Елена Езерская - Возвращение

«Но ничего, ничего, – улыбнулся Забалуев своим самым дорогим и желанным ощущениям. – Доведу эту игру до конца и все! Тут же в карету, и – в Петербург. А то еще лучше – в Ниццу. Если князь окажется не дурак, он сочтет за лучшее от меня откупиться, но конечно и я себя в обиду не дам, за дешево не отделаются. Развода захотел, Андрей Петрович? А пусть попробует, я им не какой-нибудь граф Суворов – обобрать себя не дам и в монастырь не сбегу. Хочет для сестры свободы – пусть положит мне годовое пособие в счет приданого, да еще поможет должок мой закрыть».

Вконец разорившийся на игре Забалуев успел залезть и в казенный карман, да спрятать растрату не успел – дернул же черт княгиню на преступление! Атак все было хорошо придумано – влиятельный и обеспеченный жених, готовый породниться с наследницей солидного состояния и родового имени. А что жених не молод, так оно и лучше, по сторонам смотреть не станет, дом будет укреплять. Все рассчитал, кроме одного – недооценил Забалуев будущую свекровь. Ох, недооценил!..

Забалуев оделся и вышел в гостиную. Долгорукая уже сидела там на своем излюбленном диване – разнаряженная и разрумяненная, как кукла. Она по-совиному крутила головой, зорко оценивая каждого входящего, и стращала и так, и эдак крутившуюся вокруг нее Татьяну.

– Да отойди ты, надоела мне, – махала на нее руками Долгорукая. – Ты кто?

– Господи, барыня, – чуть не плакала Татьяна. – Таня я, прислуга ваша. Вы меня совсем не помните?

– Таня? – княгиня как будто погрузилась в отдаленные воспоминания, но ничего там не найдя, просто решила смилостивиться. – Так и быть, ладно, – помню, помню. А чего тебе надобно от меня?

– Чай я вам принесла – ваш любимый.

– Что же ты врешь, что прислуга? – оттолкнула Долгорукая чашку. – Если и впрямь ты у меня в услужении, то знать должна, что я шоколад люблю, горький и горячий.

– Откуда шоколад-то? – расстроилась Татьяна. – Мы ж в Петербург уже сто лет не ездили.

– А нам и незачем. Вот Петенька вернется и все привезет. И иди ты от меня, утомила, однако.

Татьяна всхлипнула и попятилась к двери.

– А мне ты чая не предлагаешь? – подпер ее со спины Забалуев.

Татьяна ойкнула и отскочила.

– Да вот, возьмите…

– Ты что же это – мне объедки с барского стола суешь? – осадил ее Забалуев. – Свежего принеси, чтоб парок стоял. Да печенье не забудь – с мармеладом. Сладкое люблю, ох, как люблю. Здравствуйте, княгиня.

– Господин… – Долгорукая пристально посмотрела на него.

– Забалуев, – с готовностью подсказал он. – Андрей Платонович.

– Ах, да, – кивнула Долгорукая, наш новый предводитель уездного дворянства. Рада вас видеть. Как ваши дела? Вы, наверное, к мужу приехали? Но Петруша в Москве. Даже и не знаю, имеет ли вам смысл его подождать.

– Подождать? – рассмеялся Забалуев. – Мария Алексеевна, голубушка, я здесь живу!

– Как мило! – захлопала длинными ресницами Долгорукая. – Погостить приехали? Что же, я гостей люблю. Мы с вами беседовать станем. А в преферанс вы играете, любезный?

– Только ради вас, Мария Алексеевна, только ради вас, – Забалуев вальяжно подплыл к Долгорукой и принялся ей ручку лобызать.

– Ваш чай, – объявила Татьяна, возвращаясь в гостиную.

– Вот и умница, – поблагодарил ее Забалуев, велев поставить чашку на столик рядом с диваном. – А пока еще одно поручение исполни-ка. Вели в уезд ехать – портного мне привезти. Новый сюртук хочу, этот я на нарах пролежал, попортился матерьяльчик, поистерся.

– Что же это вы меня не спросили – крепостной девкой в чужом доме распоряжаться? – приподняла бровь Долгорукая.

– А вы мне давно уже и не чужая, Мария Алексеевна, – осклабился Забалуев.

– Это в каком смысле? – тоном оскорбленного достоинства сказала Долгорукая. – Я – мужняя жена, у меня деточки, трое. Или вы думаете, раз Петр Михайлович в Москве, то можете здесь похозяйничать?

– Да, да, в Москве, – ухмыльнулся Забалуев. – А скоро ли вернется?

– Сама заждалась! Как дело обернется. Да и путь не близкий. А он вам по делу нужен?

– По важному, по очень важному и очень срочному делу, – громко сказал Забалуев, наклонившись к самому уху Долгорукой.

– А почему вы кричите, Андрей Платонович? Я сумасшедшая, а не глухая.

– Вот как? – Забалуев впервые за это время с интересом посмотрел на княгиню, но она ответила ему кристально чистым и невинным взглядом. – Ну, раз супруг ваш в отъезде и вернется не скоро, тогда, может быть, вы окажете мне услугу, о которой я хотел просить Петра Михайловича? Дело-то важное, не терпящее отлагательств. Видите ли, на мне, как предводителе дворянства, лежит ответственность следить за всем в уезде. К примеру, за уплатой налогов в казну.

– Да-да, очень ответственная должность! – согласилась Долгорукая.

– Так вот, ваш муж, Мария Алексеевна, как это не прискорбно, не заплатил в этом году подушные подати и с земель.

– Не может быть! У нас нет задолженностей по акцизному ведомству, мой муж – добропорядочный человек и он никогда такого не забывает.

– А в этот раз забыл! – развел руками Забалуев. – А, имперская казна не может ждать.

– Ах, как же так, – расстроилась Долгорукая. – Конечно, у Петруши столько дел!.. Но чем же я могу вам в этом случае помочь? Я не вправе решать без мужа такие вопросы. Вы, однако, дождитесь его, он скоро вернется. У нас сегодня вишневый пирог! Завтра мы с девочками будем играть в шарады. Вы с нами не соскучитесь!

– Мария Алексеевна, я всего лишь не хочу, чтобы у вашего мужа были большие неприятности! Не дай Бог, поместье могут отобрать, все как есть, подчистую!

– Да неужели так серьезно? – Долгорукая на минуту задумалась. – Хорошо! Что я должна сделать?

– Вам надо только передать мне ту денежную сумму, что соответствует земельной пошлине за год. А дальше я все устрою сам! Вам – никаких хлопот! Поймите, я ведь тоже человек подневольный. Могу ли я на вас надеяться? На ту необходимую сумму?

– Разумеется, Андрей Платонович! Я не желаю, чтобы у Петеньки были проблемы с законом. Я дам вам то, что вы просите. Пополудни в два в кабинет заходите, все и получите.

– Маменька! – в гостиную в сопровождении высокой красивой молодой женщины вошла Соня. – А у нас гостья.

– Простите, если приехала некстати, но я посылала вам заранее письмо. Вы получали его?

Долгорукая с недоумением воззрилась на вошедшую.

– Маменька, – Соня быстро подбежала к ней и шепнула. – Ты помнишь, письмо от твоей кузины?

Это наша дальняя родственница, Елена Дмитриевна Болотова.

– Надеюсь, что не стесню вас своим присутствием, – скромно улыбнулась неожиданная гостья.