Екатерина Левина - Соловей для черного принца

— Я тоже хочу намазаться сажей! — тут же заявила Летти.

— Тут должны быть лотки, где раздают шляпы и угольки.

— Мы должны их найти! И пойдем плясать вокруг костров. И главное, попрыгать через огонь!

— О, Летти, ты такая храбрая! — воскликнула Сибил, но тут же спросила, — А это обязательно делать всем?

— Нет, конечно! Это опять обычай, связанный с нечистой силой, — вновь пояснил Николс. — Танцы вокруг костра защищают от колдовства, а если кому-то случится подпалить одежду, прыгая через огонь, значит, он настоящий счастливчик, и никакая нечисть ему не страшна. Поэтому, особо резвые смельчаки стараются прыгнуть, как можно ближе к огню.

— Но ведь это опасно и глупо.

— Люди всегда глупы. И именно глупость заставляет совершать самые невероятные вещи. В опасности вся соль. Ты думаешь, если бы не было риска вспыхнуть, стали бы люди прыгать?

— Роб, оставь свое занудство! Мы пришли веселиться, а не петь литургии.

Летти уже надоели разговоры, и ей не терпелось поскорее окунуться в праздничное веселье. Она взяла под руку Николса и потащила его вперед в поисках лотков со шляпами и углем.

Я тоже прибавила шаг, оставив позади Сибил и Рэя, всю дорогу бросавшего на девушку задумчивые взгляды. Интересно, думала я, о чем они будут разговаривать, когда рядом никого не будет. Мне так хотелось подслушать их. Но, как бы я ни напрягала слух, ничего не услышала.

Рэй нисколько не изменился с того времени, как я покинула школу. Теперь он работал в кузни отца и на всякую ерунду, вроде книг и писанины, не отвлекался, что очень радовало мистера Готлиба. Он оставался все таким же молчаливым. Только еще шире разросся в плечах, а на руках появилось больше мозолей. После смерти мистера Пешенса Рэй начал более открыто проявлять интерес к Сибил. Нет, он не то чтобы ухаживал. Но иногда помогал ей, как в случае с вязанкой еловых веток на Рождество, или здоровался с ней, забывая при этом про других девочек.

— В деревне уже давно свели их, — как-то сказала мне тетя Гризельда. — Конечно, им придется подождать пару годков, мальчику только семнадцать. Правда, отец Рэя сообщил мне по секрету, что если бы Руфус был жив, он был бы против такой невестки, несмотря на ее трудолюбие.

В тот момент, когда я уже подходила к лоткам, огибая какого-то мужчину в шлеме с козлиными рогами, мне на встречу выскочила Летти. Она уже раздобыла соломенную шляпу с воткнутыми в нее белыми лилиями. В ней она выглядела еще более восхитительной.

— Вот, что мне надо! А уголь мне будет ни к лицу, — сообщила она, красуясь. — Я не трубочист, чтобы мазаться сажей. А вот тебя, Сибил, можно и намазать, чтобы скрыть все изъяны.

— Ей скрывать нечего! — твердо заявил Рэй, опередив мой ответ в защиту Сибил.

Он грозно взглянул на Летти, и та иронично ответила:

— Ну, тебе видней!

Она засмеялась и закружилась, словно никакой размолвки не было.

— А знаете, что мы обнаружили с Ники? Стол с напитками, там разливают горячий пунш! А хозяйничает простушка миссис Брасли. Ну, та, которая все время хохочет, даже когда сидит в церкви. Не понимаю, почему миссис Додд и твоя тетя поставили ее на такое ответственное место.

— Наверное, она тоже хочет быть в чем-то полезной и помочь на празднике! — нерешительно ответила Сибил.

— Тогда нам надо поскорее воспользоваться ее полезностью и выпить пунша! А потом пойдем танцевать и веселиться. Я думаю, что я буду плясать джигу, пока не упаду.

— Ты же не думаешь, что мы будем…пьянствовать? — спросила я.

Хотя, должна признать, в душе я совершенно не противилась. Это относилось к разряду запретных плодов и делало сегодняшнее приключение захватывающим.

— Нет, ты все-таки ужасная зануда, Найтингейл! Если не возьмешься за себя, станешь злобным синим чулком или обиженной на весь свет старой девой.

— Ну и что в этом плохого! Это лучше, чем валяться в канаве, как старик Ансельм, и благоухать на всю округу винным парами.

— Как что! И ты еще спрашиваешь? — она скорчила брезгливую рожицу. — Будешь ходить с большущим уродливым моноклем и вечно прищуренными глазами. А на твоем носу вырастет целая колония прыщей! Станешь катастрофически непригодна для общества мужчин!

— Подумаешь, какая незаменимая потеря!

В ответ она только фыркнула и, развернувшись, побежала к опушке, где стоял стол с напитками. Мы же, посовещавшись, все-таки решили, что глоточек пунша, нам не навредит. Тем более Сибил еще ни разу его не пила.

— Значит мы должны обязательно познакомить нашу маленькую Сиб с этим божественным напитком! — подвел итог Николс, и мы тоже направились к столу.

Кружки оказались гораздо больше, чем мы ожидали. Но, уже решившись, мы выпили все до последней капли. После этого, разгоряченные напитком и всеобщим весельем, мы побежали к кострам, где уже вовсю плясали и шли игры.

И хотя я наслаждалась праздником, вместе с подругами водя хороводы вокруг костра и танцуя джигу, мне было как-то не по себе. Я даже не знаю, как объяснить то чувство, которое владело мной. Я видела ликующий взгляд Виолетты, лучистые от восторга глаза Сибил, но сама не испытывала этих ощущений. Мне было беспокойно и неуютно, словно я ожидала чего-то. И моя спина нещадно горела с самого приезда. Сперва, я думала, что это от огня. Но потом, поняла, что огонь тут ни при чем. За мной наблюдали! Наблюдали так, как голодные кошачьи глаза следят в темноте чулана за мышью, играющей кусочком сыра.

Я поспешно вышла из круга. Надо найти тетушку — с ней мне было бы гораздо спокойней.

— Ты куда? — крикнула мне Сибил. Ее щеки пылали, отчего она выглядела очень милой.

— К тете. Хочу узнать, не пора ли домой.

— Но ведь мы недавно приехали! Еще совсем рано!

Ей так не хотелось уезжать. И я понимала ее. Почему мои страхи должны касаться других? Может быть, я опять напридумывала бог знает что! Еще Мэг не раз повторяла, что я большая мастерица по части выдумок и любительница переполохов.

— Стоит вам, мисс, услышать одно слово, как вы тут же сочините из него целую историю!

Уговаривая себя таким образом, я немного успокоилась, но танцевать мне уже расхотелось. Поэтому я направилась в ту часть поляны, где раздавали выпечку и проводили конкурс "Лучший овощ", в надежде найти там тетю Гризельду.

Его я заметила сразу, как только отошла от костра. Не сомневаюсь, что Дамьян решил по тому, как я встревожено оглядывалась, что пора показаться. Его сопровождали ребята, среди которых я узнала Била Стоуна из Китчестера и братьев Бредли. Двое других мне были незнакомы. Все ребята держались позади Дамьяна, а он вышагивал во главе и явно был их предводителем. Вот уж никогда бы не подумала, что эти хвастунишки Бредли могли перед кем-то увиваться. Но около него они явно увивались. Даже согнулись немного, так как он был ниже их на целую голову, и заискивающе лыбились. Меня они не замечали и обсуждали что-то, громко обращаясь к нему. Он же смотрел прямо на меня.