Кейт Донован - Брак по завещанию

— Она даже не сказала нам, как его зовут. Думала, мы проболтаемся тебе, но мы ни за что не проболтались бы.

— Ш-ш! — зашипела на сестру Мэри и заявила Джеку:

— Мы ничего не знаем.

— Вот как? Она пошла на свидание с молодым человеком? Ты это имеешь в виду?

— Ничего подобного мы не говорили, — запротестовала Мэри, но, едва Джек приподнял бровь, сменила тактику:

— Она вовсе не пошла с ним на свидание, Джек. Это он придет на свидание к ней. И пожалуйста, не говори ей, что мы тебе это рассказали, а то она нам больше не поверит.

— Она не пойдет к нему, но он придет к ней? Это, собственно, ничего не… — Он улыбнулся, но без особой охоты. — Так ты говоришь, что он придет к ней сюда? К нам домой?

Мэри кивнула.

— Он сказал, что ей опасно приходить на причал.

— На причал? — У Джека упало сердце. — Боже милостивый, где ее угораздило познакомиться с матросом? Что вы о нем знаете?

— Мы знаем только, что он красивый. — Старшая из сестер пожала плечами. — И он влюблен в Луизу. Если он докажет ей свою любовь, она выйдет за него замуж.

— И мы будем о ней скучать, — добавила Джейни, чуть не плача. — Она не сможет к нам приезжать в гости, потому что ты на нее сердишься.

— Не потому, что ты сердишься, а потому, что ты хочешь, чтобы она уехала, — сказала Мэри. — Так уж лучше ей выйти замуж, верно?

Джек вынужден был признать, что в детской логике есть свой здравый смысл. Была бы Луиза постарше, а ее поклонник оказался бы порядочным парнем из порядочной семьи — только уж не матросом, само собой! — он охотно выдал бы ее замуж. Прекрасная мысль!

— Вы действительно уверены, что она не пошла на причал?

Девочки торжественно кивнули.

— И как Луиза хотела бы, чтобы он доказал ей свою любовь?

— Он принесет ей конфеты и поцелует ее, — объяснила Джейни. — Луиза говорит, только тогда можно решить, выходить за парня замуж или нет, когда почувствуешь, как он тебя целует.

— Восхитительно! — скорее прорычал, чем проговорил Джек, но, заметив, как омрачились их мордашки, тотчас заулыбался. — А теперь для вашего большого брата настало время отнести вас в ваши уютные маленькие кроватки.

Джейни с радостным возгласом забралась Джеку на закорки и обхватила его руками за шею, но Мэри даже не пошевелилась.

— Я не маленький ребенок, Джек, — заявила она. — И не надо обращаться со мной как с младенцем.

Джек сделал непроизвольное движение назад, молча уставившись на Мэри. Ведь ей всего девять лет. Не младенец, разумеется, но маленькая девочка и будет такой еще несколько лет, если, конечно, Луиза не разовьет ее преждевременно.

Он не собирался допускать этого и потому сказал довольно строго:

— Побудь здесь, пока я отнесу Джейни к ней в спальню.

Не дожидаясь ответа, он встал и понес младшенькую по коридору, радуясь ее веселым вскрикам. Он уложил Джейни в постель, взял со столика возле кровати сильно потрепанную куклу, пристроил возле ее владелицы и накрыл обеих одеялом.

— Спокойной ночи, детка. Я люблю тебя больше, чем ты можешь вообразить.

— Я тебя тоже люблю, — заверила его Джейни, потом серьезно посмотрела на брата и добавила:

— Тебя все любят.

— Правда?

Малышка кивнула.

— Очень славно. Тебя тоже все любят, — сказал Джек, вдруг почувствовав, как у него от волнения перехватило горло. — Я еще загляну к тебе попозже посмотреть, крепко ли ты спишь.

Джейни просияла, потом закрыла глаза и прижала куклу к груди.

Джек наклонился, поцеловал Джейни в щеку и направился обратно в комнату Луизы. Он почти уже миновал комнату Мэри, когда девочка его окликнула; он с огорчением подумал, что она не выполнила его просьбу, но тут же напомнил себе, что девочка всего лишь хотела подкрепить свои слова поступком и что это для нее важно.

Джек вошел в спальню и увидел, что Мэри сидит, опершись спиной на подушки, чтобы казаться старше своих лет. И изо всех сил старается выглядеть как можно менее ранимой, а это непосильно для ее юного возраста.

— Тебя клонит в сон? — спросил он как можно добро желательнее.

Девочка вздохнула с облегчением: значит, он на нее не сердится.

— Немного.

— Я вовсе не хотел подчеркнуть, что ты еще маленькая. Но ведь ты всегда будешь моей маленькой сестренкой, — пояснил он, медленно подходя к кровати и присаживаясь на край. — Но сейчас ты превращаешься в юную леди, и я этим невероятно горжусь.

— О, Джек! — К полному смятению Джека, она обхватила его за шею обеими руками и расплакалась. — Я вела себя ужасно!

— Ничего подобного. — Джек прижал сестренку к груди. — Могу я тебе кое-что сказать, Мэри?

Она подавила рыдания и молча кивнула, не отрывая лица от рубашки у него на груди.

— Когда мама и отец погибли в море, я решил сделать так, чтобы у тебя и у Джейни было счастливое детство. Но никакое детство, счастливое или нет, не может продолжаться вечно. Ваше продлится достаточно много времени, в этом нет причин сомневаться, однако я полагаю, настало для меня время подготовиться к чему-то еще.

— Луиза говорит, будто ты хочешь, чтобы мы навсегда остались детьми, потому что у тебя никогда не будет собственных детей.

— Прощу прощения?

— Это из-за Эрики, — дипломатично пояснила Мэри. — Луиза говорит, что Эрика разбила тебе сердце и ты больше не станешь верить ни одной женщине. Поэтому у тебя и не будет своих детей. Но мы хотим, чтобы у нас были дети, Джек. И потому ты должен выдать нас замуж.

— И когда это должно произойти, по твоему мнению?

На следующей неделе?

Мэри ахнула.

— Нет, Джек, когда-нибудь.

— Отлично. — Джек поцеловал Мэри в щеку и уложил ее под одеяло. — Когда-нибудь вы можете выйти замуж.

Даю слово. Но это будет не так скоро.

— Не так скоро, — согласилась она. — Для меня. Но для Луизы…

— Не так скоро и для нее, — возразил Джек. — Но в конечном счете вы все выйдете замуж, а я женюсь. Хотя мне трудно представить Джейни кем-то другим, а не славной маленькой девочкой.

Мэри хихикнула.

— Она только и думает о куклах и шоколаде.

— Вот и хорошо. Я позабочусь, чтобы у нее было в достатке и то и другое, пока это ее устраивает. — Уже успокоившись, он спросил:

— Разве Луиза не чувствует себя счастливой в этом доме?

— Я думаю, что она нигде не чувствует себя счастливой, — сказала Мэри. — Потому что тоскует о своих маме и папе.

— Она так говорит?

— Нет. Но я знаю, что это так, потому что… — Девочка покраснела. — Ну просто знаю, вот и все.

— Потому что очень тоскуешь о наших родителях? — Джек ласково похлопал ее по руке. — Я тоже, моя хорошая, я тоже очень тоскую о них. — Джек откашлялся и осмелился задать очень деликатный вопрос: