Вирджиния Хенли - Тайный брак

Уолтер Рейнолдс сразу же понял, что Эдуард чего-то хочет. Еще когда Эдуард был принцем, он состоял при его дворе, они оба тогда были еще детьми, и своим назначением архиепископом Кентерберийским он был обязан королю. Он знал, что ему придется терпеть Эдуарда, если он хочет продолжать жить в благоденствии.

Королева Изабелла со свитой уехала следующим утром, и в тот же вечер Эдуард заперся с Рейнолдсом в его обширной библиотеке.

– Я хочу, чтобы ты созвал церковный совет в соборе Святого Павла, чтобы официально аннулировать приговор об изгнании Деспенсеров.

– На каких основаниях можно объявить его потерявшим законную силу, ваше величество? – осторожно спросил Уолтер Рейнолдс.

– Это же ты архиепископ Кентерберийский! Я уверен, что ты найдешь обоснованный повод, Уолтер. – Эдуард налил себе дорогого французского вина из запасов друга.

Рейнолдс сцепил пальцы, мысленно ища религиозный повод, который сможет выдержать критику. Наконец он сказал:

– Приговор об изгнании можно аннулировать на том основании, что он не получил единогласной поддержки епископов.

– Великолепно! – Эдуард снова наполнил инкрустированный драгоценными камнями потир и поднял его. – Не трать времени даром. Созови их в соборе Святого Павла к первому декабря. Уверен, мне нет необходимости подчеркивать, что до тех пор, пока факт не совершился, я рассчитываю на твое благоразумие в этом деликатном деле, Уолтер.

– Я настаиваю, чтобы вы ехали рядом с вашей женой, лорд Пемброк. Мари так мало видела вас в последнее время. – Изабелла не хотела слышать кровавых подробностей сдачи замка Лидс. Ее ужасало, что леди Бадлсмир и ее дети были заключены в тюрьму, и она устала слушать причитания Мари о том, что старая ведьма заслуживает повешения.

Однако прежде чем королевский кортеж покинул Кент, еще два видных графа вместе со своими войсками присоединились к ее свите. Ричмонд и Арундел поехали вместе с Изабеллой, и она милостиво поблагодарила их за верность и поддержку.

К тому времени, когда они въехали в Суррей, их нагнали молодые сводные братья короля, Кент и Норфолк, и решили, что они тоже поедут в Виндзор. Эдмунд, граф Кентский, пленился светловолосой голубоглазой Маргаритой Уэйк и так направил своего коня, что оказался между Маргаритой и Брианной.

– Леди Маргарита, то, что вам пришлось пережить у замка Лидс, наверное, было ужасно.

– Так это и было, милорд. Меня бы убили, если бы леди Брианна не схватила мою лошадь за поводья и не заставила ее скакать назад по мосту.

Он повернулся, чтобы внимательнее посмотреть на Брианну, и, когда он узнал ее, его глаза расширились.

– Леди де Бошан, я счастлив снова видеть вас при дворе королевы. – Он позвал своего брата, графа Норфолка: – Том, поди сюда и посмотри, кто здесь.

Подъехал Норфолк.

– Брианна! Я и понятия не имел, что вы вернулись ко двору. Вы превратились в настоящую красавицу.

– Если вы не против, граф, я все еще могу победить вас в скачках, – поддразнила она.

Королевские братья улыбнулись, жадно скользя взглядами по двум придворным дамам.

– Рождественский сезон в Виндзоре обещает быть весьма веселым, – заметил граф Норфолк.

Брианна улыбнулась про себя. «Томасу Норфолку придется найти себе другую даму, чтобы веселить его, когда он узнает, что я обручена».

Дворяне, жаждущие продемонстрировать свою верность королеве Изабелле, теперь собрались в виндзорском замке. Ричмонд, Арундел и остальные женатые графы прибыли вместе со своими женами и дочерьми. По вечерам главный зал наполнялся музыкой и смехом, а после ужина устраивали танцы.

Королева и ее дамы начали планировать рождественские празднества, и Брианна с облегчением заметила, что Изабелла выглядит счастливее.

– Вы полагаете, что король вернется, чтобы провести Рождество в Виндзоре?

– Благодарение Богу, нет! – пробормотала Изабелла. – Он всегда проводит праздники в Кингс-Лэнгли. Это уже стало традицией.

Брианна знала, что Лэнгли был резиденцией Эдуарда, когда он еще был юным принцем, и могла только представлять, какая беспутная атмосфера царит в этом абсолютно мужском доме.

После ужина граф Ричмонд поклонился королеве и повел ее танцевать. Эдмунд Кентский тут же пригласил Маргариту Уэйк, а его брату Норфолку удалось уговорить Брианну на танец.

– Вы будете проводить Рождество в Виндзоре, милорд, или поедете с королем в Лэнгли?

Томас наклонился, чтобы говорить по секрету:

– В этом году Эдуард не поедет в Лэнгли. Теперь, когда он собрал такую большую армию, он намеревается полностью использовать ее. Он полон решимости вернуть свое королевское право и разобраться с баронами, которые восстали против него и сопротивлялись ему.

У Брианны упало сердце. Она опустила ресницы, чтобы Норфолк не увидел ее тревогу. «Имеет ли он в виду Ланкастера? Нет, Томас кузен короля, и он королевской крови. Эдуард собирается отомстить Роджеру Мортимеру, который возглавил восстание! Его наказание будет ужасным – его не пощадят».

Глава 11

Вулф Мортимер стоял на берегу Темзы с волчицей Тенью, недалеко от того места, где располагался лагерь баронов. Дурные предчувствия мучили его, омрачая его дух. Темные тучи в вечернем небе словно давили на него.

Приученный горными валлийскими потоками к холоду, он долго стоял обнаженный на берегу, потом бросился в реку и поплыл, рассекая воду мощными свободными бросками. Но Темза не смогла смыть с него ощущение грозящей опасности; оно прилипло как паутина, которую он не мог содрать с себя.

Вулф выбрался из воды и встряхнулся. Ему не хотелось озвучивать свои предчувствия отцу, чтобы не накликать беду. Теперь уже окончательно стемнело, и он смотрел невидящими глазами в черноту ночи. Он приказал себе расслабиться, забыть о контроле, чтобы его бессознательное могло оставить настоящее и перенестись в будущее.

Он увидел жену Эдмунда, Элизабет, и знал, что, несмотря на тюремное заключение, она выживет. А вот на ее отце была петля – знамение неизбежной смерти. Он вызвал образ короля, но рядом с Эдуардом стоял тот выродок. Для Мортимеров он почувствовал серьезные угрозы и с запада, и с востока, и предательство с севера. Он увидел своего отца в захлопывающемся капкане и знал, что ловушки расставлены во всех направлениях. Смерть ждала троих приграничных баронов, но раньше, чем он узнал каких, он почувствовал, как что-то коснулось его ноги, и он мгновенно вернулся в настоящее. Вулф запустил пальцы в густую серебристую шерсть волчицы и понял, что ей тоже угрожает опасность, если она не найдет безопасное убежище.

Вулф услышал далекий, но угрожающий рокот грома с запада, идущий от границы с Уэльсом. Зазубренная линия вспыхнула на востоке, верное предупреждение, что опасность из Лондона была ближе и беспощаднее. Он быстро оделся, понимая, что больше не сможет молчать.