Марша Кэнхем - Железная роза

Сделав над собой усилие, девушка перевела взгляд на «Санто-Доминго». Казалось, галеону понадобилась целая вечность, чтобы миновать рифы. Наконец оба судна под предводительством «Железной розы» взяли курс прямо на Голубиный остров. Подойдя к острову на достаточно близкое расстояние, Джульетта снова поднесла подзорную трубу к глазам и смогла различить людей, столпившихся возле береговых орудий.

Ее отец стоял возле главной батареи. Высокая представительная фигура, которая выглядела одинаково хорошо как на палубе корабля во время боя, так и во главе защитников крепости на острове. Рядом с Симоном Данте, как всегда, стоял Джеффри Питт — человек, обладавший неоценимыми знаниями. У него была внешность ученого и мягкие манеры, но когда он вел в бой свой корабль, то по смелости и жестокости уступал только самому Симону Данте.

Рядом с ними возвышалась огромная фигура чернокожего Люцифера — негра с острова Гренада, чья лысая голова сияла в лучах солнца. Когда-то он и Симон Данте были вместе в оковах на испанской галере. Его ненависть к испанцам была почти такой же легендарной, как и ненависть к ним у человека, под командой которого он верой и правдой служил последние тридцать лет. Люцифер был у Данте главным канониром, и не было ни одной пушки или пистолета, из которых он не мог бы выстрелить с ужасающей точностью.

Была еще и четвертая фигура, стоявшая рядом с опасной троицей. Она была ниже ростом, более хрупкой, левый пустой рукав ниже локтя завязан узлом. Изабелла Данте спокойно отнеслась к потере руки. Всю свою жизнь она провела в море, и как Джонни Бой научился обходиться без ноги, так и Белла открыла для себя способы, как поддерживать своего мужа и семью, не имея одной руки. Она не искала сочувствия у мужчин и не обращала на него внимания, если его выражали. На самом деле, когда Джульетта отправилась в море, Изабелла вместе со своим постоянным помощником Спитом Маккатченом работала над приспособлением, которое позволило бы ей держать меч или пистолет.

— Флаги, капитан! — напомнил ей Келли.

Джульетта кивнула, и один из членов команды поднял флаги. На одном были изображены красный волкодав и синяя геральдическая лилия на черном поле; герб Симона Данте, графа де Турвиля. На другом — бабочка-парусник на красно-черном фоне, а также волкодав с золотой розой в пасти. И третий флаг — простой зеленый шелковый прямоугольник — был условным сигналом, который должен убедить защитников крепости, что испанцы не захватили «Железную розу» и не вынудили ее привести их к Голубиному острову.

Когда флаги затрепетали, пушки снова закрыли, а их команды вышли вперед, приветственно размахивая руками и что-то выкрикивая. Но расстояние до берега было еще слишком велико, чтобы что-нибудь расслышать. Джеффри Пит даже снял шляпу и поднял ее, что Джульетта истолковала как хороший знак, хотя отец ее даже не пошевелился. Он стоял, широко расставив свои длинные ноги, сложив руки за спиной, и наблюдал за ее приближением.

Симону Данте было уже далеко за пятьдесят, но он все еще был хорош собой. Тело у него было крепкое и мускулистое, лицо мало изменилось, хотя на нем появилось нескольких глубоких морщин — от забот о подрастающих детях и от стараний удержать рядом с собой темпераментную жену.

Ясные серебристо-голубые глаза все еще нагоняли страх на врага. От его властного голоса замирали в молчании тысячи людей, но он любил и пошутить, и тогда от его острого словца все окружающие так и покатывались со смеху. Симон Данте прекрасно владел собой, и хотя Джульетта знала, что отец любит ее больше всего на свете, все-таки в животе у нее от страха все сжалось. Стоило ему рассердиться, и она теряла всю свою храбрость. Даже намек на неудовольствие в его глазах был для нее хуже удара острого кинжала.

Изабелла Данте по характеру не многим уступала мужу.

— Ведите нас к берегу, мистер Энтони, — спокойно сказала Джульетта рулевому.

— Есть, капитан. Парням уже так не терпится попасть домой и побахвалиться, что, похоже, они готовы спустить шлюпки на воду до того; как мы бросим якорь, — улыбнулся рулевой.

Джульетта не ответила на его улыбку.

— Успеют еще пустить пыль в глаза. Сначала пусть закончат свою работу. Чтобы я не видела на палубе обрывков каната или незадраенного люка. И еще: заменить пустые бочки с порохом, орудия смазать и заткнуть орудийные стволы до того, как кто-нибудь выпьет хоть каплю рома. Мистер Келли, — обернулась она к плотнику, — завтра в полдень я проверю новую грот-мачту на «Розе». И еще вы должны представить мне перечень ремонтных работ, которые необходимо провести на «Санто-Доминго». Уверена, никто на берегу не откажется помочь разгрузить трюмы галеона, но я хочу, чтобы судно тщательно осмотрели и убрали весь лишний груз, Разберите его хоть до бимсов, если потребуется, но вы должны увеличить его скорость на пять узлов.

— Я могу убрать эти дурацкие надстройки на носу и, на корме. Так мы выиграем в скорости, и осадка судна уменьшится.

Джульетта покачала головой:

— Давайте сначала посмотрим, как оно будет выглядеть с новым парусным вооружением и с косыми парусами, о которых мы уже говорили. Не слишком ли это изменит его очертания? Никогда не знаешь, когда пригодится Троянский конь.

— Что? Мы будем перевозить на нем коней? Здорово!

Черт меня побери с потрохами, а зачем нам понадобились лошади?

Джульетта вздохнула и отмахнулась от него:

— Не твое дело, просто слушай, что говорю.

— Капитан Симон еще скажет свое слово. Лошади — грязные существа. Одна даже лягнула меня по заду, когда я был маленьким. Отметина так и осталась.

Джульетта посмотрела в подзорную трубу.

— Ну хорошо, но, пока великий Пират Волк не изменил соглашение о каперстве, которые мы подписали, «Санто-Доминго» принадлежит мне. Я его захватила. Я привела его домой. Он мой, и я могу делать с ним что захочу.

Келли только всплеснул руками:

— Я и не спорю, капитан! Я просто говорю, что вы могли бы продать корабль португальцам и хорошо на этом заработать.

— У меня и так уже есть кругленькая сумма, хватит мне на старость.

Джульетта посмотрела на волну, ! бьющуюся о скалы, и отметила для себя уровень воды. В это время дня прилив больше подходил для кораблей, покидающих бухту, нежели для тех, кто возвращался. Нужно было очень внимательно следить за водоворотами у подножия скал. Оказавшись в проходе, ведущем в бухту, следовало сохранять скорость и не дать течению утащить корабль назад в море. По бокам прохода в бухту стояли мужчины с канатами и крюками, готовые помочь протащить корабль через пролив, если потребуется. Но Джульетте лишь однажды пришлось воспользоваться их помощью. Как-то она возвращалась домой; поврежденный руль на ее корабле наскоро починили, и ей не верилось, что он сможет выдержать сильное течение. А вот ее братья часто просили протянуть их суда на канатах через пролив. Для Джульетты же было делом чести ввести «Розу» в бухту на предельной скорости.