Гэлен Фоули - Мой неотразимый граф

— Ближе, чем вы думаете. — Фолкерк мотнул головой в сторону перекрестка. — Там. В трактире «Голден-Кросс инн». В двадцать втором номере.

Вирджил кивнул Джордану, тот выскочил из коляски и подбежал к Максу, который с ружьем на изготовку и нетерпеливым блеском в серебристых глазах прятался в тени соседнего дома. Джордан быстро передал ему новости и указал на ближайший трактир.

— Сообщи, когда заберешь его.

Макс подозвал Бошана, и оба агента бросились к знаменитому трактиру на Чаринг-Кросс, а Джордан вернулся в карету, чтобы не оставлять Вирджила наедине с врагом. К тому же он собирался кое о чем расспросить Фолкерка.

Дрезденский Мясник уже слишком долго рыскал по Лондону в поисках жертв.

— Что вы можете сказать о Дрезденском Мяснике? — спросил Джордан у Фолкерка, когда присоединился к двум пассажирам кареты.

— Я пришел сюда не для того, чтобы отвечать на вопросы, — проворчал старик.

— Ну говорите же, — настаивал Джордан. — Мясник лоялен к Малькольму, или вы сумели уговорить его примкнуть к вашему маленькому мятежу? Да-да, нам известны все ваши планы. — Джордан слегка блефовал: в ордене не знали подробностей.

Но когда старый интриган слегка приподнял брови, он воспринял это как подтверждение.

— Орден не собирается вам мешать, — заверил Фолкерка Джордан, надеясь заслужить доверие старика. — Поэтому мы не захватили вас этой ночью, — добавил он. — А могли.

Старик с подозрением уставился в его лицо.

— Хотите знать насчет Мясника?

— На самом деле я хочу его убить.

— Вот как? Буду весьма благодарен за эту услугу. Но сумеете ли? Мясник беспощаден.

— Знаете, Фолкерк, — негромко произнес Джордан, — я и сам могу быть беспощадным, если того требует случай.

— Откройте лицо, и я расскажу вам то, что знаю, — потребовал Фолкерк.

— Нет, — распорядился Вирджил, но Джордан, оценив риск и возможный выигрыш, медленно приподнял маску.

Вирджил недовольно заворчал, а Фолкерк внимательно и с удовольствием рассматривал лицо Джордана.

— Да, в вас есть храбрость, — пробормотал старик.

— Так как насчет Мясника? — напомнил ему Джордан.

— Пока он подчиняется Малькольму, но я не думаю, что он действительно ему предан.

— Это означает, что вы собираетесь перетянуть Мясника на свою сторону?

— Нет. — Фолкерк покачал головой и слегка передернул плечами. — Я держусь подальше от подобных созданий. Мальком вообразил, будто держит под контролем жестокого убийцу, но я полагаю, что Мясник гуляет сам по себе.

— А где у него логово? — продолжал расспросы Джордан.

— Он нигде не задерживается дольше нескольких дней. Мясник знает, что делает. Он не из тех, кого позволено раздражать, — предостерегающим тоном закончил Фолкерк.

— Посмотри, что с Дрейком, — приказал Вирджил.

Джордан повиновался. Фолкерка нельзя отпускать, пока они не смогут убедиться, что он выполнил свою часть договора.

Он бросился к трактиру, откуда как раз выходили Макс и Бошан. Между ними, как пьяный, едва переставлял ноги Дрейк. Казалось, разум его плавал в тумане.

— Он ранен? Что с ним? — воскликнул Джордан, открывая дверцу кареты, посланной орденом.

— Думаю, это наркотик, — объяснил Макс. — Но я не уверен. — Они усадили Дрейка в экипаж.

Бошан остался возле кареты, а Макс забрался внутрь, нашел пульс Дрейка, послушал его частое дыхание, приподнял веки. Дрейк неразборчиво бормотал и пытался оттолкнуть руку Макса.

— У него расширены зрачки. Ему что-то дали.

— Яд? — предположил Джордан.

— Возможно.

— Сейчас узнаю! — со злобой крикнул Джордан и бросился к Фолкерку. «Старый ублюдок!» — мысленно выругался он. Как это похоже на прометеанцев — выдать им Дрейка, которому осталось жить всего несколько часов из-за яда в крови.

Распахнув дверцу наемного экипажа, Джордан крикнул:

— Что вы ему дали? — Потом сообщил Вирджилу: — Дрейк почти без сознания.

— Не о чем волноваться, — успокоил его Фолкерк. — Я просто добавил в его питье немного морфия. Смею сказать, вам стоит поблагодарить меня за это. Иначе бы вы с ним не справились.

— Что вы имеете в виду?

— То, что, когда он очнется, он кинется на вас с кулаками.

— Почему? — опешил Джордан.

— Он вас больше не помнит и захочет узнать, куда делся я. Не удивляйтесь, если несчастный будет умолять, чтобы ему дали со мной увидеться.

— С вами? После того как вы его пытали?

— Я тот, кто прекратил пытки, — заявил Фолкерк. — Поймите, Дрейк забыл всю свою прежнюю жизнь. Он доверяет мне потому, что я вытащил его из темницы, привел докторов, которые его вылечили. Теперь он мне предан, относится ко мне как к отцу, и, уверяю вас, ему не понравится, что вы разлучили его со мной.

— Это чудовищно! — выпалил Джордан.

Фолкерк с грустью смотрел на горца.

— Вы сделали из Дрейка отличного борца, Вирджил. Мне рассказывали, что, когда его изловили, понадобилось полдюжины бойцов, чтобы справиться с ним. Вот вы говорили о вызове демонов. — Фолкерк бросил насмешливый взгляд на Джордана. — Пожалуй, Дрейк и стал демоном. Или диким зверем, которого загнали в угол.

Джордан выругался себе под нос и отвернулся. Что сотворили прометеанцы с его братом-воином? Он с горечью снова обратился к Фолкерку:

— Значит, вы утверждаете, будто Дрейк не в своем уме?

— Боюсь, что да, отчасти. Но он очень мил, особенно когда спокоен. Что я могу еще сказать? Я очень привязался к этому мальчику и желаю ему добра.

— Но возвращаете его нам лишь потому, что, лишившись памяти, он стал вам бесполезен. Вы используете его как залог, чтобы получить свитки.

— Ничего личного. Кроме того, — Фолкерк помолчал, — я его должник. Как вы наверняка слышали, он спас мне жизнь.

— А вы не боитесь того, что он может нам рассказать? — с вызовом проговорил Джордан.

— Вы как будто не слышите меня! — раздраженно объяснил Фолкерк. — Дрейка, каким вы его знали, больше не существует. Я ничего не знаю о том агенте, которым он был когда-то, и говорю лишь о человеке, каким он сейчас стал. Ну… вы сами скоро увидите, во что он превратился. Как бы точнее выразиться? В общем, он стал как ребенок.

— Демон, дикий зверь, ребенок… Фолкерк, остановитесь же на чем-то одном, — бросил Джордан.

— Завтра, когда действие морфия прекратится, вы все увидите собственными глазами. — Фолкерк обратился к старшему представителю ордена: — Не посылайте его в бой, Вирджил. Мальчик достаточно нахлебался. Дрейк как агент кончился. Мне бы хотелось, чтобы он вернулся в свою семью, чтобы спокойно дожить то, что ему осталось.