Розалинда Лейкер - Золотой тюльпан. Книга 2

— Я принимаю заказ, — твердо объявил Хендрик.

Прошло много времени, художник смягчился и готов был забыть роль Питера в проступке Алетты. Он отложил работу и обратился к молодому человеку более приветливо.

— Спасибо, что пришли. Для вас это было, конечно, нелегко. Будь я на вашем месте, я никогда не переступил бы порог этого дома.

— У меня была достойная цель.

Хендрик поспешно взмахнул рукой.

— Только не просите меня позволить вам ухаживать за Франческой, потому что никакие слова не заставят меня изменить решение.

— Я и не ожидал этого, так как запрет поступил от Людольфа ван Девентера.

Хендрик казался ошеломленным.

— Почему вы думаете, будто он имеет какое-то отношение к моему решению? — выпалил он.

— Пока вы не освободитесь от долга, он будет диктовать свои условия по отношению к Франческе.

— Значит, вы догадались. — Хендрик приподнял и смиренно опустил плечи и заговорил хриплым усталым голосом. — Я предполагал это.

— Этот человек — настоящее зло!

— Полагаете, я этого не знаю? — Хендрик сел на табурет, на лице его появилось пристыженное выражение. — Я никогда не встал бы между вами и Франческой. Отнюдь нет. Вы доказали свои благие намерения, взяв на себя расходы за ее ученичество, не желая в то же время, чтобы она знала хоть что-нибудь об этом. Это убедило меня, что вы любите ее бескорыстно. В отличие от этого дьявола! Он устроил целое представление, изображая, будто печется о ее благе, но уже пытался — правда, тщетно — сменить место обучения. Можете догадаться, почему? — Хендрик не стал дожидаться ответа. — Он думал, что моя дочь прервет учебу, во время которого существует запрет на брак, и он женится на ней до того, как она перейдет в другую студию! Кроме того, в его планы вовсе не входило серьезное обучение. Это были бы частные уроки для замужней женщины!

— Франческа никогда не вышла бы за него замуж!

Хендрик низко опустил голову.

— По собственной воле — никогда.

Питер охватило ужасное подозрение.

— Что вы хотите этим сказать?

Когда художник не ответил, он подошел к нему и энергично встряхнул за плечи.

— Вы подписали с ним контракт? Да?

Хендрик прикрыл рукой глаза.

— У меня не было выбора, — с несчастным видом признался он. — Если бы я не согласился, он упрятал бы меня на многие годы в тюрьму за неуплату долга. — Хендрик назвал Питеру сумму, которую задолжал.

Питер глубоко вздохнул.

— Когда вы намерены открыть Франческе, что вы сделали?

Хендрик резко вскинул голову.

— Не сейчас! До конца своих дней я буду благодарен Вермеру за то, что он отказался отпустить ее. По крайней мере, у нее есть еще несколько беззаботных месяцев впереди. Моя величайшая надежда заключается в том, что ей потребуется три года вместо двух, чтобы получить членство в Гильдии. Возможно, к тому времени ситуация изменится.

— Каким образом?

Голос Хендрика повеселел при мысли о том, что его младшая дочь могла бы сделать для него.

— Сибиллу повсюду сопровождает некий ван Янс, а его замужняя сестра выступает в роли компаньонки. Пока что отношения между молодыми людьми только начинают складываться, но признаки весьма обещающие. Со временем я надеюсь на щедрость богатого зятя.

Питер подумал, что глупо со стороны Хендрика питать надежды на это. Семья ван Янсов не отличалась благотворительностью.

— С кем из ван Янсов встречается Сибилла?

— С Адрианом ван Янсом. Вы знаете его?

— Лично, нет. Я проектировал как-то сад для одного из его знакомых. — Питер не был готов беседовать подробнее на эту тему. Заказчик представлял собой замужнюю женщину, с которой Адриан ван Янс состоял в любовной связи с семнадцатилетнего возраста. Она была вдвое старше его и жила со старым обходительным мужем. Эта связь долгое время вызывала скандал в определенных кругах. Среди приятелей-офицеров Питера ходили непристойные шуточки по этому поводу, но он никогда не обращал особого внимания на имя ван Янса, да и собственные проблемы не оставляли времени на размышления насчет шанса Сибиллы. — А что, если Людольф сообщит Франческе о брачном контракте?

Хендрик доверительно ответил:

— Он не сделает этого. Не сейчас, когда ему приходится ждать дольше, чем он ожидал. Я понял, что он думает склонить ее к добровольному замужеству. Трудно предположить, будто такой человек способен на большую любовь, но нельзя отрицать, что он влюблен до безумия.

Питер, глубоко задумавшись, медленно отошел к окну. В данный момент у него было слишком много расходов, чтобы добыть сумму, необходимую для выплаты долгов Хендрика вместе с процентами. Если бы он не сделал недавно крупное капиталовложение, то денег хватило бы. Но на этом дело не кончится, так как неизбежно последует долгая и дорогостоящая борьба в суде за расторжение брачного контракта, причем без всяких гарантий на успех; особенно, если Людольф заявит, что избавил Хендрика от банкротства и не допустил, чтобы его с семьей вышвырнули на улицу. Питеру казалось, что первоначальный план увезти Франческу в Италию по-прежнему остается единственным способом спасти ее.

— Как только предоставится возможность, я съезжу в Делфт, — сказал Питер, возвращаясь на середину комнаты. — Не надо тревожиться. Людольф не узнает, что у него есть соперник. В связи с приближением сезона тюльпанов, я не могу пока что строить определенные планы. Необходимо подготовить товар и заполнить им все лавки.

— А также и картинами любителей? — насмешливо спросил Хендрик, почувствовав, что затронута старая рана.

— Не в этот раз. При необходимости я поговорю с Алеттой, хотя, как сообщала вам Франческа, ее сестра ничего не писала с того времени, как уехала из Амстердама. Но если ей придется рисовать на продажу, я с радостью предоставлю ей свой прилавок.

Хендрик, сердито нахмурившись, поднялся на ноги. Затем его гнев исчез почти так же быстро, как и вспыхнул. Он не простил Алетту, в которой видел сейчас бессердечную дочь, покинувшую своего отца, но Людольф был слишком сильным источником раздражения, чтобы злости хватало на кого-то еще.

— Эта тема — закрытая книга в моем доме. Я желаю вам успехов в новом сезоне, но, ради всего святого, держитесь подальше от Франчески. Сама ваша забота о ней представляет сейчас величайшую угрозу ее благополучию. Не подвергайте мою дочь опасности, Питер.

— Я уберегу ее даже ценой собственной жизни.

Они расстались, восстановив дружеские отношения. Спустя два часа Питер вернулся в Харлем. Скоро наступит настоящая весна, и пройдет немного времени, как плантации превратятся в ковер из разноцветных тюльпанов.