Сьюзен Джонсон - Нежнее шелка

— Попросите меня.

— Вы невыносимы, — сказала она, возбужденная и подавленная одновременно.

— Попросите.

— Дайте мне это. — Отрывистая команда, не более.

— Попросите нежно.

Она молча смотрела ему в глаза. Слышно, как капли тяжело падают с листвы.

Ситуация патовая. Он в отличие от нее понял, что происходит. Он уже различает выражение вожделения в ее глазах.

— Неважно, — произнес он и повернулся.

— Стойте.

Он обернулся.

Та его часть, которую она так жаждала заполучить, повернулась к ней.

— Мне очень хочется, чтобы это… — она показала, — оказалось внутри меня, сэр, — добавила она с улыбкой.

Фальшива или искренна ее улыбка — дело второстепенное.

— С удовольствием, принцесса, — ласково сказал он, протянул руку и обхватил ее за талию. — Я говорю серьезно, — шепнул он и, приподняв ее и согнув колени, чтобы обоим было удобнее, отработанным движением нацелился в ее распаленную расселину. Вот… — Одно быстрое движение вверх — и принцесса, прижавшись к нему, запричитала и заохала.

Он собирался держать свое либидо в узде, считая опасным то неуправляемое вожделение, которое вызывала у него эта женщина. Он не мог позволить себе постоянно быть в гоне — и не только из-за сиюминутной опасности, в которую это ставило их в отношении их врагов. Он не хотел постоянно жить в возбужденном состоянии. Юношеское безумие для человека с его обязательствами противопоказано. Но она приблизила к нему губы и прошептала ему в рот:

— Пожалуйста, если можно, я бы хотела кончить не один раз…

И сразу все оговорки отпали.

— Сообщите, когда с вас будет довольно, — пробормотал он, чувствуя, как распухает все больше и больше и что его охватило непреодолимое желание дотрахаться до смерти, — такова его не обещающая ничего хорошего, невменяемая реакция.

Может быть, завтра он будет более осторожен, думал он, двигаясь с жестким равномерным ритмом.

Или, может быть, послезавтра, предположил он, проникая все глубже и слыша, как принцесса кричит, кончая.

Ах, да какого черта! Нет ведь никакой нужды принимать решение сей момент, решил он, чувствуя, что сам вот-вот кончит.

И когда восхитительная, всепоглощающая страсть сотрясла его тело, он оставил все попытки мыслить рационально и погрузился в переворачивающее душу наслаждение.

Глава 17

Через два дня непрерывной езды верхом в дурную погоду Сунскоку и ее маленький отряд прибыли в Осаку. Промокнув до нитки, подчиненные Хироаки теперь жаждали отыскать временное пристанище и переодеться в сухое платье.

Им приказано охранять таю до Осаки и проследить, чтобы она вернулась в Эдо, выполнив данное ей поручение. Хироаки, однако, не проинструктировал об их обязанностях, когда гейша поднимется на борт корабля.

Устроив Сунскоку на ночь, Юкиё предложил обоим полицейским отправиться в чайный домик, где устроит им вечер развлечений. От такого приглашения не смог бы отказаться никакой человек с горячей кровью в жилах. Тем более предлагает вакаймоно, член банды Ёсивары; уж он-то знает лучшие веселые дома в городе.

Вечер начался с того, что они немного выпили… а потом еще и еще… пока люди Хироаки не перестали понимать, где находятся и с кем. Оставив деньги на их ночные увеселения и приказав задержать их до утра, Юкиё отправился туда, где оставил Сунскоку. Ему не терпелось оказаться в ее обществе без соглядатаев, неотступно сопровождавших их от самого Эдо.

В нескольких шагах от постоялого двора с ним поравнялся молодой человек.

Юкиё посмотрел на него:

— Ты быстро управился.

— Семейство Овари уже практически в пути.

— И ты проводил их до порта Нагоэи?

— Пока мы разговариваем, они направляются в Гонконг. Напуганные, но на борту корабля.

— Все они?

— Вплоть до старушенции. Красивая семья, кстати.

— Не сомневаюсь. И живут в относительно хороших условиях.

— На содержании у дочери.

— Конечно.

— Так когда мы отчаливаем? — спросил Ногучи.

— Мы?

— Не думаешь же ты, что я останусь здесь?

— Не уверен, что у тебя есть хоть одна иена, чтобы посмотреть мир.

— Хороших друзей найти трудно.

— Это верно. — Юкиё посмотрел на него и улыбнулся. — Мы, кажется, едем в Штаты. Или по крайней мере попадем туда в конце концов. Дело капитана Драммонда основано там.

— Что, если он не захочет взять нас на борт?

— Заставим его передумать.

— Учитывая, чем он занимается, он хорошо вооружен.

— Но он человек разумный, как я слыхал.

— В отличие от наших хозяев.

— Вот именно. Думаю, ему понадобятся телохранители.

Ногучи усмехнулся:

— Это точно. Они ему и сейчас нужны.

Юкиё бросил на него вопрошающий взгляд:

— Ты знаешь, где он находится?

— Мог бы узнать.

— Если понадобятся деньги, скажешь сколько.

— Порасспрошу в городе. У меня в этом городе прорезались молочные зубы.

Ногучи вырос на улицах этого морского порта, а в Эдо приехал всего два года назад в качестве телохранителя главаря якудза, который в новой столице приступил к организации преступных кланов. Когда его хозяин погиб в яростной борьбе за территорию, Ногучи нашел работу у Юкиё.

— Ты остановился, где мы? — спросил Юкиё, когда они подошли к постоялому двору.

— У меня есть дружок в городе. Увидимся завтра.

— Судя по твоей ухмылке, этот дружок — женщина. Если нас здесь не окажется, значит, мы будем на борту «Красавицы Юга».

— Не волнуйся. Я тебя найду.

— Как только капитан с принцессой появятся, якорь поднимут. Не уходи далеко.

— Ты всегда будешь в моем поле зрения, дружище, — сказал Ногучи.

— Может понадобиться помощь в одном дельце с людьми Хироаки.

Ногучи усмехнулся:

— Хочешь сказать, они с нами не поедут?

— Вроде того. До завтра. — И, кивнув, Юкиё свернул в ворота трактира.

— Я уж думала, с тобой что-то случилось. Хоть бы предупредил, — взволнованно сказала Сунскоку, когда Юкиё вошел к ней в спальню.

Очарованный представшим перед ним зрелищем, он остановился в дверях. На Сунскоку надет простой халат, волосы распущены, лицо не накрашено; никогда еще она не казалась ему столь прекрасной.

— Но ведь ты ждешь меня в постели, и вот я здесь, — тихо сказал он.

Она насмешливо подняла брови:

— Как оригинально.

— Не знал, что это требуется. — В его голосе сквозил легкий сарказм.

Опомнившись, она проговорила:

— Прости меня, я страшно волнуюсь. Так много зависит от того, чтобы все стало на свои места, от стольких людей, которые нам делают одолжение, зависим… И еще чтобы люди Хироаки не помешали…

— В настоящий момент они пьяны в стельку. Не очнутся до утра.