себе, наконец!..

— Мне надо найти какое-то занятие, Грейс! — сказала Синтия старой горничной.

— У вас сил не хватит для трудного дела, мисс!

— Я полна сил! — возразила Синтия. — И вижу, как растолстела. Роза меня обкармливает!

Горничная улыбнулась.

— С позволения сказать, вы совсем другая стали, мисс, не сравнить с тем, как приехали. Совсем худышка были. И вроде старше своих лет. А теперь точно, как на той карточке. Помните, у вашей бабушки на туалетном столике стояла?

— Помню! — воскликнула Синтия. — Мне там восемнадцать.

— Ну вот такая вы и сейчас, мисс!

— Благодарю за комплимент, но это еще одна причина, по которой следует заняться делом.

— Уж не собрались ли вы уехать от нас, мисс? — забеспокоилась вдруг Грейс.

— Ни за что от вас не уду! — ответила Синтия поспешно, и горничная вздохнула с облегчением.

Оставшись одна, Синтия отругала себя за то, что напугала Грейс. «Ничего, — думала она, — это все обычно для периода выздоровления: беспокойство, желание перемен, раздражение из-за мелочей. Пройдет все это, конечно, пройдет!»

Но когда через несколько минут раздался телефонный звонок, она с волнением подбежала и взяла трубку.

— Слушаю!

Голос Роберта сказал:

— Алло, Синтия! Вы еще здесь?

— Конечно! Когда вы вернулись? Хорошо провели время?

— Замечательно. У Микаэлы был огромный успех, а я купил несколько скаковых лошадей!

— Боже! Вы их привезете сюда?

— Не сразу, они проходят обучение в Нью-маркете. Вам, думаю, интересно об этом узнать.

— Чрезвычайно! Но расскажите еще про Микаэлу.

— Завела огромное число друзей, самых разных. Каждый вечер в Лондоне мы куда-нибудь выезжали, и всегда по отдельности.

— Вы, как я вижу, оказались не самой лучшей дуэньей, не справились со своей ролью.

— Так и знал, что мне от вас нагорит! Послушайте, Синтия, я хочу пригласить вас сегодня вечером. Для меня это очень важно, я тут кое-кого жду, очень хотелось бы, чтобы вы встретились с этим человеком.

— Ах, Роберт, я ни с кем не хочу встречаться! Но рада буду повидать Микаэлу.

— Повторяю: это валено для меня. К восьми пришлю за вами машину.

Он повесил трубку. Синтия знала: она, конечно, не сможет ему отказать. «Типичный поступок Роберта!» — думала она, испытывая вместе с тем легкую тревогу: тон был какой-то необычный. Она достаточно хорошо его успела узнать и теперь почувствовала, что он неспокоен, даже встревожен, и говорит как-то странно. Вдруг Синтия замерла. Она подумала, что Роберт решил жениться и хочет познакомить ее со своей будущей женой. Может быть, в этом дело?

— Если так, я буду рада знакомству с ней. Синтия произнесла это вслух, и слова откликнулись насмешливым эхом в пустой комнате.