Вирджиния Браун - Опасный маскарад

Кейд поймал себя на том, что опять размышляет об этой женщине, и резко встал с диванчика, заявив дедушке, что намерен уехать на несколько дней в горы.

Дон Бенито окинул его изучающим взглядом:

— Я знаю, что в последнее время ты частенько совершаешь по ночам верховые прогулки и возвращаешься только на рассвете. Любопытно, что побуждает тебя покинуть дом на этот раз — желание убежать от кого-то или же, напротив, стремление с кем-то встретиться?

— Ни то, ни другое, — пожав плечами, ответил Кейд. — Мне хочется побыть в одиночестве и поразмышлять о своей дальнейшей жизни.

— Право же, твой ответ меня удивляет, — заключил старик. — Раньше я не замечал за тобой стремления к уединению! Надеюсь, что к пятнице ты вернешься. К этому времени солдаты перепьются и будут не в силах продолжать поиски неуловимого разбойника.

— Я тоже так думаю, дедушка. Мне бы не хотелось попасть алькальду под горячую руку, — сказал Кейд и удалился.

Дон Бенито проводил его задумчивым взглядом и погрузился в печальные раздумья: странное поведение внука вызывало у него серьезные опасения.

Глава 10

Всю следующую неделю Лора тоже вела себя весьма странно: она то веселилась без видимой причины, то надолго впадала в грусть. В конце концов Карлотта посоветовала ей показаться врачу.

— Ерунда! — воспротивилась Лора. — Я просто слегка переутомилась. Кроме того, я не привыкла к скучной и однообразной жизни в провинции. Здесь ведь нельзя сходить в оперу или на веселую вечеринку. Нет, я не хочу сказать, что это вредно для моего здоровья! Просто мне потребуется время, чтобы привыкнуть к здешнему укладу.

Карлотта потеребила пальцами подол своего темного платья и вздохнула:

— Сейчас не то время, чтобы беззаботно развлекаться и веселиться, Лора! В Игере сложилась трудная и опасная ситуация. Если хочешь, мы можем совершить путешествие в Лос-Анджелес, там совершенно иная атмосфера. Раньше я часто ездила туда со своими родителями, мы ходили по фешенебельным магазинам, где продаются французские товары, посещали интересные места. Нужно лишь уговорить твоего отца отпустить нас.

— Было бы просто превосходно! — с восторгом поддержала предложение мачехи Лора, растроганная до глубины души и впервые испытывая к ней искреннее, сердечное расположение.

Карлотта заговорщически подмигнула ей и доверительно добавила:

— Думаю, что нам удастся его уговорить, если мы постараемся.

Они рассмеялись и начали обсуждать план своего путешествия.

Уговорить Филиппа Аллена отпустить их в Лос-Анджелес оказалось весьма непросто: он долго отговаривал их от затеи, опасаясь, что по дороге они подвергнутся нападению неуловимого Мстителя, однако в конце концов сдался. Решающую роль сыграли два веских довода его супруги: назревшая необходимость сделать кое-какие хозяйственные покупки и не выполненное Филиппом обещание отвезти ее к родственникам. Карлотта с милой улыбкой заметила, что грех упускать возможность убить одним выстрелом двух зайцев сразу и совместить полезное с приятным.

Филипп нанял для их сопровождения шестерых охранников.

Серита начала собирать для Лоры чемоданы.

— По-моему, в такой вещице вы будете смотреться великолепно на любом торжестве, донья Лора, — обратила внимание служанка на темно-зеленое платье Лоры с глубоким вырезом на груди и пышными ажурными рукавами. — Нужно лишь добавить к нему шейный платок, ради приличия.

Лора наморщила носик:

— Платок испортит все впечатление, Серита! Однако мне придется его надеть, раз того требуют неписаные правила хорошего тона. Все-таки мы живем не в Париже! Впрочем, даже в Новом Орлеане женщинам дозволено демонстрировать свою бархатистую кожу. Увы, в Лос-Анджелесе такая вольность пока еще недопустима.

Серита положила платье в саквояж и с отвращением уставилась на корсет, который считала орудием пытки.

— Зачем вам нужно так сильно затягиваться этой жуткой штуковиной, донья Лора? — с тяжелым вздохом спросила она. — Ведь вы и без нее слишком изящны! Не понимаю, как вам удается в ней дышать? Какому здравомыслящему кавалеру понравится сеньорита, не способная дышать полной грудью? Вряд ли мой Хуан пришел бы в восторг, если бы я разговаривала с ним шепотом и задыхалась, поднимаясь на холм!

Лора расхохоталась и, окинув взглядом свой гардероб, с грустью заметила:

— Если я не надену корсет, я не сумею надеть ни одно свое платье. Так что боюсь, что мне придется продолжать носить его, пока я не куплю себе новые наряды.

— Но у доньи Карлотты в сундуке полно разнообразной ткани, кружев и шелковых лент, равно как и кожи на новые туфли! И до вашего отъезда Тереза вполне могла бы успеть сшить вам новое платье, в котором вам было бы легко дышать! — предложила Серита.

Идея пришлась Лоре по душе, и в течение оставшихся до отъезда трех дней домашние портнихи с утра до позднего вечера шили новые наряды не только для нее, но и для Карлотты. Больше других Лоре понравилось темно-бордовое вечернее платье с пышными рукавами и узкой талией. Серита его тоже одобрила, Карлотта нашла такой фасон чересчур смелым, а Филиппу платье вообще не показали, чтобы не шокировать его глубоким декольте, которое можно было прикрыть кружевными шалями, носившими в Калифорнии.

Лора уже предвкушала удовольствие от предстоящего вояжа и радовалась, что какое-то время не будет видеться с Кейдом Колдуэллом, который выводил ее из душевного равновесия даже сильнее, чем царившая в Игере скука.

Однако случай свел их с Кейдом еще до ее отъезда в Лос-Анджелес. Встреча произошла на проводившемся в городе состязании в искусстве верховой езды, куда Карлотта попросила Лору проводить ее.

— В нем участвует мой кузен Альфредо, ты не пожалеешь, что поедешь со мной, — заверила она Лору.

Когда они приехали на место соревнования, там уже собралась толпа зрителей. Карлотта представила падчерицу своим друзьям и знакомым. Имен большинства из них Лора не запомнила, но от натянутых улыбок и вежливых приветствий у нее вскоре свело скулы. Вокруг царила праздничная атмосфера, и даже присутствие на турнире солдат не могло испортить собравшимся настроение. Стоило Лоре заметить в толпе Кейда Колдуэлла, как у нее участилось дыхание и екнуло сердце. Она притворилась, что не видит его, и отвернулась. Восседая на своем арабском жеребце, он сам подъехал к Лоре и Карлотте и самым любезным образом их приветствовал, сняв с головы широкополую шляпу:

— Рад вас снова видеть, милые дамы! Зрелище обещает быть занимательным! Вы останетесь здесь до конца состязания?