Дебра Коуэн - Бутон страсти

Мысли о Роберте вызывали в ней такое же замешательство. Она еще раз поговорила с шерифом Сандерсом, пытаясь осторожно выяснить, куда и кому могли быть проданы эти женщины.

Шериф предполагал, что скорее всего их забрали на запад — возможно, в Канзас или Колорадо — и продали там шахтерам или каким-нибудь проходимцам, если допустить, что кто-то действительно организовал работорговлю в Калькутте. Ли становилось плохо при одной только мысли об этих бедных женщинах, которые могли попасть в лапы шайки или даже одного изголодавшегося мужчины.

Она послала телеграмму дяде Эндрю с просьбой расспросить местного шерифа в Кейп Жирардо о возможности такой продажи. Он ответил, что их шериф ничего об этом не слышал.

Уже в который раз она подумала о том, чтобы рассказать все Кэботу, но ей не хотелось вовлекать его во что-то связанное с Робертом.

В одно холодное утро нового года Ли вдруг поняла, что она застряла на одном месте в своих отношениях с Кэботом и с мыслями о Роберте. Она хотела попросить помощи у Саймона и поговорить с Реджи-ной о Кэботе.

Ли сомневалась, говорить ли Саймону об этих списках, боясь, что он будет шокирован так же, как и она, и будет сразу все отрицать. Но кроме нее и Гейджа, он был единственным, кто хорошо знал Роберта.

Поколебавшись, к полудню Ли все же решилась поговорить с Саймоном. Она сидела за своим столом, в третий раз складывая одни и те же колонки цифр. Саймон склонился над картой с линейкой в руках, бормоча себе по нос что-то по поводу груза, который надо доставить в устье Миссури.

Она хотела как-то исподволь завести разговор на эту тему, но не нашла ничего лучшего, как прямо спросить:

— Саймон, я нашла некоторые несоответствия в своих записях дома. Ты не знаешь, Роберт ни во что не ввязывался незадолго до смерти?

За вопросом последовала слишком длинная пауза, затем Саймон хриплым голосом спросил:

— Что за несоответствия?

Неужели ей послышалось напряжение, возникшее в его голосе? И эта напряженная поза?

— Просто странные цифры. Я знаю, что он не всегда мне говорил о своих проигрышах на скачках. Я подумала, что, возможно, у него были какие-нибудь неприятности?

Саймон повернулся к ней, снимая очки. Взгляд его светлых, цвета оникса, глаз был острым, пронзительным.

— Какие еще долги? Разве Монтгомери не заплатил по счетам?

— Нет, речь о другом.

Ли сомневалась, насколько она может доверить ему. Он уже занял оборонительную позицию. Крепко сжимая гусиное перо в руке, она не знала, как продолжить разговор.

Он подошел к ней, все еще с напряженным выражением лица:

— Ты сказала, что думаешь, будто Роберт был вовлечен во что-то нелегальное?

— Да.

Казалось, ее тихий ответ обрушился на Саймона. Он побледнел, затем густо покрабнел. Он смотрел на нее выпученными глазами, изучая, нащупывая что-то. Затем он грубо расхохотался.

— Нет, Ли. Роберт никогда бы не сделал ничего противозаконного. А почему ты заговорила об этом?

Она была поражена той злостью, которая слыша-лас в его голосе, но не винила его в этом. В какой-то степени она тоже так думала.

— Я нашла кое-что в вещах Роберта.

— Что нашла? Подписаное им признание? Это смешно! — И он отвернулся.

Она вздохнула, пожалев о том, что затеяла этот разговор. Тот факт, что ее мысли о Роберте стали другими, не значит, что и Саймон изменился по отношению к его памяти. Я нашла дневник с некоторыми записями.

— Дневник с некоторыми записями? — машинально повторил он. — Ну и что это доказывает? — Он резко дернул вниз уголки жилетки и отвернулся к окну. — Извини меня, Ли, но все это очень неприятно. Я не понимаю, почему после стольких лет ты вдруг стала говорить такие вещи о Роберте.

— Я тоже не хочу в это верить, Саймон, — пыталась защищаться Ли.

Он посмотрел в окно, затем повернулся на каблуках:

— Ты кому-нибудь эту книгу показывала? Монтгомери или шерифу Сандерсу?

— Нет. Я не хотела никого вовлекать в это, а самой мне ничего не удалось разузнать.

— А может быть, и узнавать-то нечего, — резко сказал Саймон. Он изучающе посмотрел на нее. Казалось, что он раскаивался за свой резкий тон в разговоре с ней. — А почему бы тебе не показать мне эту книгу? Это могло бы помочь тебе доказать, что Роберт не был вовлечен ни во что противозаконное.

— Ну, я не взяла ее с собой. Она дома, но, возможно, я как-нибудь захвачу ее. — Ли чувствовала себя виноватой. Должна ли она перекладывать этот груз на плечи Саймона? Она не хотела разрушать его чувства к Роберту. Господи Боже, она уже имела столько неприятностей из-за этих открытий о Роберте.

Раздражение промелькнуло во взгляде Саймона. Он грустно вздохнул:

— Поступай, как знаешь. Если захочешь, я могу посмотреть записи.

— Хорошо.

Что толкнуло ее вовлечь в это дело Саймона? Весь день ее мучали угрызения совести. Свой ленч ее партнер съел молча, занятый, без сомнения, мыслями о Роберте. Не однажды она ловила его подозрительный, настороженный взгляд.

Лучше бы она ничего не говорила. Саймон все равно не может помочь, и она только навредила своими открытиями.

В конце дня, когда солнце превратилось в красно-золотую полоску на горизонте, Саймон прибрал на своем столе и встал:

— Пять часов, Ли. Я пойду.

— Хорошо, — рассеянно сказала она, занятая своими бумагами.

Каблуки Саймона простучали по деревянному полу к двери, он снял пальто с вешалки и спросил:

— Хочешь, я провожу тебя?

— Нет, нет, иди, — Ли подняла голову и с облегчением заметила, что он больше не злился. Он выглядел уставшим и опустошенным. Выдавив из себя улыбку, она сказала: — Я собираюсь зайти в приют, как только закончу работу. Не жди меня.

— Ладно. — Повернувшись спиной, он открыл дверь. Уже стоя в дверях, залитый лучами заходящего солнца, он напомнил ей:: — Не забудь, что я сказал по поводу книжки.

— Хорошо, не забуду. — У Ли заныло сердце. Она ведь не хотела его обидеть, а всего лишь искала помощи.

В шесть часов она заперла контору и спустилась по лестнице, направляясь в сторону Мейн-стрит. Три маленьких мальчугана играли в бабки на замерзшей дороге, и она обошла их стороной. Какой-то мужчина задел ее, пробормотав извинения. Ли посмотрела ему в спину и узнала в нем того, кто встретился ей около приюта в Рождество и потом, около конторы шерифа Сандерса. Он не обратил на нее внимания. Она пожала плечами и продолжала идти вперед, погруженная в мысли о Роберте.

Тайна, окутавшая его, по-прежнему оставалась тайной. Мысли о нем все еще не отпускали ее. Ли решила попытать счастья в своих отношениях с Кэботом.

Два часа спустя она сидела за приютским кухонным столом вместе с Реджиной. Напротив сидел мальчик, наблюдая за ней и ужиная тостами и яйцами.