Мэри Блейни - Нежданный поцелуй

Когда же они покидали детскую, Мерион чувствовал себя таким же старым, как камни Пеннфорд-Касла.

Должно быть, Рекстона хорошо вымуштровал его наставник. Прощаясь с отцом, мальчик поклонился и поблагодарил его за визит. И тотчас же показал, что он еще ребенок, — взял с отца обещание «показать мне все сокровища, привезенные тобой из путешествий, когда мы вернемся в Пеннфорд».

Возвращаясь в кабинет, Мерион надеялся, что найдет там ответ на свое приглашение. Но конверта на письменном столе не было.

Зато вернулся Гаррет, выполнивший свою миссию.

— Так что же ты узнал? — спросил герцог, усаживаясь на диван.

Усевшись с ним рядом, Гаррет с усмешкой проговорил:

— Следует начать с того, что визит к матери юного мистера Уилсона напомнил мне те разведывательные рейды, которые я предпринимал во Франции. — Из-под письменного стола выбралась Магда и уселась рядом с Гарретом. Погладив ее, он добавил: — Да, это был настоящий разведывательный рейд.

— Такая возможность даже не приходила мне в голову, — заметил герцог с усмешкой. — Что ж, если так, то я больше никогда не попрошу тебя ни о чем подобном.

— Благодарю вас, ваша светлость. — Гаррет коротко рассмеялся. — Так вот, миссис Уилсон отлично управляется и без мистера Уилсона. У нее новорожденная малютка-дочь, которая кажется очень болезненной, а еще мальчик лет двух. Алану же четырнадцать.

— Слишком уж он малорослый для своего возраста.

— Да, верно, — кивнул Гаррет. — А вот его мать производит впечатление очень сытой и очень здоровой женщины. У младшего же мальчика — глаза ребенка, который постоянно недоедает. А малышка слишком мала, чтобы хоть что-нибудь сказать. Она все время плачет, Алан постоянно пытается ее успокоить, время от времени бросая взгляды на мать. — Гаррет сокрушенно покачал головой и вновь заговорил: — Разумеется, я сказал мальчику и его матери то, что ты поручил мне им сказать, — мол, если он придет завтра, то для него найдется работа в конюшне. И он, казалось, так обрадовался, что захотел сразу же поехать со мной, чтобы поговорить с главным грумом. Ехал на козлах, рядом с кучером. И Джон Коучмен потом сообщил мне, что за всю дорогу малый не произнес ни слова.

— Думаю, он боялся матери, поэтому и захотел убраться из дома.

— Да, его мать производит впечатление драчуньи, — кивнул Гаррет.

— И это тебя беспокоит более всего?

Преподобный снова кивнул:

— Да, Мерион, очень беспокоит. — Он провел ладонью по волосам и, вздохнув, продолжал: — Полагаю, что муж миссис Уилсон сбежал от нее. Возможно, он действительно ищет работу где-то на севере, но не думаю, что она когда-нибудь увидит его. Надеюсь, что если мальчик будет зарабатывать здесь у тебя, он не станет воровать.

Мерион поднялся на ноги. Выслушав рассказ Гаррета, он только утвердился в своих намерениях.

— Майкл, я хочу сделать его своим личным слугой. Сегодня возьму кабриолет и другого грума. Когда же главный грум вымуштрует Алана, тот будет мне прислуживать. Я сам поговорю с главным грумом.

— И все-таки я не уверен, что он будет честен, Мерион. Если мать прикажет ему воровать, он будет это делать. Хотя мне кажется, что более всего его привлекает Магда.

— Что ж, ничего страшного. Пусть выводит ее на прогулку в парк, когда выдастся свободное время. Рекстон часто берет ее с собой, когда гуляет в парке со своим наставником. И я не слышал, чтобы собаки жаловались на то, что им позволяют вдоволь поваляться на траве.

— Пожалуй, ты прав, — согласился Гаррет. Тоже поднявшись, он сообщил, что ему надо уйти, чтобы выполнить кое-какие поручения супруги.

Проводив зятя до двери, Мерион сел за письменный стол и принялся перебирать бумаги, гадая, не переложила ли убиравшая здесь горничная конверт с ответом на его письмо. Когда все бумаги были пересмотрены и аккуратно сложены, но ответного письма обнаружено не было, герцог решил лично нанести визит синьоре Верано. Он приказал заложить карету, а потом вдруг обнаружил на козлах рядом с кучером Алана Уилсона.

Джон Коучмен принялся убеждать хозяина, что мальчику необходимо изучить город. Это объяснение не выдерживало критики, и Мерион подумал, что мальчишка просто уговорил Джона Коучмена, чтобы тот позволил ему занять место на козлах.

Карета докатила до извилистых улочек в Блумсбери без особых приключений, хотя дорога заняла больше времени, чем обычно.

— Что-то там происходит, ваша светлость! — внезапно крикнул кучер, кивнув на толпу, собравшуюся на углу улицы.

Мерион положил на сиденье бумаги, которые читал по дороге, и принялся наблюдать за собравшимися людьми. Среди них были и мужчины, и женщины, и все они о чем-то оживленно спорили, а некоторые громко смеялись. «Но что же здесь происходит?» — думал герцог, выглядывая в окно.

Как только карета Мериона миновала толпу, оглушительно хлопнула петарда, потом вторая, затем третья. Карета качнулась, и герцог ухватился рукой за стенку, пытаясь удержаться на сиденье. В следующее мгновение карета остановилась, и тут же раздался громкий голос Джона Коучмена:

— Ты мог лишиться руки, парень! В таком случае ты едва ли пригодился бы герцогу!

— Лучше потерять руку, чем позволить лошадям подняться на дыбы, — ответил мальчик с таким спокойствием, будто каждый день попадал в подобные переделки.

Распахнув дверцу кареты, Мерион выскочил наружу и закричал:

— В чем дело?! Что там у вас случилось?!

— Кто-то выпустил петарду, а Уилсон поймал ее и отбросил подальше от кареты, — ответил кучер.

Герцог приблизился к козлам и проговорил:

— Вы совершили очень смелый поступок, мистер Уилсон. — Он внимательно посмотрел на мальчика. — Но как же так вышло? Вы не видели, кто бросил петарду?

— Нет, сэр! — Мальчишка покачал головой. — Но я почувствовал запах и понял, что у нас могут быть неприятности… Вот я и выбросил петарду подальше, чтобы лошади не испугались.

— Лошади? — Мерион улыбнулся. — Мне кажется, Уилсон, ты очень любишь животных. Возможно, даже больше, чем людей.

— Так оно и есть, сэр, — кивнул юноша, нимало не смущаясь.

— Что ж, Уилсон, я очень рад, что ты начал у меня служить даже на день раньше, чем предполагалось. Коучмен, надо позаботиться о том, чтобы парень получил ужин, прежде чем отправится домой.

— Слушаюсь, сэр, — отозвался кучер.

Усевшись в карету, Мерион принялся размышлять о случившемся. К счастью, им удалось избежать несчастья, но похоже было, что собравшиеся на улицах толпы народа становились все наглее и отчаяннее. И среди них, конечно же, имелись зачинщики, то есть бездельники, готовые на все.