Марджори Фаррелл - Бессердечный лорд Гарри

— Жаль, что я этого не сделал, мисс. Я бы так и поступил, если бы знал, какие страдания он вам причинил.

— Да ты мог убить его, — горячо сказала она. — Ты был похож на святого Георгия, поражающего дракона. Ты пришел мне на помощь, как рыцарь из легенды.

— Какой я рыцарь, мисс Линии, — фыркнул Габриэль. — А вот Хэллок был жалким червяком, что правда, то правда.

— Габриэль, я чувствую, что изменилась, — сказала Линнет так тихо, что он едва расслышал.

— Как это, мисс Линии?

— Не знаю. Я как будто открыла для себя реальный мир.

Да, так оно и было. Линнет ощущала твердость камня под ней и то, как врезается ей в бедро его острый край. Она вдыхала свежий воздух и слышала острый запах, исходящий от Габриэля. Она мягко отстранилась от него и всмотрелась в своего «рыцаря». Он сидел перед ней, седой старый йоркширец с огромными руками, которыми он мог и прикончить Томаса Хэл-лока, и успокоить перепуганного ягненка. От него исходил присущий только ему запах овец, собаки, пота и дыма. А из ушей у него торчали пучки седых волос. Она никогда не замечала этого прежде. Он неуклюже погладил ее по плечу.

— Вам не следует сторониться молодых людей из-за того, что произошло. Вы молодая и красивая девушка, мисс Линии. И любящая.

— Разве, Габриэль? О, я знаю, что красива. Но способна ли я любить? — спросила она прерывающимся голосом.

— Я помню, как нежны вы были с ягнятами. И с сестрой Кейт, когда вы обе были маленькими. Вы всегда опекали ее.

Линнет почувствовала, как у нее внутри будто что-то оттаяло. Габриэль вернул ей то, что она утратила несколько лет назад. Ту самую маленькую девочку, Линии. Она действительно была любящим ребенком. Она была полна нежности к сестре, брату, всей семье. И она отказалась от этой девочки, потому что смертельно испугалась. Она испугалась мысли, что тот человек знал что-то тайное о ней. Знал, что она была нежна и полна любви ко всему окружающему. Знал, что она уязвима. И он хотел эту маленькую девочку, хотя она не понимала, для чего. Но он хотел ее, и Линнет, ужаснувшись, постаралась спрятать ее, чтобы никто больше не захотел ее так.

25

Линнет оставалась с Габриэлем, пока он перегонял овец на нижнее пастбище. Бенджамин, как всегда, помогал Габриэлю, а потом подбежал к Линнет, помахи-, вая хвостом.

— Старый пес рад видеть вас снова, мисс.

Линнет опустилась на камни и, смеясь, обняла собаку, которая принялась лизать ей лицо.

— Может, зайдете ко мне выпить чаю, мисс?

— Как-нибудь в другой раз, Габриэль. Мне лучше вернуться домой к обеду вовремя, а то Джейни забеспокоится. Еще раз благодарю тебя, мой добрый друг.

Габриэль грубовато похлопал ее по плечу. Он смотрел ей вслед, пока она спускалась по дороге к дому. Затем он сказал Бенджамину:

— Интересно, хорошо ли мы поступили, что спасли тех двоих, приятель? Только время покажет, правда?

После обеда Линнет прошла в библиотеку, намереваясь немного поработать над отцовской книгой. Когда она стала листать рукопись и просматривать гравюры и рисунки, включенные в нее отцом, то впервые смогла оценить их как сторонний наблюдатель и осознать, что научные исследования были для нее способом спрятаться от жизни. Ирония заключалась в том, что она, панически боявшаяся мужского прикосновения, ничуть не смущалась, исследуя обряды обеспечения плодовитости! Она как будто решила, что, анализируя один из аспектов чувственной жизни, она тем самым избежит ее в реальной действительности. Сейчас впервые в жизни она покраснела при виде изображений женщин-эксгибиционисток. И в то же время она поняла, что, рассматривая их, она сможет стать сильнее. Они шокировали, но от них исходила сила. А ей необходимо было верить, что дать волю чувственности не так уж и опасно для женщины.

Линнет поработала над рукописью еще немного. Внезапно она почувствовала страшную усталость, с трудом поднялась наверх, легла в постель и мгновенно уснула.

Она проспала больше двух часов и проснулась, когда было уже около пяти. Она лежала, слушая, как суетится на кухне Джейни, как вдруг до нее донесся топот копыт. «Кто же это может быть в такое время? — подумала она. — Ведь все соседи думают, что мы в Лондоне».

Линнет услышала стук в дверь, голос Джейни и другой, более низкий голос. Она быстро встала, наспех умылась и, кое-как расчесав волосы, закрутила их в узел. Наверное, семья послала кого-то за ней, решила она, спускаясь вниз. Джейни уже вернулась на кухню. Линнет заглянула в гостиную и чуть не кинулась наверх, увидев лорда Клитероу, который сидел у камина и смотрел на Мотта, вышагивающего вокруг кресла и сверлящего гостя громадными желтыми глазами.

Линнет улыбнулась. Лорд Клитероу сидел в кресле Мотта. Он еще пожалеет об этом, когда встанет и увидит на брюках кошачью шерсть. Ей недолго пришлось веселиться, потому что лорд Клитероу, должно быть, услышал, как она открыла дверь. Он обернулся и быстро встал. Мотт, который только и ждал этого, мгновенно прыгнул на кресло и свернулся клубком на теплой подушке.

— Здравствуйте, мисс Ричмонд.

— Здравствуйте, лорд Клитероу. Вы путешествуете в наших краях?

Хотя вопрос показался ей глуповатым, она не могла представить другой причины, по которой он мог находиться здесь.

— Садитесь, пожалуйста. О, только не сюда, — воскликнула она, увидев, что он собирается сесть на Мотта. — Боюсь, это кресло придется уступить коту.

Джеймс подошел к дивану и, как только Линнет села напротив, опустился на него.

— Честно говоря, мисс Ричмонд, я приехал сюда повидаться с вами.

— Со мной? — Линнет боялась узнать о причине визита. Лорд Сидмут и лорд Клитероу были так дружны. Может, Сидмут прислал его, чтобы передать ей что-то?

— Да, у меня было несколько причин приехать сюда. Первая — извиниться за лорда Сидмута.

— Разве ему не следовало сделать это самому? — спросила резко она.

— Он бы сделал это при других обстоятельствах.

— Справедливости ради должна сказать, что вина лорда Сидмута заключалась лишь в том, что он неверно оценил мое отношение к нему, — добавила Линнет тихо.

— Я рад слышать это, — заметил Джеймс. Он все еще сомневался в том, что Гарри сказал ему всю правду, хотя чувствовал, что может быть и несправедлив к другу.

— Но как вы узнали, где найти меня?

— Когда я приехал с визитом, ваши родные рассказали мне, что вы уехали домой, — объяснил Джеймс.

— И об этом знает весь Лондон? — спросила Линнет с печальной улыбкой.

— Что касается этой недели, то они объясняют всем, что вы сильно устали и доктор рекомендовал вам полный покой. Поэтому сейчас в свете считают, что вы все еще в Лондоне.

— Понимаю. А как насчет следующей недели? Когда я не появлюсь в свете?