Лидия Джойс - Музыка ночи

Она медленно пошла вдоль портего, а он просто следил, как она делает первый шаг, второй, третий.

Потом он вдруг понял, оттолкнулся от колонны и пошел следом.

Он даже не торопится, подумала Сара, он был уверен, что поймает ее. До боли стиснув зубы, она развернулась и направилась к саду в конце порте-го. Сквозь шум в ушах она едва слышала шаги мистера де Лента, но знала, что они стали быстрее, громче, ближе.

Дверь уже совсем близко, всего в дюжине больших шагов, но и мистер де Лент совсем рядом. Он не может схватить ее, нет, когда она так близка к цели! Понимая, что не может состязаться с ним, Сара побежала. Рука мистера де Лента ухватила ее за плечо, но она вывернулась из его хватки, сделала отчаянный бросок к двери, ударилась бедром о твердое дерево. Ручка, ручка… Сара повернула ее. Хотя она всем телом налегла на дверь, та не поддалась.

Заперта изнутри, успела подумать она в тот миг, когда мистер де Лент схватил ее за локоть и оторвал от двери.

– Нет! – взмолилась Сара.

Но он уже шагал назад, таща ее обратно в порте го с такой силой, что ей не оставалось ничего другого, как подчиниться. Он распахнул дверь и толкнул ее внутрь, прямо на спинку кресла, то перевернулось, Сара упала на пол, а кресло на нее. Она сильно ударилась о холодный твердый мрамор, боль обожгла ей колени и руки, которыми она пыталась сдержать падение, ноги запутались в юбках. Пока она сбрасывала тяжелое кресло, мистер де Лент захлопнул дверь, не спеша направился к тому месту, где она лежала, и схватил за руку.

Сара приготовилась к грубому рывку, но вместо этого он почти нежно помог ей встать, хотя и не отошел. Наоборот, придвигался все ближе. С каждым его шагом Сара отступала, пока не уперлась в стену. Но даже тогда он не остановился, пока не загнал ее в угол.

– Мистер де Лент, я хочу вернуться в свою комнату.

Сара ненавидела себя за дрожь в голосе, за то, что отвела взгляд, несмотря на всю решимость глядеть ему прямо в лицо. Мистер де Лент слегка наклонил голову. Он собирался ее поцеловать. Сара отвернулась, и он, усмехнувшись, прижал ее голову к стене.

– Ты, конечно, хорошо разыгрываешь из себя застенчивую маленькую женщину.

Его жаркое дыхание касалось ее уха, бакенбарды щекотали ей щеку, его рот был в дюйме от ее губ. Она содрогнулась, чувствуя непроизвольный ответ в своем теле, который не могли подавить даже худшие опасения, сильный запах его одеколона вызывал у нее тошноту.

– Знаешь, я решил, что ты не стоишь хлопот.

– Уверяю вас, сэр, я не стою вообще ничьих хлопот. – Она закрыла глаза, чтобы сдержать подступающие слезы.

– Теперь уже не надо притворяться, Сара. Теперь я знаю, кто ты на самом деле.

Она почувствовала, как его свободная рука коснулась ее лица, словно перышко, и она знала, что он исследует ее оспины. Сара тряхнула головой, чтобы сбросить его руку, но он тут же надавил ей на горло, и она замерла прежде, чем он перекрыл ей дыхание.

– Никаких больше игр, Сара, – жестко сказал де Лент.

Она не должна бороться, она не могла бороться. Он был сильнее, он сын ее хозяйки, одно его слово, и она моментально окажется на улице. Неожиданно Сара вышла из себя.

– Перестаньте называть мое имя! – прошипела она, борясь с его рукой, давящей на горло.

– Что? – Он выглядел искренне удивленным, даже слегка ослабил нажим.

– Не говорите его! – Она попыталась вырваться. – Оно мое, дьявол вас побери! Мое!

Де Лент засмеялся, но леденящий звук внезапно смолк, когда он ударил ее по щеке. Вскрикнув, Сара использовала его удар, чтобы извернуться и выскочить из угла. Потом бросилась к двери, мистер де Лент за ней. Она знала, что не успеет, но должна попытаться…

Кто-то снаружи толкнул дверь, и вошел английский слуга леди Меррил. Она слышала, что де Лент остановился, но продолжала идти, пока не замерла у двери. Прислонившись к стене, она настороженно посмотрела на мужчин.

Де Лент выглядел хладнокровным и чуть насмешливым, как всегда, если бы не легкий беспорядок в его одежде да жестокий блеск в янтарных глазах. Слуга был явно потрясен увиденной сценой. Если он сейчас уйдет и закроет за собой дверь, с ужасом подумала Сара, для нее все будет кончено. Она смотрела на него, умоляя взглядом спасти ее. Мистер де Лент кашлянул, и молодой человек, нервно сглотнув, отвел от нее взгляд.

– П-простите, сэр. – Он старался выиграть время. – Я не знал, что вы здесь.

– А теперь уходи, – ледяным тоном приказал де Лент, в глазах у него было обещание того, что он с ним сделает, если слуга не подчинится.

– Да, сэр, – быстро согласился тот.

– Пожалуйста, нет. – Сара даже не поняла, что это говорит она.

Слуга опять перевел на нее взгляд, но промолчал. Затем все же решился:

– Леди Меррил хочет ее видеть.

Он сказал это медленно и неохотно, но Сара чуть не задохнулась от громадного облегчения, а мистер де Лент помрачнел от его заведомой лжи.

– Я пришлю ее, когда с ней закончу.

Слуга опять сглотнул, видимо, еще больше испугавшись, однако выражение лица у него стало решительным.

– Леди Меррил просила меня привести ее. Леди Меррил хочет ее сейчас.

Сара испугалась, что мистер де Лент бросится на слугу, но потом он пробормотал ругательство и отвернулся.

– Должно быть, ты уже поинтересовалась и его штанами, – процедил он. – Но я не упущу свой шанс. Ты не сможешь вечно разыгрывать со мной скромницу.

С пылающим от унижения лицом Сара выскочила за дверь.

– Благодарю, – сказала она слуге, когда они дошли до портего. – Если я могу что-нибудь сделать для тебя…

– Я не нуждаюсь в ваших одолжениях. Акцент молодого человека вдруг усилился. – Я целых пять лет держался подальше от всяких неприятностей, пока работал наледи Меррил, а теперь мне скоро придется искать новую работу. Но я не нуждаюсь в ваших благодарностях.

Он повернулся и ушел. Сара, открыв рот, смотрела ему вслед, затем бросилась в свою комнату и заперла дверь. Она даже прислонилась к ней, вспомнив медный ключ в руке служанки.

Все кончено. Ее дальнейшая работа у леди Меррил превратится в лицемерие. Она потеряла единственную возможность быть приличной и независимой. Она имела единственную в жизни работу, которой могла гордиться, и сама все погубила за несколько месяцев. Ирландский незаконнорожденный, беспризорный ребенок, она жила среди воров и проституток, но, хуже всего, не имела ни ловкости воров-карманников, ни привычки к серьезному труду. Для каждого ее ценность заключалась в том, что было у нее между ног, и даже эта ценность не столь велика.

Сара долго плакала и к обеду вышла, чувствуя себя, как смятая роза. Она была не готова к встрече с мистером де Лентом, впрочем, как всегда, но выбора не было.