Ребекка Пейсли - C первого взгляда

– Вытянешь меня? – Он улыбнулся, глядя в ее огромные глаза, полыхавшие синим пламенем. – Сафиро...

– Я хочу тебя спасти!

О Боже, змеиный яд подействовал на его рассудок! Он даже не понимает, что она с ним делает!

Девушка опять попыталась вырваться, но безуспешно. Тогда она принялась молотить Сойера кулачками в грудь. Надо, чтобы он отпустил ее, тогда она сможет вытащить его из воды!

Сойер сдерживал ее слабое сопротивление с такой легкостью, как будто Сафиро была ребенком. Наконец он поймал ее руки и зажал в кулаке, а другой рукой прижал девушку к себе – крепче, еще крепче... Пусть почувствует, что она сделала с ним!

Сафиро похолодела от ужаса. Ей в живот уперлось твердое тело водяной змеи. Мерзкая рептилия устроилась прямо в паху у бедного Сойера! С каждым мгновением она впрыскивала в его кровь все больше и больше яда. Пока не поздно, надо оторвать от него эту гадкую тварь! Девушка вырвала руку, сунула ее в воду и, схватив ужасную змею, потянула изо всех сил.

– О-о-о!

Сойера обожгло острой болью. Он отпустил Сафиро и упал в воду. Крепко зажмурившись и еле дыша сквозь стиснутые зубы, он держался руками за пах и молил Бога о смерти, потом кое-как поднялся на ноги.

– Сойер! – Сафиро подошла к нему.

– Умираю... – простонал он.

– Ох, Сойер, я пыталась оторвать ее от тебя! Я тянула изо всех сил, но... О Боже, эта змея тебя погубит!

«Змея?» Сойер с трудом выпрямился и посмотрел на Сафиро. Девушка не отрывала глаз от его паха. Там в руках у Сойера торчала какая-то розовая палка.

Такую странную «змею» она еще не встречала...

– Сойер... Я... Что... Это не змея... Это твой... Санта-Мария!

– О чем ты говоришь, черт возьми? – взревел он. Она не ответила. Прямо у нее на глазах «змея» начала сморщиваться и уменьшаться.

– Сойер, он сморщивается!

– Проклятие, а что ты хотела? – прорычал Сойер. – Ты же чуть не оторвала его!

Сафиро уже поняла, что наделала.

– Я... Я не знала, Сойер! Твой... я еще не видела его таким... большим. Я видела его только таким, какой он сейчас – мягкий, вялый и короткий...

– Замолчи! – рявкнул Сойер. – Какого черта ты пыталась его оторвать?

– Я же тебе сказала – я думала, это змея! Я... я думала, что тебя кусает за ногу водяная змея...

– Змея? – Он смотрел на нее, как на полную идиотку.

– Ты считаешь меня непролазной дурой?

– Я считаю тебя непроходимой дурой. Сафиро закусила губу.

– Ты... ты в самом деле так считаешь?

– Нет, я просто исправил твое выражение...

– Ты на меня сердишься?

– Сержусь? С чего ты взяла? Ты только что пыталась превратить меня в женщину! С какой стати мне сердиться?

– Прости.

– Ладно.

Но Сафиро видела, что Сойер все еще сердится.

– Ну что мне еще сделать? Пообещать, что если бы я его оторвала, то дала бы тебе другой?

Ее шутка еще больше разозлила Сойера. Только что она чуть не кастрировала его, а теперь преспокойно острит по этому поводу!

Это уж слишком! Он нырнул в воду и поплыл вниз по течению.

– Я же попросила прощения, – прошептала Сафиро. Когда Сойер уплыл, девушка вылезла из воды, взяла свою обувь и пошла домой.

Ей не давал покоя один вопрос: «Почему мужской орган Сойера вдруг стал таким толстым и большим?»

Девушка резко остановилась, а потом во весь дух припустила бежать к дому. Только один человек мог объяснить такое странное превращение.

Асукар!

– Сафиро! – Асукар опустила маленькое зеркальце. – Ты меня напутала1 Влетела в дом как угорелая. Что случилось?

Сафиро обвела взглядом кухню.

– А где Тья, Макловио, Лоренсо...

– Тья гладит рубашки Сойера в его спальне, мужчины недавно закончили вязать лучины, я им помогала. Сейчас Макловио спит наверху. Лоренсо – у себя, а Педро ходит по дому и мажет все двери кровью ягненка.

– Что?

Асукар положила зеркальце на стол.

– Он говорит, что скоро в доме появится ангел смерти, и кровь ягненка спасет нас от гибели. Но у него не настоящая кровь ягненка. Тья подкрасила обычную воду соком и дала ему. Педро очень обрадовался. Теперь он старательно ставит метки на всех дверях. Педро – сумасшедший старик, Сафиро, и мы должны о нем заботиться. Скажи, тебе нравится, как я уложила волосы? Думаю, мои любовники будут без ума от моей новой прически.

Асукар скрутила свои седые космы в жалкий пучок на макушке и скрепила его двумя оловянными вилками. Они торчали из волос, как два блестящих рога.

– Превосходная прическа, Асукар.

– Да. Мужчины превратятся в бешеных быков, когда увидят такую красоту. – Асукар еще раз посмотрелась в зеркальце. – Так что у тебя стряслось?

Сафиро бросила у двери башмаки и выглянула из окна. Убедившись, что Сойер еще не вернулся, она повернулась к Асукар.

– Мне надо с тобой поговорить.

– Хорошо, садись рядом, поговорим.

– Я хочу поговорить о мужчинах.

– Это моя любимая тема.

– Мужское тело... оно меняется, Асукар. Мне кажется, у женщин такого не бывает. Я никогда не видела, чтобы мое тело менялось.

Старуха опять улыбнулась.

– Иди сюда.

Сафиро села за стол рядом с Асукар.

– Мужской орган... их интимное место...

– Это самое лучшее место у мужчины. Ты можешь мне верить, Сафиро. Я видела их тысячи, – старуха откинулась на спинку стула. – Мужские органы, – мечтательно пробормотала она, – у одних они толстые, у других худые. У одних длинные, у других короткие. У одних красные, у других очень темные. Но все они замечательные.

– А они меняются? Мужские органы меняются? Асукар засмеялась:

– Было бы очень грустно, если бы они не менялись. Сафиро окончательно запуталась:

– Но почему они меняются, Асукар? Почему мужской орган, маленький и мягкий, вдруг становится твердым и большим? Что это значит?

Асукар подозрительно посмотрела на девушку:

– Почему ты меня об этом спрашиваешь? Ты видела, как меняется мужской орган?

«Как бы поосторожней все объяснить? Нельзя говорить, что я трогала мужской орган Сойера, иначе Асукар начнет ревновать». А девушке совсем не хотелось расстраивать милую славную Асукар.

– Я видела, как меняется мужской орган Сойера, Асукар. Он купался в ручье, и я случайно застала его там. Он меня не заметил, но прежде чем я ушла, его мужской орган из мягкого и маленького сделался вдруг большим и твердым. Я своими глазами видела это странное превращение и не поняла, в чем дело.

– Бедный Сойер, – Асукар улыбнулась, – ему так хочется переспать со мной! Когда ты застала его в ручье, он, наверное, думал обо мне, о моем теле и тех удовольствиях, которые я могу ему дать. Но я не передумала. Вот принесет золото, и тогда уж я постараюсь! Он никогда не забудет эту ночь. – Асукар мечтательно закатила глаза.