Патриция Поттер - Договор с дьяволом

— С первого выстрела, правда, Энди? А у меня ведь еще рука не прошла.

Энди, не замечая ее хмурого взгляда, добродушно усмехнулся. Она не хотела, чтобы Робин гордился меткой стрельбой. Она хотела, чтобы он побольше читал и писал и, может быть, чтобы он поступил в университет и выучился на кого-нибудь. Ники понятия не имела, как она сможет это устроить, — ведь дядя ее болен, как бы тщательно он этого ни скрывал.

Она вдруг почувствовала себя совсем покинутой и одинокой.

— Твой ястреб проголодался, — сказала она.

— Дьявол, ты хочешь сказать?

Она снова нахмурилась. Ей не нравилось вспоминать о прозвище Кейна О'Брайена. Ей хотелось, чтобы он всегда был таким, как тогда, на кухне. Она хотела, чтобы в памяти ее он остался джентльменом, а не разбойником.

— Я хочу сказать, что ты за него отвечаешь, — резко ответила она, и он недоуменно посмотрел на нее. Она всегда была с ним ласкова и все ему прощала. Он очень долгое время занимал почти все ее жизненное пространство; она помнила, как он крепко зажал ее палец в свой крошечный кулачок, как только родился, когда умирала их мать. Тогда она поклялась заботиться о нем. Для нее, восьмилетней девочки, это заменило игру в куклы. Впрочем, это было совсем не трудно, ведь пока ей не исполнилось двенадцать лет, Нат Томпсон нанимал домработниц. Роби был спокойным ребенком и во всем слушался сестру. Но теперь он становился мужчиной, и она не знала, как быть. Не знала, как ему помочь. И меньше всего она знала, как научить его отличать хорошее от дурного, поскольку сама не всегда улавливала эту грань.

Все свои знания об окружающем мире она почерпнула из книг. Честь — значит, верность и преданность. Ее дядя, безусловно, достоин зваться человеком чести за все, чем он пожертвовал ради них. А он пожертвовал многим. От нее не ускользали ни тоскливые взгляды, которые он иногда бросал в сторону гор, ни жадность, с которой он набрасывался на свежие газетные вырезки. Он был прирожденным бандитом, похожим на ястреба, которого нашел Кейн О'Брайен. Из-за них с Робином ее дяде пришлось сложить крылья, но они никогда не слышали от него ни слова упрека.

А сейчас он заболел. Она чувствовала, что болен он серьезно, и не могла покинуть его, даже ради Робина. Была еще одна причина. Здесь находился Кейн О'Брайен. Он уже стал частью Логовища. Он уедет — все они рано или поздно уезжают. Но, по крайней мере, в долине останутся воспоминания о нем. О его прикосновениях. О поцелуе. Ее первом настоящем поцелуе. Она не хотела думать, какими печальными станут эти воспоминания через несколько месяцев.

Она стряхнула с себя оцепенение. Пора возвращаться. Она не успокоится, пока не убедится, что с Кейном ничего не случилось. Она провела языком по губам и снова ощутила вкус его поцелуя. Она не знала, что это может быть так восхитительно.

— Пошли, Робин, — нетерпеливо сказала она. — Мистер О'Брайен уже встал на ноги. Может, он тебе еще что-нибудь расскажет про то, как воспитывал своего ястреба.

Глаза Робина сразу загорелись, как свеча в темноте. Он схватил освежеванную кроличью тушку.

Перебросив свою добычу через плечо, он опрометью побежал к дому.

— Спасибо, Энди! — крикнул он уже на бегу.

Энди улыбнулся:

— Он нашел себе нового героя.

— Надеюсь, лучшего, чем предыдущий, — сказала она, вспоминая братьев Янси.

Улыбка исчезла с лица Энди, но он ничего не сказал. Он просто вернулся к жаровне и раздул мехи.

— Мне заказали новые подковы.

— Что ты о нем думаешь? — спросила Ники.

— О Дьяволе?

Она кивнула.

— Не знаю, что и думать, — задумчиво произнес мужчина. — Ваш дядя уже задавал мне этот вопрос. Он как-то не вполне соответствует своей репутации, и меня это беспокоит.

Ники вдруг охватил леденящий ужас.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что он — ищейка? — Так ее дядя называл всех шерифов и полицейских. Двое из них уже пытались проникнуть в Логовище. Она узнала об этом только после того, как они исчезли. Ники не знала, что в точности с ними произошло, но в глубине души была уверена, что их нет в живых. Оружия у них не было, так что сопротивляться они не могли. О таких вещах она старалась не думать.

Энди покачал головой:

— Нет. После того последнего случая Нат стал особенно осторожным. Дьявол — и в самом деле тот, за кого себя выдает, но он не похож на других. Вот это меня и волнует.

— Почему? Ты тоже не похож на других.

Энди нахмурился:

— Может, даже больше, чем вы думаете. Но я всегда принимал все меры предосторожности. По-моему, Дьявол не таков. По-моему, ему нравится по уши влезать в… — он на мгновение запнулся и покраснел, — неприятности, — закончил он.

Ники хихикнула в кулак, забавляясь замешательством Энди. Она привыкла к излишне живописному языку Логовища, но Энди, Джеб и Митч старались сдерживать свой язык в ее присутствии. Справедливости ради стоило сказать, что им это не всегда удавалось.

— Наверное, ты не это хотел сказать.

— Я хотел сказать, не такой это человек, чтобы прятаться от этих….

Энди покраснел еще гуще, если это вообще было возможно, ругательство застряло у него в горле.

Она хотела снова хихикнуть, но поперхнулась. Она чувствовала, что Энди прав.

— Тогда почему?

— Да может быть масса причин. Женщина, например. Черт, да не знаю я. Просто как-то странно, вот и все.

Женщина? Она удержалась от побуждения провести рукой по волосам. Она не хотела, чтобы Энди видел, что она в замешательстве и нервничает. Конечно, тут должна быть женщина. И, возможно, не одна. Кейн О'Брайен — привлекательный мужчина, несмотря на шрам, а может, благодаря ему. К тому же он смел и дерзок — такие, считала она, нравятся женщинам.

— Я хорошенькая, Энди?

Она сама не знала, как у нее вырвался этот дурацкий вопрос. Глупо такое спрашивать. Что ему отвечать? Нет, вы — уродина. Ей захотелось убежать и спрятаться, как когда-то в детстве. Вместо этого она опустила глаза, чтобы он не видел ее лица.

— Ага, — добродушно произнес он. — Вы хорошенькая, как лютик, и улыбка у вас такая очаровательная.

В его голосе была не только доброта. Энди ее не обманывал, и это придало ей мужества.

— Хотела бы я иметь платье, — задумчиво произнесла она.

— Из-за Дьявола?

Она подняла голову и встретила его честный, взволнованный взгляд.

— Да.

— Будь осторожна, малышка. Тут можно наткнуться на подводные камни.

— Знаю, — прошептала она, но быстро отвернулась, чтобы не слышать, что еще он скажет, — она не хотела слушать его предостережения. Ей достаточно и тех, о которых вопил ее собственный внутренний голос.

* * *

Кейну не пришлось принимать решения. Не успел он протянуть руку к ящику, как увидел в окне приближавшегося к дому Робина. Он быстро запер замок и отодвинулся от стола. Проклятие.