Анджела Дивайн - Единственный мужчина

Вздохнув, Джон скрестил руки на груди. Его каменное лицо и жесткий взгляд слегка смягчились.

— Послушай, милая, — нерешительно начал он, ласково взглянув на Пенни. Знаю, я — не пай-мальчик, с которым всегда так легко и просто. В какой-то степени это все издержки воспитания. В юности я был еще тот шалопай, и отец решил наставить меня на путь истинный. И каждый раз, когда я возвращался домой, он приставал с расспросами: «Где тебя носило? Что ты натворил на этот раз?..» И если я начинал ему дерзить в ответ, он бил меня. Ну, терпел я это лет так до девятнадцати, да и сбежал. В армию. Отслужил. Закончил колледж. С шалопайством было окончательно покончено, но с того времени я поклялся себе, что никто и никогда не заставит меня когда-либо снова отчитываться в своих поступках. И я строго придерживаюсь этих правил.

Пока Джон рассказывал о своей непростой юности, на лице Пенни попеременно отражались и потрясение от услышанного, и сочувствие.

— Понимаю, — сказала она, громко вздохнув, и положила руку ему на плечо. Но это — разные вещи. Я не хочу расспрашивать тебя ни о чем более, но мне важно знать — что же связывает тебя и Брэнду?

— Послушай, Пенни, — в голосе Джона вновь зазвучали предостерегающие нотки. — Оставь это, слышишь! Есть вещи, о которых лучше не знать. Неужели ты не можешь понять этого?

— Нет, не могу, — горячо возразила Пенни. — Все это заставляет меня думать, что в твоем поведении действительно есть что-то двуличное. И это беспокоит меня.

— Ну, если на то пошло, — сказал он, скрипнув зубами, — в тебе есть тоже кое-что, чего я принять не могу. Например, твоя непредсказуемость, твоя безответственность и то, как ты распоряжаешься своей собственностью.

Последние его слова привели Пенни в состояние полнейшего негодования.

— Мне вообще не следовало бы сюда приходить! — вскакивая на ноги, решительно произнесла она. — Ты сказал, что хочешь поговорить со мной. Но все, чего ты хочешь — это побольнее оскорбить меня. Я могу распоряжаться своим наследством так, как пожелаю! Это ведь все мое, не так ли? И почему я не имею право жить в имении моего отца?

— Продолжай в том же духе, — сухо посоветовал Джон. — Старый Уильям Эллиот был бы очень доволен тобой.

— Что ты имеешь в виду? — горячо спросила Пенни.

Внезапно лицо Джона вновь обрело сходство с непроницаемой каменной маской.

— Ничего, — ответил он. — Ничего. Забудь это. Пенни едва могла дышать от ярости после того, как Джон оскорбил ее, да к тому же и ее отца. Она бросила на него быстрый оценивающий взгляд, и былая враждебность вновь захлестнула все ее существо.

— Знаешь, Джон, — сказала она мягко, но решительно, — похоже, это самое разумное предложение за весь сегодняшний день. Давай все забудем. Особенно эту нелепую идею, что между нами может быть что-то общее.

Гордо вскинув голову, она поднялась с софы и направилась прочь из комнаты, но была внезапно остановлена Джоном, который властно удержал ее за запястье.

— Это все, что ты можешь мне сказать? — в его голосе послышалась едва сдерживаемая ярость.

— Нет! — выдохнула его пленница. — Я могу еще добавить, что твоя пицца горит!

Затем она с удовлетворением захлопнула за собой дверь.

Ветер на улице все крепчал, небо постепенно затягивали зловещие тучи. Ухватившись за перила деревянного настила, Пенни вздрогнула и на минуту остановилась. Как же ей теперь добраться до города? Невдалеке внизу она увидела несколько сбившихся в кучу автомобилей. Среди них выделялся один черно-белый с синей мигалкой на крыше. Полицейская машина! Может быть, ее водитель подскажет ей, где она сможет найти такси, чтобы добраться до дома?

Поспешно спустившись по лестнице, она помчалась к небольшой группе людей, окружавших полицейского. Было видно, что он говорит что-то в мегафон, но слова его уносил ветер. Наконец он закончил, и слушавшие начали расходиться. Охваченная внезапным беспокойством, Пенни прибавила ходу.

— Простите, сэр, — еле отдышавшись, обратилась она к полицейскому. — Не могли бы вы сказать, где здесь можно найти такси?

Полицейский медленно обернулся. Прямо на Пенни смотрели усталые доброжелательные глаза крупного пожилого сизолицего мужчины. На лице его ясно читалась тревога.

— Куда вы хотели бы поехать, мадам? — спросил он.

— На Мертл-Бич.

Полицейский, озабоченно нахмурившись, покачал головой.

— Лучше вам этого не делать, мисс, — сказал он. — Мы только что получили штормовое предупреждение. Приближается ураган. И мы советуем всем покинуть побережье как можно скорее. Ради вашей же безопасности уезжайте сейчас же!

Глава 6

— Но я не могу! — В ужасе вскричала Пенни. — Моя подруга отправилась на рыбалку с Мертл-Бич. Я просто обязана убедиться, что она в безопасности.

— В таком случае вам следует поторопиться, мисс, — посоветовал полисмен. До того, как нас накроет ураганом, осталось три, максимум четыре часа. А потом начнется светопреставление. Да, вы говорили, что вам нужно добраться до Мертл-Бич?

— Да, сэр, — согласилась Пенни.

— Ну тогда, может быть, кто-нибудь из них согласится подвезти вас? задумавшись, спросил он, указывая мегафоном на еще не успевшие разъехаться автомобили.

— Кто-нибудь подбросит эту леди до Мертл-Бич? — кричал он уже через минуту в мегафон, двигаясь вдоль колонны.

Уже через несколько минут лысеющий мужчина, возившийся до этого с мотором, окликнул Пенни.

— Мисс, мы едем в Конви и будем рады подбросить вас до места. Садитесь на заднее сиденье с ребятней.

Не успев перевести дух, Пенни втиснулась на указанное ей место, где ее встретили два мальчугана с кучей резиновых игрушек.

— Послушайте, если вам не удастся сразу же найти вашу подругу, не задерживайтесь там ни на минуту, — предостерег ее на прощанье полисмен. Возвращайтесь в город как можно быстрее. Ожидается, что высота проливной волны будет около пяти метров. А вам совсем нет смысла тонуть. Желаю удачи!

Он постучал по стеклу машины на прощанье, и Пенни со своими новыми знакомыми устремилась в быстро сгущающуюся мглу.

Всю дорогу до Мертл-Бич она промолчала, погруженная в свои невеселые размышления. Ее первым инстинктивным побуждением после того, как она узнала о надвигающейся беде, было вернуться в дом, к Джону, где было безопаснее. Но все дальнейшее произошло столь быстро, что для этого просто не было никакой возможности. И кроме того, между ними ведь все кончено! Она все еще ощущала себя глубоко оскорбленной словами Джона, а чувство гордости за свою стойкость заставляло чаще биться ее сердце. Она все-таки от него ускользнула! Все равно… Неужели он не будет за нее волноваться?