Стелла Камерон - Его волшебное прикосновение

Джеймс с любопытством взглянул на нее.

— И что же это? Селина густо покраснела.

— Я сделала открытие. Ты сочтешь меня глупой, что я не знала этого раньше. Но мне показалось, что мужчины испытывают… вернее, чувствуют страсть так же, как и женщины. Да?

Джеймс прочистил горло.

— И за твою помощь я обещаю тебе доставить удовольствие. И также ты будешь иметь мою бесконечную благодарность и дружбу. Вот. — Она кивнула, но было видно, как дрожали ее губы.

— И когда… вернее, сколько у меня времени на это?

— Немного. — В светло-карих глазах девушки промелькнуло беспокойство. — Очень плохо, что родители еще не в Лондоне. Мы могли бы покончить с этим уже сегодня вечером.

— Покончить?

— Ну да. Я бы вошла и заявила, что моя репутация погибла, что я втянула вас в это и что вы не собираетесь жениться на мне. И тогда вы могли бы уйти. Но, к несчастью, родителей нет в городе, а Летти будет настаивать на том, чтобы они услышали все сами.

— Летти в курсе того, что ты делаешь.

— Ну, немного. Я не говорила ей, что буду такой смелой.

— Это понятно, — сочувственно произнес Джеймс. Он соблазнит ее, но сделает это не спеша, чтобы получить доступ в Найтхед и заручиться доверием Годвинов. — Обещаю, я помогу тебе, но ты должна предоставить это дело мне.

— Если ты так считаешь… Но мне так хочется побыстрее покончить с этим. Мне невыносимо видеть этого человека рядом. Не понимаю, почему он хочет в жены такую неопытную женщину, — оказала Селина и понюхала розу.

Джеймс взглянул на нее и ощутил глубокую жалость.

— Предоставь все мне, — повторил он. Как могут родители обрекать своего ребенка на такую судьбу? Он понимал, что все делалось ради выгоды, но эта мысль угнетала Джеймса.

Селина отложила розу и принялась развязывать ленту на коробочке.

— Думаю, я немного проголодалась. — Но тут девушка заглянула внутрь и закричала.

— Что такое? — Джеймс кинулся к побледневшей Селине.

— Нет! Нет! Убери его! — кричала она.

И вдруг Джеймс увидел, как из перевернувшейся коробочки на колени Селины выпал мохнатый черный паук. Распахнув дверцу, он выкинул насекомое вместе с коробкой. Лиам поплатится за это.

— Прости меня, — произнес он. — Все хорошо, его больше нет. Не знаю. как он попал туда, но теперь ты в безопасности.

Селина соскочила со своего места и бросилась к нему на шею. Ее шляпа упала на пол, волосы рассыпались, а тело дрожало от страха.

— Я явно не справился со своими обязанностями, — произнес Джеймс. — Ты ведь говорила, что мужчина должен заботиться о том, чтобы рядом с тобой не было никаких ужасов. — «Лиам, похоже, тоже слышала эти слова», — подумал он.

— Я говорила, что ожидаю этого от мужа, — чуть слышно ответила девушка. — Но не от друга, который согласился мне помочь, потому что он джентльмен.

— Не надо, — начал было Джеймс, но тут же осекся. Ему не хотелось, чтобы она так обращалась к нему, особенно в этой ситуации. — Я сделаю все, чтобы защитить тебя в будущем. Ты промокла, Селина. Я не выполню свой долг, если ты простудишься.

— Просто прижми меня покрепче.

И Джеймс крепко обнял ее. Он гладил ее густые волосы. спину и наслаждался чистым, девственным запахом ее кожи. Джеймс старался сохранить самообладание.

— Под сиденьем есть одеяло, — произнес он. — Пожалуйста, сними платье и согрейся. Мы разложим твою одежду, и она быстро высохнет.

— А как же мистер Вонтел?

— Он не заглянет сюда, я позабочусь об этом. — Джеймс усадил девушку на сиденье и закрыл шторки. В экипаже воцарился полумрак.

Он наклонился и достал одеяло. Селина попыталась расстегнуть пуговицу на пелерине, но застывшие пальцы не слушались.

— Позволь мне снять твои перчатки, — произнес Джеймс.

Девушка покорно вытянула руки. Джеймс стянул мокрые перчатки и принялся растирать застывшие руки Селины.

— Можно я помогу расстегнуть тебе пуговицу? Когда Селина кивнула, Джеймса вдруг обдало жаром. Присев на сиденье, он занялся пуговицей, прикасаясь при этом к ее груди. Не сводя глаз с девушки, он снял пелерину и разложил ее в углу сиденья. Селинам! сидела, не шелохнувшись.

Джеймс снял свой сюртук, и она тихо ахнула.

— Что такое? «

— Ничего, — ответила она и отвела взгляд.

— Ничего? — Присев перед ней, Джеймс повернул к себе лицо девушки. — Ты ушиблась?

— Нет. — Она взглянула на его рубашку и покраснела. Джеймс посмотрел на прилипшую к груди мокрую льняную рубашку и вдруг улыбнулся.

— Ты смущаешься, потому что видишь меня без сюртука?

Селина внимательно посмотрела на него.

— Нет. Но думаю, что должна. Дэвид говорил, что чувствительные женщины могут потерять самообладание при виде неодетого мужчины.

— Правда? — Джеймс не мог решить, проклинать святошу Дэвида или восхвалять за его старания. Мысль о том, что она не видела мужчину без сюртука, не говоря уже обо всем остальном, взволновала его.

Селина продолжала искоса смотреть на его рубашку, а потом неожиданно прикоснулась к груди Джеймса, и у него перехватило дыхание. Почему он чувствует себя словно мальчишка при первом свидании с женщиной? Скорее всего именно эта женщина оказывает на него такое воздействие.

— О чем ты думаешь, Селина?

— Что мне нравится вид полуодетого мужчины, — ответила она и засмеялась.

— А ты никогда не видела своего друга Дэвида без сюртука?

Она задумалась.

— Нет, разве только в детстве… Ой, я забыла! Я видела его почти совсем без одежды, когда мы купались. Джеймс прищурился.

— И как ты могла забыть об этом?

— Наверное, потому что Дэвид попросил меня, сказав, что это будет наш секрет, потому что наши родители не сдобрили бы этого. — Она прижала руку к губам и испуганно взглянула на него. — Надо же, я проговорилась! Но я думаю, что это не страшно, поскольку ты мой особенный друг, который должен скомпрометировать меня.

Джеймс не обратил внимания на последнюю фразу.

— И в чем ты была одета, когда купалась в реке? — произнес он сквозь зубы. Селина удивилась.

— В рубашке, конечно. Я хотела ее снять, но он настоял, чтобы я не делала этого.

— Как это благородно с его стороны!

— О да. Я знала, что Дэвид тебе понравится. Джеймс рассердился. Он должен сосредоточиться на своей цели, но не удержался и задал еще один вопрос:

— А сколько тебе было лет, когда ты занималась плаванием с Дэвидом?

— Пять. А Дэвиду пятнадцать, и я так долго упрашивала его.

Джеймс улыбнулся, и все его раздражение исчезло.

— Селина, тебе действительно нужно снять платье.

— Ну… я сниму платье, если ты снимешь свою рубашку, — ответила она и засмеялась. — Тебе действительно нужно снять рубашку, — передразнила она.