Кэт Мартин - По велению сердца

– Тебе лучше одеться. – В голосе его была неожиданная отстраненность. – Ты ушла из дома довольно давно.

Велвет почувствовала неуверенность. Ей захотелось прикоснуться к нему, насладиться ощущением силы, как это уже случалось ранее.

– То, что мы сделали… Ты не получил… не ощутил наслаждения?

Он взглянул ей в глаза:

– Наслаждение? Ах герцогиня…

Он поднял брошенные на пол бриджи и надел их.

– Я не буду извиняться за то, что произошло, потому что ты этого хотела. Я предупреждал тебя.

Она взглянула на него, удивившись его неожиданной резкости.

– Я не прошу твоих извинений. Все это так ново для меня. И я не уверена… я не знаю, что я…

Он надел сорочку и потер шрам на тыльной стороне руки, словно кожа на ней все еще горела.

– Вы талантливы в любви, миледи. Давно я не испытывал подобного.

Велвет закусила губу, но не смогла заглушить негромкий вскрик боли. Она отвернулась от него, борясь со слезами. Но борьба оказалась безнадежной, и слезы потекли по ее щекам.

Их любовная страсть так много значила для нее, а для него оказалась пустым звуком!

Она нагнулась, отыскивая свое платье. Он протянул его ей, и их пальцы соприкоснулись.

– Велвет, прости меня. Я не это хотел сказать.

Отвернувшись от него, она с силой просунула руки в рукава и принялась сражаться с пуговицами.

– Это была моя идея, ваша светлость. Я должна была остановить вас, но не сделала этого. Мужчина не ценит такую женщину.

Она вскрикнула от неожиданности, когда он привлек ее к себе, заставив посмотреть в глаза.

– Не смей так говорить. Не смей даже думать так. Это моя вина. Я вел себя как животное, в которое превратился. Я взял твою девственность, желая насладиться тобой в постели. Я пытался предостеречь тебя, но ты не пожелала слушать. – Боль исказила его лицо. Оно выражало искреннее сожаление.

– Я скажу тебе, что знаю. Я думаю, что ты самый страстный и самый нежный из мужчин. Ты противился искушению, но я хотела тебя так же, как ты меня. И сожалеете о том, что случилось, только вы, ваша светлость. Обещаю тебе, что не буду жалеть об этом никогда.

Он покачал головой:

– Я должен был остановиться. Я должен был удержать тебя…

– Я хотела этого. Только и всего.

По выражению ее лица он понял, что она говорит правду.

Долгий вздох сорвался с его уст.

– Но могут быть последствия. Я должен был быть более осторожным, но я… – Он неуверенно улыбнулся ей. – Но все это было так неожиданно для меня, что я… не мог…

– Я принимаю это как комплимент, ваша светлость.

– Это я и хотел сказать, миледи.

Она несмело улыбнулась, ощутив внезапную робость. Отвернувшись, чтобы закончить свой туалет, заметила, что ноги ее в пятнах крови. Джейсон, кажется, понял ее трудности и вышел из комнаты. Спустя несколько минут вернулся, неся в руке влажную материю и чистое полотенце. Покраснев, Велвет взяла их. Джейсон сделал вид, что не замечает ее смущения, но снова вышел.

Спустя несколько минут она присоединилась к нему. Одевшись, она, казалось, нашла в себе смелость посмотреть ему в лицо.

– Если я узнаю что-нибудь, сообщу через Литчфилда.

Глаза его потемнели.

– Велвет, это очень опасно. Не становись на пути у Эвери и, пожалуйста, не задавай никаких вопросов.

Она любезно улыбнулась:

– Как скажете, ваше сиятельство.

– И, черт побери, не называй меня так. Кто-нибудь может тебя услышать.

– Как хочешь, Джейсон. Ты мне поможешь?

Он легко поднял ее в седло, и руки его на несколько секунд задержались на ее талии.

– До свидания, леди Велвет, – произнес он, не отрывая глаз от ее лица. – Ты необыкновенная женщина.

У нее перехватило дыхание.

– До свидания, Джейсон.

Она дала шпоры коню и уехала, ни разу не оглянувшись. Она сказала Джейсону то, в чем была уверена, – что ни на секунду не пожалеет о том, что отдалась ему. Это был один из самых чудесных моментов в ее жизни. Жалеть будет только о том, что Джейсон не любит ее. И о том, что такое никогда больше не повторится.

Как только она покинет Карлайл-Холл, сразу поедет в город. Лондонский сезон начинался, и ей предстояло найти себе мужа. Джейсон дал ей понять, что не собирается жениться.

Боль пронзила ее. Джейсон хотел только делить с ней ложе. А в остальном она ему неинтересна.

Это не значит, конечно, что она не будет помогать ему, но не она знала, как лучше приступить к этой нелегкой задаче. Велвет повернула лошадь в направлении Карлайл-Холла, с радостью подумав, что скоро покинет его.

Эвери остановился у входа в малый салон, где остававшиеся в замке гости собрались на завтрак. Хорошенькая малютка Мэри Стэнтон тоже была здесь и сидела с отцом, сэром Уоллесом, за длинным столом. Стол был накрыт льняной скатертью и уставлен фамильным серебром.

Эвери улыбнулся в ответ на улыбку Мэри, стараясь не поддаться искушению радостно потереть руки.

В течение тридцати дней его проблемы должны решиться. Он должен жениться на Мэри Стэнтон. И получит доступ к ее приданому и станет наследником ее отца. Колеса этой машины должны были завертеться, как только станет известно о разрыве его отношений с Велвет Моран.

Эвери нахмурился, бросив взгляд на Велвет, сидящую за столом напротив леди Брукхерст и весело с ней беседующую. Она сейчас смеялась над чем-то, сказанным Силией. Настроение Эвери еще больше испортилось. Силию вряд ли можно было назвать остроумным человеком, во всяком случае, он не считал ее таковой. Большая часть ее шуток отличалась грубостью и годилась только для постели.

Несколько лет она отказывает ему даже в небольших плотских удовольствиях, зато неизменно проходится на его счет своим острым и злым языком. Еще она с завидной регулярностью изводит его требованиями все новых и новых сумм, сожалея, как она как-то сказала, что вообще подписала то соглашение между ними. Около месяца назад она узнала о его незавидном финансовом положении. И только помолвка с леди Велвет удержала ее от того, чтобы не вонзить в него свои ядовитые зубы.

Он поглядел на двух женщин, болтающих с излишней фамильярностью, надеясь, что Велвет, с Божьей помощью, хватит здравого смысла держать язык за зубами относительно разрыва их помолвки. Он вспомнил, с каким искусством Велвет крутила им, и немного успокоился. Она была вполне достойным противником для Силии, а у него были более насущные заботы.

С этими мыслями он и направился в сторону Мэри Стэнтон.

Велвет улыбнулась очередному плоскому замечанию леди Брукхерст. Ей удалось занять место за столом напротив графини, но внимание той было направлено в основном на красавца Кристиана Сазерленда, графа Бальфура. Граф оказался за столом довольно далеко от нее, и Силия вскоре устала от попыток привлечь его внимание.