Мэдлин Хантер - Леди греха

– Прошу прощения, но я должна вернуться к Флер. Может, вы проводите меня до лестницы, мистер Найтридж?

– Да, конечно, – кивнул Натаниел. Покидая комнату вместе с Шарлоттой, он ожидал самого худшего, ожидал вспышки гнева и обвинений в свой адрес.

Но никаких обвинений не последовало. Прислонившись спиной к закрытой двери, Шарлотта прикрыла глаза, и из груди ее вырвался вздох; было очевидно, что она ужасно устала и едва стоит на ногах.

– Вы нездоровы? – спросил Натаниел. – Позвольте мне позвать Леклера и…

Шарлотта покачала головой:

– Нет-нет, со мной все в порядке. – Открыв глаза, она продолжала: – Просто очень тяжело спускаться вниз час за часом, когда нет никаких утешительных новостей. Мы с Пен спускаемся по очереди и с ужасом ждем боя часов.

Натаниел не знал, что сказать. Никогда еще не чувствовал он себя таким беспомощным.

– Не сомневаюсь, что с миссис Дюклерк все будет хорошо. Ведь такое при родах случается, не так ли?

Шарлотта направилась к лестнице. Натаниел шел с ней рядом. У нижней ступеньки она остановилась и вновь заговорила:

– Флер все слабеет, но держится стойко. А Данте ужасно переживает. Смотреть на него просто невыносимо…

– Мое вторжение невозможно извинить, миледи. Если вы рассердитесь, то будете правы. Конечно, не имеет смысла упрекать меня, но даже если вы так поступите, то я не стану защищаться.

– Но я вовсе не сержусь на вас – напротив, я рада вашему приезду. Увидев вас, я сначала подумала, что это Леклер послал в Лондон за кем-нибудь из друзей. Однако из ваших слов следует, что вы прибыли сюда не по просьбе Леклера.

– Да, вы правы. За мной не посылали.

– Но я все-таки надеюсь, что вы останетесь, – сказала Шарлотта. – А когда все это… закончится, мы с вами подольше поговорим.

– Как тебе удалось вынести это четыре раза? – пробормотал Данте.

– Сам не понимаю. – Леклер не отрывал глаза от книги, с которой уселся на софу. Все остальные также делали вид, что заняты чтением.

– С опытом становится легче?

– Нисколько. – Леклер покачал головой.

– Ох, черт побери…

Уже несколько часов ни одна из женщин не появлялась, и мужчины, сидевшие в библиотеке, ужасно нервничали.

– Прошло уже довольно много времени, – пробормотал Натаниел.

– Не так уж много. – Виконт наконец-то оторвался от книги.

Однако все прекрасно понимали, что для беспокойства есть основания. С тех пор как за Шарлоттой закрылась дверь, прошло четыре часа. Четыре часа тягостного ожидания.

Натаниел мало знал Флер Монли, вышедшую замуж за Данте в прошлом году, но и он очень переживал за нее.

Сделав очередной глоток бренди, Данте что-то пробормотал себе под нос и вдруг, размахнувшись, запустил книгой в стену. Леклер даже не взглянул на него.

– Сколько же времени должно пройти, чтобы ты начал беспокоиться?

Виконт пожал плечами:

– В таких случаях время не имеет значения. Я попытаюсь не волноваться, пока для этого нет серьезных оснований.

– А у тебя были когда-нибудь серьезные основания?

Леклер медлил с ответом.

– Да, пожалуй. С Эдмундом.

– Не понимаю, почему нам нельзя подняться наверх! – в негодовании заявил Данте.

– Никто ведь не заставляет нас оставаться здесь.

– Но мне было сказано, что я не могу находиться рядом с ней.

– Ты имеешь в виду в комнате, где происходят роды? У меня, например, нет желания идти туда. У Хэмптона и Найтриджа – тоже. Я прав, джентльмены?

– Пойду только я, муж.

– Вам это вряд ли удастся, – возразил Хэмптон. – Повитуха с доктором вас ни за что туда не пустят.

– Он прав, Данте, – сказал Леклер. – Ведь миссис Браун уже несколько раз говорила, что мужья в таких случаях серьезная помеха. К тому же от нас якобы никакой пользы.

– Черт побери, но если я плачу ей, то я могу иметь право голоса.

– Ты так считаешь?

– Разумеется.

– Ты не совсем прав, Данте. Конечно, тебя постоянно должны информировать о происходящем, но не более того.

– Так почему же они не информируют? Черт бы их всех побрал!

– Найтридж, налейте ему еще бренди.

Данте ударил кулаком по столу.

– Я сейчас же поднимусь туда и выясню, что там происходит. С ними Уилер. Он пустит меня.

Поднявшись на ноги, Данте вышел из библиотеки. Леклер вздохнул и повернулся к Натаниелу:

– Найтридж, идите за ним, хорошо? Мое присутствие будет только раздражать его. Когда повитуха расправится с ним, принесите нам его останки.

Данте перепрыгивал через две ступеньки, и Натаниел едва поспевал за ним. Приблизившись к комнате, где находилась Флер, оба остановились.

В конце коридора сидел в кресле немолодой мужчина, читавший газету при свете лампы. Приветливо улыбнувшись, он снял очки и проговорил:

– Хорошо, что вы пришли, Дюклерк. Поможете мне скоротать время.

– Черт побери, что вы здесь делаете, Уилер?

– Жду. – Доктор указал на газету: – Здесь пишут, что некоторые акции снова подскочили. Не исключено, что вы скоро разбогатеете и увеличите мой гонорар.

– Не понимаю, почему я вообще должен платить вам, – проворчал Данте. – Я привез Флер в Леклер-Парк, чтобы вы наблюдали за ней. А вы только газеты читаете.

– А больше делать нечего. Никому. Поэтому все убивают время как могут. Виконтесса, например, переписывает ноты, баронесса читает, а ваша жена вяжет носок из шерсти.

В этот момент из-за двери донесся протяжный стон. Уилер улыбнулся:

– Ничего страшного. Так и должно быть между схватками.

– Значит, все в порядке? – спросил Натаниел, стараясь, чтобы его вопрос прозвучал как утверждение.

– Разумеется, – ответил доктор после некоторого колебания.

За дверью снова застонали, на сей раз еще громче. Данте смертельно побледнел.

– Что там происходит, Уилер?

Улыбка Уилера померкла.

– Видите ли, боли начались уже давно. К тому же она очень устала и потеряла много сил. Но не волнуйтесь, все будет хорошо, просто это продлится дольше, чем обычно. Так часто случается, когда рождается первый ребенок, и в таких случаях остается только ждать. – Доктор ненадолго умолк, затем добавил: – Но если ожидание затянется, то я пошлю за хирургом, и, возможно, мы воспользуемся инструментами.

«То есть все не так уж хорошо, – подумал Натаниел. – Шарлотта несколько часов назад выразила такое же мнение».

– Я войду, – решительно заявил Данте.

– Дюклерк, не надо этого делать, – попросил Натаниел.

– Это не будет приветствоваться. Там даже меня едва терпели, – сказал Уилер.

– Все равно я войду, черт побери! – Данте повернул ручку двери и вошел.

Натаниел заглянул в комнату через плечо молодого мужа.