Дженнифер Блейк - Обнимай и властвуй

— Полковник правильно делает, что не позволяет себе лишнего, — злобно ответил Валькур. — Он начинает меня раздражать. Похоже, не помешает позаботиться о том, чтобы он больше не докучал тебе, а заодно и мне тоже.

— Что ты имеешь в виду?

— Тебе незачем беспокоиться, девочка, если ты, конечно, не испытываешь к нему нежных чувств. — Лицо Валькура осветила вспышка молнии, желтым блеском отразившаяся в его злых глазах.

— Не говори глупостей! — бросила Фелиситэ.

— Ладно, забудь мои слова. Забудь, что ты вообще видела меня сегодня.

— Нет, Валькур… — начала было девушка, но он уже исчез, как будто растворился в толпе. Она смотрела ему вслед, прикусив нижнюю губу. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Фелиситэ поняла, что рядом кто-то стоит. Быстро обернувшись, она встретилась взглядом с Морганом.

Пристально глядя на нее, он протянул ей бокал пахнувшего лимоном пунша.

— Баст попросил меня принести это вам. Он сказал, чтобы я искал вас здесь, но я подумал, что не так его понял, пока не увидел вас в этой нише. Этот господин, который с вами беседовал… он ушел слишком поспешно, правда?

Несмотря на равнодушный тон ирландца, Фелиситэ сразу насторожилась.

— Наверное, он решил выбрать более подходящую партнершу для следующего танца.

— Неужели? Значит, вы не желаете танцевать с собственным братом? — усмехнулся Морган.

Фелиситэ нервно рассмеялась, машинально ответив на приветствие одной из подруг детства, помахав рукой, словно этот жест мог ей помочь.

— Вы приняли его за Валькура? Он бы не обрадовался, смею вас заверить. Этот человек так безвкусно одет, будто какой-то провинциал. Я что-то не могу припомнить, чтобы видела его раньше.

— Значит, я ошибся, — рассеянно кивнул ирландец, продолжая смотреть в том направлении, куда скрылся Валькур.

Глава 6

Когда Фелиситэ с полковником покинули маскарад, медленно собирающаяся гроза еще не разразилась, хотя ночное небо то и дело рассекали серебряные стрелы молний, а над головой без конца грохотал гром. Они ушли сразу после того, как гости сняли маски, хотя Фелиситэ, преследуемая непонятными страхами и головной болью, могла попросить спутника проводить ее домой еще раньше, если бы Морган не воспринял это как желание избавиться от его общества или как знак тревоги по поводу предполагаемой встречи с Валькуром. Из-за утомительной необходимости постоянно притворяться и следить за каждым своим шагом и жестом, чтобы не выдать себя, нервы Фелиситэ были так напряжены, что она вздрагивала при каждой новой вспышке молнии, не представляя, как ей следует поступить: то ли поспешить домой, чтобы скорей оставить позади этот бесконечный вечер, то ли замедлить шаг, чтобы сохранить остатки энергии.

Поднявшийся ветер швырял в лицо мелкий песок, задувал огонь в жестянке с дырками в руках сопровождавшего их мальчишки. Резкие порывы ветра вздымали складки легкого хитона. Сырость и запахи речных испарений пронизывали ночной воздух. На одной из боковых улиц на скрипучих петлях раскачивался распахнутый ветром ставень, с гулким монотонным звуком ударяясь о стену дома. Где-то неподалеку раздался приглушенный, предупреждающий лай собаки. Сюда уже не долетали голоса из дома, который они покинули, а его огни остались далеко позади. Девушку и ее спутника со всех сторон обступила ночная тьма.

Фелиситэ отказалась взять Моргана под руку, и теперь, когда она стала спотыкаться на неровной мостовой из корабельных планширов, ему пришлось, придвинувшись к ней поближе, поддерживать ее за локоть.

— Сегодня вечером мне рассказали странную историю, — проговорил он, понизив голос, чтобы не услышала Ашанти или мальчик с фонарем, очень похожий на итальянца.

Фелиситэ заволновалась, ощутив прикосновение крепких пальцев и почувствовав силу, которую, казалось, излучал идущий рядом мужчина.

— Что за история? — сбивчиво спросила она.

— Мне рассказали об одном случае с вами и ночной рубашкой Уллоа.

— Ох! — выдохнула девушка.

— Как я уже сказал, эта история показалась мне странной и довольно забавной. Я просто не могу представить, как вы под покровом ночи пробираетесь в спальню Уллоа, а затем копаетесь в его гардеробе. Вы, которая не осмелится сделать и шагу без сопровождения служанки…

Фелиситэ подняла глаза на ирландца.

— Это… это было пари.

— Я так и понял. Его заключил ваш брат, однако он, по всей видимости, уговорил вас осуществить для него эту дерзкую кражу.

— Вы ошибаетесь. Мы сделали это вдвоем.

— Это вы проникли в спальню губернатора, когда он спал, так? Это за вами потом гнались часовые целых три квартала, пока вам не удалось сбить их со следа?

— Кто вам сказал?

— Я точно не знаю. Какая-то женщина в костюме королевы Изабеллы с огромным воротником, похожим на колесо от телеги. Вероятно, она сочла, что мне это будет интересно, и уверяла, что об этом известно всем вашим подругам.

— Может быть, — коротко ответила Фелиситэ. — Это была всего лишь детская шалость, и я о ней вскоре забыла.

— Возможно, хотя вы, судя по всему, испытываете склонность к подобного рода приключениям. Вам нравится совать голову в пасть льву.

Мягкий тон ирландца ничем не выдавал его чувств и Фелиситэ пристально посмотрела ему в глаза. У нее оставалось мало времени. Они уже подошли к дому Лафарга и мальчишка отступил в сторону, пропуская их в арку под балконом.

Пробормотав извинения, Ашанти проскользнула вперед разбудить горничную, оставленную стеречь дом, чтобы та успела открыть дверь. Ирландец обернулся и протянул мальчику монетку, а Фелиситэ с раздражением посмотрела в темноту прохода. Уходя, она распорядилась зажечь факелы перед их возвращением, но о них либо просто забыли, либо поднявшийся ветер, с силой проносившийся под аркой, задул их все до одного.

Морган сделал шаг в ее сторону. Фелиситэ двинулась вперед, ожидая, что в доме вот-вот загорятся яркие огни и она увидит ступеньки, едва заметные в слабом свете фонаря мальчишки.

Раздался глухой удар, словно рядом с силой захлопнули дверь, вслед за ним послышался какой-то сдавленный звук, который можно было принять за голос Ашанти, вскрикнувшей в глубине дома, погруженного в темноту. Внезапно ночная тьма словно ожила, наполнившись быстро двигающимися тенями и наводящим ужас звоном извлекаемых из ножен шпаг. Новая вспышка молнии на миг осветила фигуры троих мужчин, бегом спускавшихся им навстречу, сталкиваясь друг с другом на узкой лестнице. Морган не стал терять времени. Он со скрежетом выхватил шпагу и намотал на правую руку полы домино, чтобы было легче защищаться от нападавших. Мальчишка позади сдавленно охнул и бросился наутек, оставив их в темноте. Чьи-то крепкие руки схватили Фелиситэ и с силой отбросили в сторону. Она упала на колени и, хватаясь за грубые камни, уложенные на земле в проходе, попыталась подняться, но ударилась о лестничные перила. Голову девушки пронзила неистовая боль. Еле-еле встав на ноги, она принялась звать Ашанти и горничную. Позади слышалось тяжелое дыхание, приглушенные голоса и проклятия. Морган вступил в схватку с напавшими на него людьми. Шарканье ног фехтовальщиков, яростный звон стали эхом отдавались в темноте прохладной ночи.