Джулия Куинн - Ее тайный дневник

Он целовал ее. Черт, Он ведь почти совершил над ней насилие. Трудно вообразить, что где-то в Британии есть молодая женщина, менее подходящая для того, чтобы стать объектом его страсти, чем Миранда.

Гореть ему за это в аду.

Будь он не таким конченым человеком, как сейчас, то женился бы на ней. Репутация молодой особы может быть загублена и по менее значительному поводу. Но вредный голосок в мозгу подсказывал: «Никто этого не видел». Никто не знает… кроме них двоих. Миранда ничего не скажет. Она не такая.

А он утратил свое благородство. Об этом позаботилась Летиция — она убила в нем все хорошее и доброе. Но что-то все же, видимо, осталось. И он ни в коем случае больше не приблизится к Миранде. Одной ошибки ему показалось недостаточно, и он совершил вторую. А может дать маху и в третий раз.

Господи, о чем он думает?

Ему необходимо держаться от девушки подальше. Если он не станет к ней приближаться, то избежит искушения, а она в конце концов забудет об их предосудительной встрече и найдет себе достойного мужа. Но Тернеру почему-то стало не по себе, когда он представил, как Миранду обнимает другой мужчина. Откуда эти мысли? Наверное, из-за того, что он очень рано проснулся, а вчера сильно устал. К тому же прошло всего шесть — иди около того — часов с тех пор, как он целовал Миранду. Его ужасное состояние можно объяснить сотней самых разных причин, и не стоит в них углубляться.

А пока что надо избегать ее. Может быть, ему лучше уехать из города? Убраться куда-нибудь подальше. Например, в деревню, тем более что он и не собирался надолго задерживаться в Лондоне.

Тернер со стоном открыл глаза. Господи, неужели он начисто утратил остатки самообладания? Миранда — неопытная двадцатилетняя девушка. Она не похожа на Летицию, изобретательную кокетку.

Хотя подруга сестры привлекает его, он не должен поддаться искушению, у него хватит на это силы воли. Но жить с ней в одном доме он больше не сможет. А пока что не помешает заняться дамами высшего света. Наверняка и в этом сезоне найдется несколько скучающих молодых вдовушек, а он слишком долго жил без женского общества.

И если что-то поможет ему забыть одну женщину, так это увлечение другой.

Тернер, очевидно, устал от нашего общества.

— Что? — Миранда ставила цветы в фарфоровую вазу, и только благодаря ловким рукам, а также везению бесценная антикварная ваза не упала и не разбилась.

— Вообще-то он уже уехал, — равнодушно пожав плечами, сказала Оливия. — Его камердинер как раз сейчас упаковывает вещи.

Миранда дрожащими руками поставила вазу на стол.

Надо успокоиться. Она сделала несколько медленных и глубоких вдохов и выдохов. Наконец обрела способность говорить.

— Он уезжает из города?

— Нет, не думаю. — Оливия, зевая, устроилась на кушетке. — Тернер ведь не собирался оставаться в Лондоне надолго, поэтому скорее всего снимет квартиру.

Как это понимать? Сердце болезненно сжалось. Он найдет себе другое жилье, лишь бы не видеться с ней. Это печально и унизительно. А может, и то и другое.

— Уехал, и хорошо, — продолжала Оливия, не замечая, что подруга расстроена. — Братец заявил, что никогда больше не женится…

— Он так сказал?

Миранда застыла. Тернер и впрямь заговаривал, что не ищет жену, но не имел же он в виду, что это навсегда.

— Да, — ответила Оливия. — Он не раз высказался по этому поводу. И весьма решительно. Мама чуть в обморок не упала.

— Даже так?

Миранда с трудом могла представить себе такую картину.

— Ну, она устояла на ногах, конечно, но если бы у нее не были такие крепкие нервы, то вполне могла бы потерять сознание.

Обычно Миранду забавляла бессвязная болтовня подруги, но сейчас ей захотелось ее придушить.

— Во всяком случае, — вздохнув, сказала Оливия, откинувшись на кушетке, — хотя брат и заявил, что больше никогда не женится, я уверена, что он передумает. Просто Тернер должен пережить свое горе. — Она бросила быстрый взгляд на подругу и уточнила: — Или насладиться обретенной свободой.

Миранда натянуто улыбнулась, хотя ей хотелось заплакать.

— Что бы он ни говорил, — задумчиво продолжала Оливия, прикрыв глаза и поудобнее устраиваясь, — брат точно не найдет себе невесту, пока живет здесь. Господи, как можно за кем-то ухаживать в окружении матери, отца и двух младших сестер?

— Почему двух?

— Ну, одной, хотя тебя вполне можно считать второй. Твое присутствие наверняка будет его стеснять.

Миранда не знала — смеяться ей или плакать.

— Но даже если он в ближайшем будущем и не подыщет себе подходящую партию, — добавила Оливия, — он должен завести любовницу. Тогда брат забудет Летицию. Наверняка!

Ох и язычок у подруги! Миранда промолчала.

— В нашем обществе он обречен скучать. — Подруга открыла глаза и, подперев голову ладонями, посмотрела на Миранду. — Так что все к лучшему. Ведь так?

Та согласно кивнула. Что еще ей остается? У нее не было сил даже заплакать.

19 июня 1819 года

Его нет уже целую неделю, и я сама не своя.

Если бы он просто куда-то уехал, это я могла бы поднять. Но он не вернулся! И не зашел ко мне. Не прислал письма. До меня доходят слухи о том, что он появляется в обществе, но я его ни разу не видела. Его нет там, где бываю я. Один раз мне показалось, что я увидела его в конце комнаты, но не было уверена, что это Тернер.

Не знаю, что мне делать. Я не могу поехать к нему — это было бы верхом неприличия. Леди Радленд запретила даже Оливии наносить ему визиты. Он обосновался в Олбани, а там живут исключительно холостые джентльмены, никаких семей или вдов.

— Что ты собираешься надеть на бал к Уортингтонам? — поинтересовалась Оливия, положив в чай три ложки сахара.

— Разве бал уже сегодня?

Миранда судорожно стиснула пальцами ручку чашки. Тернер когда-то обещал ей, что будет там и потанцует с ней. Он не нарушит своего обещания.

А если он там не появится?

Она должна удостовериться, что он сдержит слово, и увидеть его.

— Я надену зеленое шелковое платье, — сказала подруга. — Если только ты не захочешь надеть такое же. Вообще-то тебе очень идет этот цвет.

— Ты так думаешь?

Миранда вдруг поняла, что для нее крайне важно этим вечером выглядеть привлекательной.

— Мм… Но мы обе не можем нарядиться в платья одинакового цвета, так что решай скорее:

— А что ты посоветуешь? — нерешительно спросила Миранда.

У нее был неплохой вкус, но с Оливией ей не соперничать.

Склонив голову набок, та придирчиво рассматривала подругу.