Бренда Джойс - Самозванка

— Энн и я устали от светской жизни. Теперь мы живем в Рудерфорд-Хаусе, а уик-энд проводим в Париже.

— Очень романтично, — похвалил друга Блэйк. — А как поживает твоя молодая жена?

— Она прелестнее, чем всегда, но сердится. Блэйк улыбнулся. Дом выиграл счастливый лотерейный билет, когда женился на Анни Стюарт, американской сироте, которую вырастили и воспитали ее английские родственники. До того как Блэйк впервые увидел счастливую пару, он был твердо убежден, что Дом, несмотря на то что он был наследником графства, никогда не женится.

— А как поживают близнецы?

— Все время спят, — сказал отец о своих годовалых детишках. — Господь подарил ему и Анне девочку и мальчика. — А мы вот не спим. Даже нянька не спит.

— А не выпить ли нам по этому поводу? — предложил Блэйк, щелкнув языком.

— Ты читаешь мои мысли, — заметил Дом, направляясь с приятелем прочь из тихой библиотеки. — Да, Блэйк, знаешь ли, я видел нечто странное, когда подъезжал к клубу. Скажи, кто, кроме тебя, находится сейчас в Лондоне из членов вашей семьи?

— Думаю, что только я. А почему это тебя интересует?

— Я почти уверен в том, что на противоположной стороне улицы стоит один из ваших экипажей и в нем находится некто, по-моему женщина.

Спустившись по лестнице, приятели устроились недалеко от стойки бара, за которой бармен протирал стаканы. Блэйк сделал заказ официанту и откинулся на маленьком диванчике, обитом зеленым бархатом.

— Должно быть, ты ошибся, Дом.

— Наверное, — согласился маркиз. — В конце концов, кто из женщин семейства Хардингов наденет шляпку, украшенную черешенками из папье-маше?

— Женщина в скверной, безвкусной шляпке, говоришь? В нашем экипаже без фамильного герба?

— Неужели я ошибся?

Блэйк уже успел встать со своего места.

— Красивая молодая женщина с черными волосами и голубыми глазами?

Дом тоже поднялся, с удивлением глядя на друга.

— Я просто проезжал мимо и не обратил особого внимания, красивая она или нет. Еще меньше внимания я обратил на цвет ее глаз и волос. Блэйк, куда ты?

Но Блэйк уже не слышал его. Он был почти уверен, что найдет в экипаже Виолетту. Но — о Боже! — ее голос он услышал уже в фойе. Она требовала, чтобы ее записку передали лорду Блэйку. На голове женщины, которой принадлежал чудовищный голос с акцентом, действительно была шляпка с черешенками из папье-маше. В фойе клуба уже толпилось около полудюжины его членов. За спиной Блэйк услышал изумленный шепот Дома:

— Боже! Женщина в мужском клубе!

— Мадам, вам надлежит тотчас же покинуть заведение, — суетился возле Виолетты распорядитель клуба. — Женщины сюда не допускаются. — Лицо распорядителя покраснело и цветом походило на его же жилетку.

— Но это очень срочно и очень важно! Уверяю вас! — неистовствовала Виолетта.

— Виолетта! — воскликнул Блэйк, устремляясь вперед.

— Виолетта? — шепотом переспросил из-за его плеча Дом. — Кто это, Блэйк?

Увидев Блэйка, леди Гудвин рванулась ему навстречу, сметая все на своем пути. Шепот изумления и недовольства раздавался со всех сторон, фойе наполнялось мужчинами, которые впервые лицезрели вторжение женщины в святая святых английского джентльмена.

Блэйк перехватил леди Гудвин, прежде чем она рухнула в его объятия. Сердце его трепетало, как у юноши, только что закончившего Итон. Он не был уверен, что когда-нибудь встретит ее снова.

— Леди Гудвин, надеюсь, вы не желаете, чтобы меня лишили членства в этом клубе? — стараясь казаться грозным, спросил он.

— О Боже, конечно нет! — поняв по выражению его лица, что он не сердится, выпалила леди Гудвин. — Неужели я сделала что-то не так?

— Да, сделали. И говорить вы должны без этого ужасного акцента. — Он делал ей выговор, а внутри у него все потеплело от неожиданно нахлынувшего счастья.

— Ну и ну, — проворчал Дом. — Интересный поворот!

Не обращая внимания на ехидство друга, Блэйк громко, но дружелюбно наставлял леди Гудвин:

— Дамам запрещено показываться в мужских клубах.

Только теперь Виолетта поняла, что нарушила вековую традицию.

— Неужели??? А я и понятия не имела!

Блэйк улыбнулся. Он поймал себя на мысли, что все время скучал по леди Гудвин.

— Простите, лорд Блэйк, — раздался за спиной Хардинга голос графа Хаттона, человека вдвое старше Блэйка. — Надеюсь, вы понимаете, что эта… это… создание должно покинуть клуб. И немедленно. А не то мы… мы напишем жалобу на вас!

Блэйк не успел ответить, как вперед выступил Дом. Возложив тяжелую руку на плечо графа, он сказал:

— Хаттон, нет причин для расстройства и ссоры. Блэйк, леди Гудвин и я как раз собирались уходить. Что касается выражения недовольства… надеюсь, такому высокоуважаемому клубу не захочется расставаться сразу с несколькими членами.

— Не сомневаюсь, вы не хотите сказать, что…

— Хочу, — нимало не смущаясь, продолжал Дом. — Ни я, ни мой отец, граф Рудерфорд, не захотим оставаться членами клуба, который отказал в гостеприимстве лорду Блэйку. Думаю, что к нам присоединятся еще некоторые многоуважаемые члены клуба, например граф Хардинг.

Хаттон побледнел.

— Прошу прощения, лорд.

— Забудем это недоразумение, — великодушно согласился Дом.

Блэйк поклонился:

— Всего доброго, Хаттон. — Он по-прежнему поддерживал леди Гудвин за локоть.

Виолетта неумело присела. Она едва не запуталась в своих длинных юбках, но Блэйк вовремя подхватил ее.

— Всего доброго, сэр, — покраснев, выдавила из себя девушка.

Блэйк взглянул на Дома, и они оба поморщились.

Если она и приехала к клубу в одном из небольших экипажей Хардингов, предназначенных для перемещения по городу в личных целях, то этот экипаж не стал ее дожидаться. Поэтому, попрощавшись с Домом, который как-то странно ухмыльнулся, глядя на своего друга, Блэйк повел Виолетту к своему собственному экипажу. Кучер и глазом не моргнул, когда Блэйк принялся усаживать незнакомку на подушки кареты. Виолетта заняла место спиной к кучеру, хотя дамы предпочитают путешествовать лицом по ходу движения. Блэйк сделал вид, что его это нисколько не удивляет, и устроился напротив своей спутницы. У него было над чем поразмышлять и помимо таких пустяков.

Виолетта подняла на него глаза и вспыхнула. Карета стояла на месте, и кучер ждал сигнала трогать.

— Вот так сюрприз, — потер руки Блэйк. — Леди Гудвин?

— Мне так жаль, что я причинила вам неприятности, сэр, — запричитала девушка.

Блэйк не сдержался. Он весь подался вперед и взял ее маленькие ручки в свои.

— Надеюсь, вы не станете плакать. — Блэйк полез было рукой в карман за носовым платком.

— Нет, нет, у меня есть салфетка!