Джиллиан Хантер - Выйти замуж за ловеласа

— Ну, я же понимаю, что с моей стороны проигнорировать ваше приглашение было крайне некрасиво, — неловко пробормотал он. — Даже неуважительно. Но ведь была война, вы же понимаете, и…

Джоселин покосилась через плечо — видимо, что-то привлекло ее внимание.

— Вы отнеслись неуважительно к моему отцу, — с пренебрежительным смешком бросила она. — Впрочем, сейчас это уже не имеет значения. И вам нет никакой нужды извиняться за тот случай, разве что…

Девон внезапно почувствовал острый укол любопытства. Впервые ему пришла в голову странная мысль — уж не привык ли он к легким победам?

— Разве что?..

Она невозмутимо оглядела его.

— Что? — переспросила она. — Ах да! Единственное, что вы можете для меня сделать сейчас, — она сделала ударение на последнем слове, — это оставить меня в покое. Послушайте, Девон, мне бы не хотелось, чтобы вы сочли меня грубой, но вы меня задерживаете. Прошу вас, позвольте мне пройти. Сказать по правде, мне бы очень не хотелось, чтобы меня увидели разговаривающей с вами.

— Ах, вот как? — Он не поверил собственным ушам.

— Ну, если помните, вы ведь в свое время все-таки обидели меня. Это вы хотели услышать? Кстати, я уже давно не сержусь. Просто мне бы хотелось… никогда больше не видеть вас, понимаете? Правда, Девон, все в порядке. Нам обоим лучше об этом забыть. Можете считать, что я вас простила.

Девон окинул Джоселин взглядом. По губам его скользнула неуверенная улыбка. Конечно, он понимал, что единственное, что может сделать для нее, — это оставить ее в покое. И видит Бог, он бы с радостью это сделал. Однако не в привычках Боскасла было позволить, чтобы оскорбление, нанесенное леди, так и осталось безнаказанным. Все-таки он, негодяй, обидел ее. Девон сильно сомневался, что за эти годы он исправился, скорее наоборот, но сейчас, по крайней мере, он стал куда осмотрительнее — во всяком случае, ему так казалось. Нет, конечно, он, как и раньше продолжает предаваться греховным удовольствиям. Однако теперь у него хватает ума не делать этого, открыто. Именно поэтому он и приехал на этот прием к Олтону…

Эти размышления невольно навели его на любопытную мысль.

— Неужели у вас здесь назначено свидание, Джоселин? — понизив голос, вкрадчиво осведомился он.

Тонкие, изящно очерченные брови взлетели вверх.

— Это единственное, о чем вы в состоянии думать? — с издевкой спросила она.

— Ну… почти. А о чем думаете, вы? — бросил он, почувствовав, что Джоселин избегает прямого ответа на вопрос.

— О многих куда более интересных вещах. О литературе, например, о… Впрочем, знаете, что-то у меня нет особого желания обсуждать, о чем я думаю. Во всяком случае, с вами. Вы ведь наверняка собираетесь сделать мне очередную гадость.

По губам Девона скользнула вымученная улыбка; резкая отповедь, которую он получил, прозвучала как пощечина… и, по правде говоря, он это заслужил. Впрочем, ничего другого он и не ожидал. Нет, у него и в мыслях никогда не было попытаться сорвать едва распустившийся бутон, хотя соблазн был велик. Однако признаться, он бы все-таки рискнул… если бы не понимал, что за одну только мысль об этом заслуживает хорошей порки. И если бы не догадался, наконец, кто является предметом интереса Джоселин. Лорд Адам Чизвик, светловолосый красавец, кавалерийский офицер, как и сам Девон, только служивший в другом полку, — беда лишь в том, что за его смазливой внешностью, по мнению Девона, скрывалось полное отсутствие, каких бы то ни было мыслей.

Он ухмыльнулся.

— В этом доме даже воздух другой, вы не находите? Тут назначается больше свиданий, чем за весь сезон в Лондоне, — пробормотал он.

Наградой ему стала понимающая усмешка Джоселин.

— Кстати, о любовных свиданиях… вы ничего не забыли? Думаю, ваша очаровательная вдовушка не намерена ждать вас вечно. Тем более что ее общества жаждали многие джентльмены. Правда, из этого поединка победителем вышли вы. И вправе ожидать награды. Но если вы не хотите, чтобы она уплыла у вас из-под носа, советую немедля начать действовать, — усмехнулась она.

Девон оцепенел. Он обратил внимание на ее ровные белые зубки, заметил крохотный, чуть заметный шрам на правой скуле и оценил неожиданную прямоту девушки — по логике вещей, это должно было оттолкнуть его, однако вместо этого неожиданно понравилось ему.

— Вы ведь не собираетесь принимать мои ухаживания, верно, дорогая? — ухмыльнулся он.

— Ни в коем случае, — невозмутимо бросила она, — хотя и догадываюсь, как вам трудно в это поверить. Впрочем, стоит ли вновь ссориться, право? Я ведь уже говорила вам, что давно вас простила.

— Простили и забыли?

— Да. — Джоселин покусала губу. — Ну… почти. Девон медленно отступил в сторону, давая ей пройти.

Джоселин нетерпеливо протиснулась мимо него — во всем ее стройном теле ощущалось такое напряжение, что ему вдруг нестерпимо захотелось успокоить ее.

— А вам никогда не приходило в голову, что мне, возможно, совсем не хочется, чтобы вы меня забыли? — незаметно ухватив ее за локоть, чуть слышно пробормотал он и тут же услышал презрительный смешок.

— Вот уж это мне абсолютно безразлично.

— Решили бросить мне вызов? — вкрадчиво спросил он, смерив ее выразительным взглядом, от которого она замерла на месте.

— Вы имеете в виду поединок? — хмыкнула она. — Что ж, согласна — только на пистолетах! Ну, или, в крайнем случае, на шпагах!

— Будьте осторожны с Чизвиком, хорошо? — пробормотал Девон, отпустив ее руку. — Что-то подсказывает мне, что вы для него слишком хороши, Дорогая. Вряд ли ему под силу водить вас на коротком поводке. — Он замялся. — Думаю, вам нужен другой человек. Имеющий… эээ… больше опыта в таких делах.

Джоселин окинула его взглядом, в котором сквозило легкое превосходство.

— Можно подумать, мне нужен совет такого распутника, как вы, Боскасл! — надменно бросила она.

Если она рассчитывала обидеть его, то просчиталась — Девон беззаботно рассмеялся. Джоселин хотела убедить его, что он ей безразличен — и он бы купился на эту удочку, если бы не почувствовал, как ее голос чуть заметно дрогнул.

— Джоселин, не будь я распутником, как вы говорите, вряд ли у меня имелся бы опыт в таких делах.

— Адам — настоящий джентльмен.

— Безусловно. Это-то меня и пугает. Нет ничего хуже настоящего джентльмена.

— О чем это вы? — насторожилась она.

— Просто весь вред от них. Только посмотрите на него! Видите, какой у него невозмутимый вид? Однако это только видимость. Готов голову дать на отсечение, что он буквально кипит от злости.

— Неужели? — с легкой циничной усмешкой бросила Джоселин.