Элейн Кроуфорд - Вещие сны

– Сэм, ты как раз вовремя, – начал было мистер Дорсет, обращаясь к плотному мужчине в тяжелом переднике кузнеца.

– Вовремя для чего? – осведомился тот.

Его лицо было постоянно красным от пребывания в жаре кузницы.

– Джейк женится на последней женщине, прибывшей из Сент-Луиса, а ты мне нужен в качестве свидетеля.

– Мои поздравления, – Сэм хлопнул мистера Стоуна по спине своей грязной от сажи рукой. – И получше приглядывай за ней. Вот Хэнк Райнс привел свою серую подковать сегодня утром. Его невеста сбежала.

Мистер Стоун посмотрел на владельца лавки.

– Это правда?

– Да. Она обнаружила его мешок и прихватила с собой.

– Он выбрал ту рыжую, верно?

– Да, ту, с большой грудью, – подтвердил Сэм.

Мистер Стоун прищурился.

– У нее будут проблемы с фигурой, – заметил владелец лавки. – Она не такая высокая, как наша мисс Чэмберс. Мисс Чэмберс вела себя как настоящая леди все две недели, что провела здесь.

– Спасибо, мистер Дорсет. Конечно, я намереваюсь полностью спасти свою честь, – сказала она уверенно, но ее дрожащий голос выдавал оскорбленное самолюбие.

– Итак, давайте начинать, – сказал мистер Дорсет. – Джейк, возьми Рэчел за руку. Берешь ли ты эту женщину…

Огромная рука мужчины овладела ее рукой, приведя в движение механизмы памяти. Воспоминания из детства. Она увидела себя гуляющей по широкой дороге с отцом, ведущим ее за руку. Ее папа был таким добрым, отзывчивым. Он был настоящий джентльмен. Он, бывало, гулял с ней на островах. Но потом уже не стало островов. «Только я и три незнакомых человека, стоящих среди прилавков и мешков в магазине сухофруктов».

– Рэчел, мисс Чэмберс, – привел ее в чувство голос Хомера Дорсета.

– Что? Извините, что вы сказали?

– Обещаешь ли ты любить, быть верной, повиноваться в радости и горе, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, отказывая другим до тех пор, пока смерть не оборвет твой путь?

Помоги ей, Господи! «Да».

– Тогда я объявляю вас мужем и женой. Джейк, теперь ты можешь поцеловать свою невесту.

Джейкоб Стоун повернулся к Рэчел и наклонился со своей большой высоты. Его глаза устремились к ней с удивительно интимным приглашением.

Сердце Рэчел бешено забилось. Горячая волна коснулась ее щек.

– Ну же, – настаивал мистер Дорсет. – Целуй ее.

Великан глянул на лавочника и кузнеца. Его губы дрогнули в кривой усмешке, затем он аккуратно погладил ее губы своими. Его жесткая борода щекотала, но какая-то напряженность и нежность обещала другие, более интересные поцелуи.

Дикий звон в ушах все продолжался.

– Ну, теперь мы спокойны, о ней позаботятся, – с облегчением вздохнул владелец лавки. – Джейк, нам надо уладить с одним счетом.

– Что ты имеешь в виду?

– Так, небольшое дельце: комната миссис Стоун и счет за две последние недели. Около 4 долларов. Потом здесь ее сундуки, целых пять. Гриффин сказал, перевезти их стоит кучу денег. Около 20 долларов.

– Пять сундуков? Сколько же платьев надо женщине?

– Моя одежда только в одном, мистер Стоун, – четко произнесла Рэчел. – Другие полны предметов домашнего обихода. Посуда, белье, одеяла, медикаменты. Я думаю, вы найдете это более дорогим, чем плата за провоз багажа.

– Другое дело, – медленно произнес он.

Его рука отправилась в карман за несколькими монетами, переданными затем лавочнику.

– О, я забыл, – сказал мистер Дорсет, смахивая монеты себе в карман. – Еще 50 центов за мои услуги.

Стоун бросил еще пару монет в толстую ладонь.

– И пока Сэм здесь, я бы на твоем месте попросил его помочь перенести сундуки. Некоторые из них выглядят весьма внушительными.

– Конечно, буду рад, – сказал кузнец.

Рэчел пошла вперед, чтобы собрать необходимое. Она сложила вещи в один сундук, затем подошла к другому и достала нежно-голубую шляпку, украшенную розовыми кремовыми розами из сатина, затем пару соответствующих перчаток… и все время чувствовала взгляд мистера Стоуна.

Закрыв последний замок, она отошла в сторону, пропуская мужчин.

Они понесли первый сундук в фургон, и Рэчел шла следом до входной двери, где остановилась, чтобы одеть шляпу и перчатки. Мускулы Джейка Стоуна перекатывались и вздувались, натянув до предела ткань его грубой рубашки, когда они ставили сундук с кухонными принадлежностями на телегу. Глядя на него, она чувствовала волны дрожи, пробегавшие по телу, но, к удивлению, это происходило не столько от страха, сколько от мыслей о его руках, ласкающих ее, о его запахе.

Внезапно очнувшись, Рэчел оглянулась. Как она позволила себе заглядывать так далеко? Но затем вспомнила, как много разговоров слышала она за прошедшие несколько месяцев о щекотливых моментах в жизни порядочных женщин. Она слышала и хриплое хихиканье проституток, их разговоры громким шепотом. Она не смотрела в сторону Стоуна до тех пор, пока не был перенесен последний сундук. Он повернулся к ней с уверенной, обещающей усмешкой, усмешкой, не оставлявшей никаких сомнений относительно его планов на ближайшее будущее.

– Время идет, – сказал Джейк.

Время идет. Она выдавила улыбку и ледяные мурашки страха снова поползли по спине. Она, конечно, знала, что ее везли в Орегон выдать замуж за колониста. Везли по морю в компании с более искушенными женщинами. Почему она не была разумной и не задала им пару вопросов, ответы на которые ей очень бы помогли сейчас? А теперь она здесь, готовится уезжать в глушь с этим великаном. Из всего она знала только одно: он был сдержан так же, как варвар, как пират из ее ночного кошмара.

Время идет. Слова отдавались в мозгу, как эхо, окружая, заманивая ее.

Со всей бравадой, на которую была способна, Рэчел пошла вниз по ступенькам за Джейком Стоуном.

Он по-хозяйски положил руки ей на талию и подсадил на платформу с такой легкостью, с какой средний мужчина подымает мешок пуха. Скамейка прогнулась, когда он сел. Рэчел оказалась отделена от него солидным слоем материи, но сила его тела волновала ее. Она вскочила и пересела подальше, смущенная больше его мужественностью, чем неуклюжестью. Мистер Стоун взглянул на нее и ухмыльнулся. Неужели он тоже это почувствовал?

– Извините, – наконец, спохватилась она.

Он обернулся. «Спасибо, Хомер».

Затем, собрав вожжи, перекинул их через спину лошадей. Фургон дернулся, а потом покатился по пустым улицам по направлению к пристани.

Они проехали двухэтажное белое здание гостиницы, стоявшей напротив маленьких домиков с крутой крышей. Там мистер Стоун обернулся и кивнул кому-то. Он заслонял собой собеседника, и Рэчел не могла видеть, кто привлек его внимание.

– Маклин!

Его приветствие было похоже на вызов. О да, Рэчел помнила того лесоторговца, о котором разговаривали Стоун и мистер Дорсет. Она хотела посмотреть, обнаруживает ли враждебность ее муж. Но он не выказал и намека на эмоции. Они проехали серые конюшни и несколько зданий лесопилки, прежде чем добрались до парома, который должен перевезти их через реку Виламет.