Бренда Джойс - Пламя невинности

Ангелина не могла догадаться, что Миранда предпочла бы что угодно возвращению домой, — ее детские воспоминания до сих пор не изгладились из памяти, оставаясь такими же яркими. Дом был скопищем кошмаров, монастырь — обителью уюта, безопасности и тепла. Здесь ее любили, даже если порой она и приводила в отчаяние мать-настоятельницу, которая находила ее излишне любопытной.

Вернувшись домой, Миранда испытала ряд потрясений, одно за другим. Отец в своем кабинете выглядел точно так же, как и десять лет назад, когда она видела его в последний раз. Он был огромен, похож на какое-то животное, похудевшее лицо покрывала черная с проседью щетина, а глаза были очень красными, будто от слез.

— Papa, — сказала Миранда, приседая в вежливом реверансе. Она старалась подавить свой страх перед этим человеком — ей никогда не забыть, каков он на самом деле. — Матап здесь?

Отец неуверенно поднялся.

— Нет. Нет. Мне очень жаль. — Он говорил хрипло и еле слышно. — Она оставила меня, Миранда. Оставила…

Миранда вздрогнула, подумав, что в конце концов после всех этих лет мать снова убежала.

— Она умерла! — с отчаянием воскликнул отец. — Она умерла от родов, и, Боже мой, это я убил ее! Я убил ее! — Внезапно он протянул к дочери руки и прижал ее к себе. — Твоей матери больше нет!

Миранда не могла в это поверить — нет, только не татап Не ее красивая, нежная татап

— Нет! — пронзительно закричала она, вырываясь. — Не может быть!

— Мне очень жаль, Миранда. Господь…

— Вы убили ее! — выкрикнула она с необычной для нее яростью. Она никогда не испытывала такой ярости, гнев вообще был для нее совершению незнакомым чувством. — Я вас ненавижу! Вы убили ее! О татап — Не спрашивая позволения, Миранда выбежала из кабинета.

Проходили дни. Отец не разговаривал с ней, и Миранда жила в состоянии невыразимого ужаса. Как могла она сказать такое своему отцу? Он наверняка ее изобьет, может быть, даже плеткой — и она это вполне заслужила. Несколько раз в монастыре, когда она проявляла чересчур мирские желания или слишком озорничала, монахини били ее по костяшкам пальцев. И еще в ту страшную ночь, когда Миранда была совсем маленькой, отец ее ударил. Но ее никогда прежде не избивали. Он был чудовище, животное, как и большинство мужчин, — сестра Агнес рассказала ей ужасную историю о случившемся с ней самой. Ее изнасиловали! Не то чтобы Миранда понимала значение этого слова. Она вообще ничего не знала о грубых сторонах жизни, не знала, откуда берутся дети, не знала, что такое физическая близость мужчины и женщины. Но она слышала мучительные, полные раскаяния слова отца: Я убил ее! Papa убил maman! Она ненавидела его, боялась его и горевала по своей прелестной матери — все сразу.

Через неделю лорд Шелтон позвал дочь в свой кабинет. Он побрился и аккуратно оделся, его глаза больше не были красными, а лицо осунулось и стало жестким. Миранду пугала жизненная энергия этого человека, она подавляла ее. Девушка не могла сдержать дрожь.

— Я выбрал человека, за которого ты выйдешь замуж, — прямо, без предисловий объявил отец. Миранда ахнула от неожиданности.

— Я хочу иметь внуков. Внука. Твоя мать тоже хотела бы этого. Ты слишком красива и умна, чтобы сгнить в этом проклятом монастыре. — Темные глаза отца не отрывались от ее глаз, и она не могла отвести взгляд, хотя и была ошеломлена таким кощунством. — Если ты хотя бы немного похожа на нее, то не пожалеешь о моем решении.

Миранда не могла выговорить ни слова. Весь ее мир обрушился в один миг и теперь в руинах лежал у ее ног.

— Я познакомился с твоим женихом несколько лет назад. Он живет в Техасе. У него есть ранчо и несколько тысяч акров земли. Он благородного происхождения, хорошо образован и тебя не обидит. Надо только во всем с ним соглашаться, и он будет тебя обожать, можешь мне поверить.

— Замуж! Техас! Papa, пожалуйста, не надо…

— Мое решение неизменно. Он уже влюблен в тебя. Когда он увидел твой портрет, подаренный мне Ангелиной два года назад, то сразу влюбился и тогда же просил у меня твоей руки, но ты была слишком молода. Я сказал, что подумаю. В прошлом году я дал согласие. Твоя мать об этом не знала, но я уверен, он бы ей понравился. — Голос Шелтона дрогнул. — Так будет лучше, Миранда.

Всю свою жизнь Миранда старалась — правда, иногда безуспешно — научиться послушанию, этого требовали от нее наставницы. И все же сейчас ее душа восставала против воли отца. Но, видит Бог, противиться бесполезно. Этот человек был ее papa, и если он захотел выдать ее замуж за какого-то незнакомого варвара, то так и сделает. Миранда закрыла глаза и начала беззвучно молиться, несмотря на присутствие отца. Видно, Господь послал ей это наказание за то, что она не была такой послушной и покорной, как следовало бы.

— Что с тобой? — удивился отец.

— Я молюсь.

Шелтон помолчал, как будто пребывая в нерешительности, но потом сказал:

— И еще одно, Миранда.

Что же еще меня ожидает? — испугалась девушка и приготовилась к худшему.

— По достижении совершеннолетия твой старший сын должен вернуться сюда, чтобы вступить во владение своим титулом и своими землями.

Миранда на мгновение снова закрыла глаза. Он отправляет ее в Техас, выдает за какого-то варвара, чтобы получить себе внука и наследника. Происходящее стало казаться ей сном, кошмарным сном.

— Papa, почему именно он?

Герцог Драгморский мрачно улыбнулся.

— На то есть несколько причин, Миранда. Твои будущий муж, лорд Баррингтон, — внук лорда Барринггона, пятого герцога Дерби. Его родословная безупречна. К тому же он настоящий мужчина — не то что какой-нибудь лондонский щеголь. Ты такая же хрупкая, как и твоя мать Я хочу быть уверенным, что у тебя родятся крепкие дети, Миранда, а не неженки. — Он отвернулся, исключая всякие возражения с ее стороны. — Ты отправишься на следующей неделе с моей сестрой Элизабет. Твой жених встретит тебя в Натчезе.

— Опять мечтаешь, милая?

Миранда вернулась в настоящее, когда в комнату ворвалась ее тетя Элизабет, худая, высокая, добродушная вдова. Снятый ими номер был лучшим в Натчезе, хотя, конечно, не шел ни в какое сравнение с апартаментами английских гостиниц. К счастью, комната оказалась чистой.

Сам городок Натчез выглядел необустроенным, на улицах было полно крупных крепких мужчин — все с револьверами — и негров, множество негров, и все рабы. Одна мысль о рабстве вызывала у девушки отвращение.

— Наверное, тетя.

— Прибыл человек, который должен отвезти нас к твоему жениху, детка.

— Что? — выдохнула Миранда. Почему ее жених не приехал сам? Что он за человек, если обещал приехать, а потом перепоручил заботу о ней другому?