Лиз Карлайл - Никогда не лги леди

Ознакомительный фрагмент

Незнакомец улыбнулся.

– А вы наблюдательны. Я действительно неловко чувствую себя в бальном зале. Похоже, многие дамы возлагают на меня большие надежды. Впрочем, я стараюсь не задумываться над этим.

– Надежды, ожидания… – в задумчивости проговорила Ксантия. – Как часто они заставляют нас нервничать и испытывать неприятные чувства. Мы не спешим оправдывать их. От нас постоянно требуют или ждут чего-то, но мы этого не делаем, и тогда нас называют упрямцами. Или эксцентричными людьми. Я часто задаюсь вопросом: почему так происходит?

– Действительно, почему? – Он помолчал. – А вы, моя дорогая, похоже, принадлежите к тому типу женщин, которые способны на неожиданные поступки. Мне кажется, что вы очень отличаетесь от всех остальных, от тех, кто кружится сейчас в бальном зале.

«От всех остальных…» Эти слова, как жирная черта, сразу же отделили их двоих от других гостей. Ее собеседник тоже не походил на обычных людей – Ксантия чувствовала это. Ее вдруг бросило в дрожь. На мгновение ей показалось, что незнакомец видит ее насквозь, проникает взглядом в самые заветные уголки ее души. Она почти физически ощущала тяжесть его взгляда.

Ксантия насторожилась. «Что я делаю здесь, в темноте, с этим незнакомцем? Зачем разговариваю с ним?» – спросила она себя.

– Вы чрезвычайно молчаливы, моя дорогая.

– Мне просто нечего вам сказать, – ответила Ксантия. – Я живу в простоте и строгости и редко бываю в обществе.

– Я тоже, – сказал он. Понизив голос, добавил: – И тем не менее мы здесь…

Он так близко придвинулся к ней, что Ксантия почувствовала запах его одеколона. Это был весьма интригующий аромат – смесь дыма и цитрусовых. Жгучий взгляд незнакомца, казалось, проникал ей в душу, и Ксантии вдруг почудилось, что каменный пол террасы уплывает из-под ее ног.

– Простите… – пролепетала она, – а вы, наверное, пользуетесь амбровым маслом… Это так?

– Да, но не только им.

– Еще я чувствую запах неролиевого масла. Однако у амбры редкий аромат, его ни с чем не спутаешь.

Незнакомец был явно польщен ее замечанием.

– Я удивлен вашими познаниями.

– Я неплохо разбираюсь в пряностях и маслах.

– Правда? Мой парфюмер заказывает амбру из-за границы специально для меня. Вам нравится этот запах?

– Не очень, – призналась Ксантия.

– В таком случае завтра я не буду так душиться.

– Завтра?..

– Да. Я нанесу вам завтра визит. Кстати, дорогая моя, не соблаговолите ли вы назвать свое имя? Впрочем, имя вашего мужа устроило бы меня больше. Зная его, я сразу же установил бы, когда ваш достойный супруг бывает в клубе, а вы, следовательно, остаетесь дома одна.

– Я не знаю его имени, – сказала Ксантия. – Но я вижу, что вы довольно наглый субъект.

– Наглость – второе счастье, а от скромности одни убытки Вы согласны?

Ксантия рассмеялась:

– Согласна. Эти истины я познала на собственном горьком опыте.

Незнакомец на мгновение задумался, потом сказал:

– А вы нисколько не похожи на робкую, застенчивую леди. Скажите честно, дорогая моя, вы так же дерзки и смелы, как ваш ярко-красный наряд?

– В некоторых ситуациях, – ответила Ксантия. – Если чего-то очень сильно хочешь, приходится порой быть дерзкой и наглой.

Незнакомец вдруг взял ее за локоть, и Ксантию бросило в дрожь.

– Вы заинтриговали меня, – проговорил он хрипловатым голосом. – Давно уже никто не вызывал у меня столь острого интереса, как вы.

– Как я вас понимаю! – вырвалось у Ксантии. – Мне очень хотелось бы… – Она запнулась. – О, я сама не знаю что говорю! Не обращайте внимания на мои слова. Пожалуй, мне пора идти.

– А что вы собирались сказать? Чего вам хотелось бы, моя дорогая? Говорите прямо. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы исполнить ваше желание. Мне это доставит огромное удовольствие.

От этих его слов по телу Ксантии снова пробежала дрожь.

– Нет, я оставлю свои желания при себе. Вы опасный человек, сэр. Мне нельзя оставаться здесь.

– Подождите! – Он привлек ее к себе. – Давайте заключим сделку. Я сообщу вам свое имя и назову род занятий, а вы за это… – Он сделал паузу, и Ксантия затаила дыхание. – Вы за это поцелуете меня. Только не по-сестрински, а по-настоящему.

Глаза Ксантии округлились. Но вместе со страхом в ее душе проснулось любопытство. В конце концов, она ведь сама начала эту глупую игру в кошки-мышки… Кроме того, ей безумно хотелось, чтобы этот мужчина поцеловал ее.

Он не стал дожидаться, когда Ксантия разрешит ему осуществить задуманное. Обняв ее, он с жадностью впился губами в губы Ксантии, и его язык проник ей в рот. Ксантию тотчас же захлестнуло желание, и она, прижавшись к нему, ответила на его знойный поцелуй.

При этом она чувствовала, что силы покидают ее – незнакомец словно лишил ее воли, и теперь она, Ксантия, находилась в полной его власти. Его страсть передавалась ей, его возбуждение перекинулось на нее точно пламя пожара. Никто еще не целовал ее так страстно и так неистово. Ксантия обвила руками его шею, а дыхание ее участилось и стало прерывистым. Запах одеколона, исходивший от разгоряченного тела незнакомца, становился все сильнее, и Ксантия чувствовала, что теряет голову.

– О Боже… это настоящее безумие, – пробормотала она, прервав поцелуй, и не узнала собственный голос.

– Да, но это великолепное безумие.

Его ладонь легла ей на бедро, и Ксантия еше крепче к нему прижалась. Тут он вдруг приподнял ее подол, и его руки проникли ей под платье. Прижав Ксантию спиной к кирпичной стене и подложив ладонь ей под ягодицы, он попытался раздвинуть ее ноги.

– О, подождите… не надо… – прошептала она.

– Мы здесь одни, дорогая моя, – проговорил он, осыпая поцелуями ее лицо и шею. – Я уверен, что вам нечего бояться. Положитесь на меня.

Ксантия таяла от его голоса. Она готова была уступить ему, хотя понимала, что ведет себя глупо. Она действительно сошла с ума от неудержимого желания сблизиться с этим мужчиной. Когда он снова припал к ее губам, она сдалась – позволила ему делать все, что он хотел. И в этот момент он уже не казался незнакомцем, казался близким человеком, хорошо знавшим ее тело.

Его теплая рука проникла в ее промежность, и он, не прерывая поцелуя, издал глубокий стон и стал ласкать самые заповедные уголки ее тела. У Ксантии подкашивались колени.

Движения руки незнакомца стали ритмичными, и темп все ускорялся. Задыхаясь от возбуждения, Ксантия выгибала спину, пытаясь покрепче прижаться к незнакомцу, пытаясь слиться с ним в единое целое.

Напряжение в ее теле нарастало; у нее возникло такое чувство, что она вот-вот взорвется. И боль тоже нарастала; в глазах у Ксантии потемнело, а по телу пробежала судорога. Ей казалось, что она утратила ощущение реальности. «Неужели я схожу с ума?» – подумала Ксантия в испуге.