Дебра Маллинз - Сладкий грех

Это не может длиться вечно. Он не будет сказочным принцем, который заберет ее в свой замок, где они будут жить долго и счастливо до конца своих дней. Это все было временно, до тех пор, пока он не решит, как быть с Джеймсом. Она должна постоянно об этом помнить.

Когда придет день покинуть этот чудесный дом, она сделает это, не колеблясь, зная, что Джеймс в хороших руках и ее обещание, данное Летти, выполнено.

Миранда поднялась на третий этаж, чтобы взглянуть на детскую. Вайльд остался внизу. Когда Миранда спросила, пойдет ли он с ними, он изменился в лице, став похожим на человека, проглотившего тухлое яйцо. Они с Тадеушем и миссис Купер пошли без него, проводила их туда горничная. Через несколько минут горничную позвали вниз, и она ушла, оставив их самостоятельно осматривать помещение.

Джеймс начал ворочаться, миссис Купер извинилась и унесла малыша в маленькую спаленку, оставив Тадеуша и Миранду в классной комнате, предназначенной для обучения ребенка.

— Ну что, — спросил Тадеуш. — Ты передумала?

— О чем ты?

— О том, чтобы стать любовницей герцога. — Он огляделся по сторонам. — Вайльдхевен приготовил для тебя очень хороший дом, Миранда. Я не могу не задуматься о том, какую цену тебе придется заплатить за него.

— И это говорит человек, который сам убедил меня принять предложение!

Тадеуш пожал плечами.

— Я думал, ты достаточно умна и сумеешь заставить богатея вроде нашего герцога платить по счетам, пока он не найдет в себе смелости ответить за свои поступки. Но после той сцены у кареты мне все стало ясно.

— Я не собираюсь ложиться с ним в постель, Тадеуш! Как ты вообще мог такое подумать? Или ты недостаточно хорошо меня знаешь?

Он снова пожал плечами.

— Я лишь делаю выводы из того, что вижу.

От злости ее голос задрожал:

— К слову, об увиденном. Может, объяснишь, какие у тебя дела с двумя головорезами, которые на днях вломились в дом? Винтом и Барни?

— Я должен извиниться за это. Не думал, что эти двое воспримут шутку настолько всерьез.

Он примирительно улыбнулся. Но она уже завелась, и так просто ее было не унять.

— Тадеуш ЛеГранд, не надо делать из меня дурочку.

Улыбка его померкла, и он тяжко вздохнул.

— Ладно. Это были не друзья. Я проиграл в карты одному человеку. А он бывает весьма нетерпелив.

— Сколько денег ты ему должен?

Он весь подобрался, явно оскорбленный.

— Юная мисс, это не ваше дело.

Она уперла руки в бока.

— Еще как мое, если эти двое могут так запросто вломиться к тебе в дом, угрожая и нам в том числе!

— Ладно-ладно. Просто не думай больше об этом.

— Как я могу не думать, Тадеуш?

— Потому что больше тебя это не касается. — Он махнул рукой на окружавшую их обстановку. — Теперь ты живешь здесь. И тебе ничто больше не угрожает.

— То есть раньше угрожало?

Он отвел взгляд.

— Миранда, теперь о тебе позаботится Вайльдхевен. С ним ты в безопасности.

— Он не должен заботиться обо мне. Я здесь присматриваю за Джеймсом, не более того.

Тадеуш рассмеялся.

— Ну, конечно. Вот только герцог об этом знает? Осторожнее, Миранда, а то не успеешь оглянуться, как потеряешь голову.

Она ткнула в него пальцем.

— Ты бы лучше сам перестал скрывать от меня вещи, которые могут навлечь беду на Джеймса. А я уж как-нибудь сама разберусь со своими чувствами.

— Эх, дорогая Миранда, ты забыла, что я видел вас сегодня перед каретой. — Он грустно улыбнулся и потрепал ее по руке. — Боюсь, как бы не было слишком поздно.

Внутри таверны сгустились тени, хотя сквозь грязные окна худо-бедно проникал солнечный свет. За столиком в углу сидел, согнувшись, человек в плаще, капюшон был надвинут так низко, что нельзя было рассмотреть ни его лица, ни телосложения. Только рука, сжимавшая пивную кружку, выдавала в нем мужчину.

Послышались шаги — к столу кто-то подошел.

— Это шутка?

Человек в капюшоне поднял голову.

— Присядь. Ты привлекаешь слишком много внимания.

Новоприбывший рассмеялся и уселся за тот же стол. Он огляделся по сторонам и, поймав взгляд разносчицы, крикнул:

— Эль!

Она кивнула и поспешила принести ему кружку.

Человек в капюшоне взглянул на собеседника.

— Тебе бы следовало быть осторожнее.

— Это ты называешь осторожностью? — Хохотнув, новоприбывший потянулся через стол и сдернул с собеседника капюшон. — Тебя здесь никто не знает, милорд. А если бы и знали, то по пьяни подумали бы, что ты призрак. Что элегантному и утонченному виконту Линнету делать в паршивой таверне в портовых доках?

Кит ухмыльнулся.

— Никогда не знаешь, откуда берутся слухи.

— Ты зря так сильно волнуешься. — Принесли эль, собеседник Кита окинул разносчицу похотливым взглядом и смачно шлепнул по заду, когда та повернулась к ним спиной. — Жизнь коротка, и надо ею наслаждаться, Линнет. В последнее время я только и делаю, что живу в свое удовольствие.

— Да уж. — Кит с неприязнью смотрел, как мужчина напротив вливал в себя часть содержимого кружки, после чего вытер рот рукой. — Но, думаю, пришло время прекратить этот цирк. Уверен, у тебя теперь много денег.

— Так говорит человек, который никогда не испытывал недостатка в деньгах. — Новоприбывший откинулся на спинку стула и улыбнулся Киту такой знакомой и вместе с тем зловещей улыбкой. — Поверь мне, денег никогда не бывает много.

Кит посмотрел на свой эль, чтобы избежать взгляда, который будто прожигал его насквозь. Было безумием с его стороны принять предложение этого человека много месяцев назад. Как можно было оказаться таким болваном? Как можно было пойти на поводу у гордости и зависти и предать одного из своих лучших друзей?

— Только не говори, что тебя мучает совесть, Линнет.

Кит оторвал взгляд от кружки.

— Конечно, нет, — солгал он. — Просто… все было гораздо проще, когда Вайльд сидел затворником в своем имении. Теперь, когда он здесь, в Лондоне, продолжать это становится рискованно. Что, если он узнает, кто ты?

Собеседник наклонился вперед, нефритово-зеленые глаза недобро сверкнули.

— То есть ты хочешь сказать, что мой дорогой братец в промежутках между игрой на своем драгоценном фортепиано сможет раскрыть план, который создавался годами?

— До него дошли слухи. Ему приходят счета…

— Но он же их оплачивает!

Мужчина откинул голову и громко захохотал. В тот момент он так разительно походил на Вайльда, что Кит едва не забыл, с кем разговаривает. Но когда тот снова потянулся за элем, на лице его заиграла все та же злорадная ухмылка — это моментально вернуло Кита к действительности. Перед ним был Дэниел Бирн, незаконнорожденный брат Вайльда. Их можно было назвать близнецами, если бы не эти ярко-зеленые глаза.