Мэй Макголдрик - Неверный жених

Мэри положила кузине руку на плечо, стараясь успокоить.

– И вот как раз перед тем, как ты вошла, я решила, что больше этого терпеть не намерена, – мрачно продолжала Джейми. – Я решила убить его. И непременно убила бы, если бы не ты!

– Джейми! – выдохнула Мэри. – Неужели ты способна убить человека?

– Это не человек, – отрезала Джейми. – Да он и сам не хочет жить – иначе зачем бы ему с таким упорством отвергать наши заботы?

Малкольм заворочался и застонал. Обе женщины с тревогой взглянули на него, но с кровати тут же донеслись такие проклятия, что Мэри, покраснев как рак, поспешно отвела глаза. Джейми, воспользовавшись моментом, подобрала нож и положила на скамью рядом с собой.

– Видишь, Мэри? Он просто ужасен! Всем недоволен, постоянно чего-то требует… – И Джейми со вздохом пригладила измятые юбки.

Шотландец перевернулся на бок и с ненавистью уставился на обеих девушек.

– Убирайся вон, шлюха! – прорычал он. – И эту бледную поганку забери с собой! Не могу вас больше ни видеть, ни слышать! Вы мне надоели своей глупой болтовней! Вон отсюда!

– Бледную поганку? – покраснев, повторила Мэри.

– Нет, его мало просто убить! Зачем ты мне помешала? – снова вскипела Джейми.

– Теперь я и сама вижу, – прошептала Мэри, не сводя с шотландца огромных испуганных глаз. – Но, Джейми, не забывай, что Эдвард надеется получить за него выкуп! Он придет в ярость, если узнает, что ты убила его пленника! – Мэри умоляюще заглянула подруге в лицо. – Конечно, этот человек упрям, несговорчив, не умеет вести себя с дамами и ничего не понимает в женской красоте; но нельзя же убивать за дурной характер!

– Мэри, я была в замке Норвич. Эдвард убивает своих пленников и за меньшие грехи.

– Джейми! – воскликнула Мэри. – Как ты можешь?! Эдвард делает то, что должен делать. В любом случае, он твой жених и ты не смеешь так о нем говорить!

– Он мне не жених, Мэри! – гневно прошептала Джейми в ответ.

– Пока нет – но ведь это уже решено!

Малкольм напрягся, стараясь расслышать разговор.

Джейми вспомнила, что еще не рассказала ему о своих отношениях с Эдвардом, но для этого им нужно снова остаться наедине. И, разумеется, нет смысла продолжать бесполезный спор с Мэри.

– Ты взвалила на себя слишком тяжелую ношу, – продолжала Мэри, успокаивающе гладя ее по руке. – Ты совсем вымоталась, ухаживая за ним.

– Что же мне остается? Мастер Грейвс со своим помощником в Кембридже, а слуги все до единого ненавидят шотландцев. Кому же я могу поручить заботу о раненом?

– Знаешь, Джейми, – продолжала Мэри, не обращая внимания на возражения подруги, – я много думала тогда, после нашего разговора. Это все для него, верно? Для Эдварда? Чтобы доставить ему удовольствие? Ты не признаешься в этом, но я-то все вижу! Ты не ешь и не спишь, дни и ночи проводишь здесь, чтобы сделать Эдварду сюрприз!

– Мэри, я… – начала Джейми, бросая на кузину убийственный взгляд.

– Можешь трясти головой, сколько хочешь: твои дела говорят громче слов. Ну, признайся же! Разве я не права?

Джейми поджала губы:

– Хорошо, Мэри, хочешь в это верить – верь. Но к чему весь этот разговор?

– Нам нужно все обсудить. – Мэри покровительственно похлопала Джейми по руке. – Послушай, ты выглядишь усталой.

– Усталой?! Да она выглядит страшнее черта! – подал голос с кровати Малкольм – теперь девушки говорили достаточно громко, он мог слышать их диалог. – Ну-ка, ты, бледная немочь, уведи ее отсюда! Убирайтесь обе! – Он застонал и скрючился пополам, словно от приступа боли.

– Теперь я понимаю, почему ты хотела его убить, – заметила Мэри, снова переходя на шепот. – Но неужели во всем замке не найдется человека, которому ты могла бы поручить уход за этим сумасшедшим?

Малкольм, все слышавший, проворчал сквозь зубы:

– Эй, госпожа Вяленая Вобла, постарайся найти сиделку посимпатичнее, с изящными формами и хоть каким-нибудь умением ходить за больными!

– Пошлю за тюремщиком Ридом, – кровожадно пообещала Джейми. – Он как раз под стать твоему изысканному вкусу! А что формы у него не слишком изящные – так для тебя и не такое сойдет!

– Сука бесчувственная! Да ты вообще женщина или кто?

Услышав такое обращение, Мэри пошла пятнами, и Джейми поспешно отвернулась. Только не хватало сейчас расхохотаться и погубить все дело!

– Кадди помогает мне, как только может, – спокойно заметила она.

– Ага, еще одна красотка! Проклятая старая карга, молчит как рыба, а манеры у нее…

– О манерах я бы на твоем месте помолчала, – отрезала Джейми и снова повернулась к Мэри: – Но, кроме Кадди, я больше никому не могу доверять! Один бог знает, что может случиться…

–: Может быть, стоит заковать его в цепи? – прошептала Мэри. – Что, если он захочет наложить на себя руки?

Джейми энергично замотала головой:

– Нет-нет! Ему может стать хуже. Он и так слишком слаб, чтобы представлять опасность для себя или для других.

– Кузина, ты уверена, что ему нужна постоянная сиделка?

– По тому, как он молотит языком, этого, конечно, не скажешь. – Джейми замолчала, обдумывая ответ. Ей трудно было всерьез считать Малкольма больным, слабым, нуждающимся в помощи: слишком ясно помнилось, как несколько минут назад он сжимал ее в крепких объятиях. Джейми отвернулась, почувствовав, что краснеет. – Нет, Мэри. Сиделка ему больше не нужна.

– Значит, незачем дежурить по ночам, – сделала вывод Мэри. – Снаружи полно стражников; если он попробует выкинуть какую-нибудь штуку, они мигом поднимут тревогу.

– Ты права.

– Может быть, я смогу тебе помочь? – робко предложила Мэри.

– Не надо, дорогая, – быстро ответила Джейми. – Ни к чему тебе выслушивать его брань и грязные оскорбления. Я просто не вправе подвергать тебя такому испытанию. Ты и так слышала более чем достаточно: один бог знает, какая еще грязь может слететь у него с языка!

Мэри бросила опасливый взгляд на раненого, и Джейми с трудом подавила улыбку. Покрытый синяками и ссадинами, с колючей щетиной на щеках, Малкольм казался настоящим разбойником. Сама Джейми, глядя на него, этого не замечала. Даже сейчас он казался ей красивее всех мужчин на свете.

– Нет, Мэри, спасибо, – продолжила она. – Я хочу сделать это сама, для Эдварда.

– Но тогда, Джейми, не давай воли своим чувствам, своему раздражению.

Джейми лукаво улыбнулась. Знала бы Мэри, какие чувства обуревают ее подругу на самом деле! От раздражения они далеки, это точно!

– Конечно, кузина, ты, как всегда, права.

С минуту длилось молчание: обе девушки думали о своем. Наконец Мэри заговорила снова:

– Джейми, когда я вошла, ты требовала, чтобы шотландец что-то обещал тебе…