Барбара Картленд - Стрелы любви

– Папа всегда говорил, что это просто нелепо, – вставила Черил, – когда умершие люди лишают живущих каких-то радостей.

– Знаю, и я с ним согласен, – ответил герцог. – Но, вернувшись из Индии, ты должна будешь познакомиться с родными. Большинство из них – очень приятные люди, и не стоит с самого начала восстанавливать их против себя.

Черил надулась: ее, мол, ни капельки не интересует, что там думают или не думают новоявленные родственники, которые так дурно в свое время обошлись с ее матерью. Но Мелисса и Чарльз вдвоем уговорили ее не возрождать давно потухшую вражду.

– Дорогая, не забывай о Чарльзе, – напоминала ей Мелисса. – Подумай, как интересно ему будет охотиться и ловить рыбу вместе с твоими кузенами.

Черил подумала и согласилась.

– Ты права, Мелисса. Мне лучше с ними дружить. И потом, мы так не скоро вернемся!

– К тому времени ты забудешь все старые обиды, – улыбнулась Мелисса.

Стоя в часовне позади невесты, Мелисса вслушивалась в торжественные слова венчальной службы и думала о том, как счастливы Чарльз и Черил. Они вместе, они любят. Души их открыты друг для друга: ни один из них не боится будущего и не изнывает от одиночества. И, если даже когда-нибудь на горизонте их семейной жизни появятся тучи, вдвоем Черил и Чарльз преодолеют все.

Поплыла торжественная мелодия органа, отражаясь от покрытых росписями стен. Мелисса не сводила глаз со свечей в сверкающих старинных подсвечниках. Она молилась о том, чтобы когда-нибудь Бог даровал ей такое же счастье.

Обряд завершился: Черил и Чарльз стали мужем и женой. Вместе с герцогом и Мелиссой они спустились в салон, где новобрачных ждал красиво накрытый стол. Мелисса старательно улыбалась, но в сердце ее вновь проснулся страх за собственное будущее.

Стол был накрыт на четверых. Но в часовне Мелисса видела едва ли не всю дворцовую прислугу: лакеи, горничные, повара, конюхи и садовники в своих лучших нарядах, с белоснежными воротничками, в накрахмаленных передниках, едва дыша от волнения, следили за торжественной церемонией. Были среди них и старики, знавшие еще отца Черил: какая была для них радость увидеть свадьбу его дочери!

Герцог поднял бокал за жениха и невесту. Несколько минут за праздничным столом царило молчание.

– Черил, ты не хочешь, чтобы я произнес речь? – Чарльз обеспокоенно посмотрел на юную супругу.

– Давай! – с энтузиазмом откликнулась Черил.

– Милая, подожди немного, и ты услышишь от меня сотню пламенных речей, – ответил счастливый муж.

Влюбленные замолчали, неотрывно глядя друг на друга. Кажется, они совершенно забыли о присутствии Мелиссы и герцога.

Наконец Мелисса взглянула на часы на каминной полке.

– Черил, милая, тебе пора переодеваться. Вам предстоит долгий путь.

Новобрачным предстоял краткий медовый месяц в Лондоне. Герцог предоставил им свой особняк на Беркли-сквер. Путешествие в Лондон занимало несколько дней, и герцог, не доверяя почтовым клячам, отправил на каждую станцию своих лошадей.

Девушки поднялись наверх, где уже была готова в дорогу гора новеньких чемоданов, саквояжей и шляпных картонок.

– Мелисса, – обратилась к подруге Черил, – все вещи, которые не понадобятся мне в Индии, я оставляю тебе. Думаю, ты найдешь им применение.

– Но, Черил, зачем ты это делаешь? – запротестовала Мелисса, тронутая в глубине души щедростью подруги.

– Чарльз говорит, что мы сможем сделать необходимые покупки в Лондоне, – ответила Черил. – А некоторые платья вообще успели мне разонравиться. И то розовое, – помнишь, я пролила на него кофе?

– Но, Черил, мы же отстирали пятно! – воскликнула Мелисса.

– А мне все время кажется, что оно еще там, – возразила Черил. – Не глупи, Мелисса, тебе ведь и вправду нужны новые платья.

– Что ж, я могу только поблагодарить тебя, – ответила Мелисса. – Это очень мило с твоей стороны.

Она наклонилась и нежно поцеловала Черил, такую прелестную в новом кружевном чепчике. Рука об руку девушки спустились вниз.

Чарльз и герцог ждали их в холле. Черил подбежала к дядюшке и порывисто обняла его.

– Дядюшка Серджиус, вы чудесный человек! – горячо воскликнула она. – Я никогда не смогу вас отблагодарить за ваше великодушие! Никогда, никогда больше я не стану думать о вас дурно!

– Лучшей благодарности мне и не надо, – ответил герцог, и глаза его по-мальчишески блеснули из-под изогнутых бровей.

– Ваша светлость, я, как и Черил, могу только поблагодарить вас от всей души, – произнес Чарльз. – Вы сделали меня счастливым человеком. – Открытое лицо подтверждало искренность его слов.

Мужчины по-дружески пожали друг другу руки. Черил и Чарльз расцеловались с Мелиссой. Девушки в момент прощания с трудом удержались от слез. У крыльца их ждала карета, а дети прислуги усыпали подъезд к дому розовыми лепестками.

Мелисса, стоя на крыльце, провожала глазами карету. Вот экипаж въехал на мост и скрылся из виду…

Вздох вырвался из груди Мелиссы.

– Как они счастливы!

– А вы, кажется, завидуете, – заметил герцог.

– Верно, завидую, – ответила Мелисса и повернулась, чтобы уйти в дом.

Герцог достал из жилетного кармана часы.

– Мне нужно поговорить с управляющим, – сказал он. – Увидимся за обедом.

– Да, ваша светлость, – ответила Мелисса и поспешила в свою спальню.

Часы на каминной полке еще не пробили одиннадцать. В запасе у Мелиссы было два часа. До этого срока герцог не заметит ее исчезновения.

Мелисса все заранее обдумала. Завтра утром за ней приедет Дэн Торп. Значит, к завтрашнему утру она должна исчезнуть, не оставив следов.

В прошлый раз герцог встал на ее защиту. Но, зная его отношение к женщинам, трудно было ожидать, что это повторится. Мелиссе вспомнились жестокие слова герцога, сказанные в их первом разговоре: «Любовь – дорогая игрушка, недоступная тем, кто принужден зарабатывать себе на жизнь».

Но, даже если герцог согласится ей помогать, закон будет на стороне Дэна Торпа.

Торп получил письменное согласие ее отца – и кому интересно, что это согласие дано под давлением со стороны мачехи? Он, несомненно, уже выправил разрешение на брак… Мелисса вздрогнула, вспомнив ухмыляющуюся багровую физиономию Дэна.

– Я не могу выйти за него! – громко сказала она. – Не могу! За кого угодно – только не за него!

Но Мелисса знала, что не сможет долго сопротивляться железной воле мачехи. Хестер воспринимает ее упрямство как вызов. Она пойдет на все, чтобы сломить непокорную падчерицу.

– Какая я трусиха! – горько прошептала Мелисса. – Я боюсь боли. Если она будет меня бить, я не выдержу!

В спальне Мелиссы горничная укладывала в круглый сундучок платья, оставленные Черил.