Бренда Джойс - Неукротимое сердце

— Как умерла твоя первая жена? Джек отложил в сторону кусок мяса.

— При родах.

Кэндис представила себе его жену — смуглое эфемерное создание. Ревность стеснила ей грудь.

— Ты все время жил с этим племенем?

— Нет.

— Но…

Джек с раздраженным видом поднялся.

— Я ушел из племени три года назад.

Кэндис понимала, что нужно оставить его в покое, однаконе удержалась:

— Почему?

Он посмотрел на нее:

— То, что мы спим вместе, не дает тебе права лезть ко мне в душу.

Кэндис возмущенно отвернулась. У нее было такое чувство, словно она получила пощечину. Джек отшвырнул еду и зашагал в сторону леса.

Глава 35

Джек долго бродил по лесу, погрузившись в мрачные раздумья. Гнев его остыл. Он не ожидал, что сорвется, и теперь сожалел о своей вспышке. Сердце его болезненно сжималось, когда Джек думал о минувшей ночи, о Кэндис, ласковой и податливой в его объятиях, о ее улыбке, предназначенной только ему. Джек не хотел терять Кэндис. Видят боги, скоро им и так придется расстаться. Разве не потому он тянет с отъездом, что не в силах отпустить ее?

Только после полуночи Джек вернулся в лагерь. Сердце его сжималось от тревоги, что не будет ему прощения от Кэндис. Войдя в вигвам, он поставил фонарь на землю. Увидев ее напряженную спину, он понял, что она не спит.

— Кэндис?

Она повернулась к нему залитым слезами лицом. Джек опустился на колени подле нее.

— Ты хоть понимаешь, что тебя не было полночи? — выкрикнула Кэндис.

— Я делал вот это. — Джек протянул ей плетеную головную повязку.

Кэндис взглянула на ленту из голубых, красных и серых волокон с вплетенными в них серебристо-золотыми перьями.

— Прости меня, — мягко сказал он. Кэндис взглянула на него, затем на повязку.

— Как красиво!

— Я не хотел ссориться с тобой. — Джек коснулся ее лица. — Любовь моя…

Кэндис, словно только этого и ждала, подалась к нему. Джек притянул ее к себе, крепко обнял и закрыл глаза. Повязка упала на землю.

Кэндис обхватила Джека за шею и, прильнув к его губам в неистовом поцелуе, опрокинула его на спину. Стоя на коленях, она целовала Джека и покусывала, прижимаясь затвердевшими сосками к его груди. Затем опустилась на его живот, быстро и ритмично задвигавшись.

Джек застонал. Он смотрел на ее прекрасное лицо, полуоткрытые губы и разметавшуюся гриву волос. Впервые в жизни женщина атаковала его с таким пылом. Потянувшись вниз, Кэндис занялась шнуровкой его брюк. Джек застонал, когда она направила в себя его набухший ствол и опустилась сверху.

Голова его шла кругом, сердце гулко колотилось. Он быстро приближался к завершению. Выгнувшись, Джек закрыл глаза и исторг горячее семя в ее жаждущее лоно.

Когда он пришел в себя, Кэндис все еще сидела на нем, раскрасневшаяся и немыслимо прекрасная, наблюдая за ним при свете фонаря.

Глава 36

Хаука метался в жару десять дней. Но одиннадцатые сутки наступил перелом, и стало ясно, что он поправится.

Все это время Джек и Кэндис вели себя так, словно будущее никогда не наступит.

После первого неудачного опыта они старались избегать тем, которые могли привести к ссоре. Кэндис больше не спрашивала о прошлом Джека и не упоминала о своей семье. Они регулярно справлялись о состоянии здоровья Хауки, благодаря судьбу за каждый день отсрочки. Днем Кэндис помогала женщинам в их повседневных заботах, а Джек отправлялся на охоту. Ночи они проводили вместе, предаваясь безумной страсти. Как будто каждая ночь была последней.

Джек бросил камень через ручей. Он ощущал стеснение в груди, словно ее сжимал железный обруч.

Пора вернуть Кэндис домой, родным и близким. Разве не для этого он женился на ней? Разве не этого требуют от него честь и совесть? Джек не собирался делать Кэндис своей и никогда не думал, что встретит с ее стороны столь пылкий отклик. И даже не мечтал о том, что их свяжут такая страсть и близость. А если говорить о нем, то и любовь.

Джек думал о тех мгновениях, которые они провели вместе, по большей части занимаясь любовью. Были и другие моменты, когда она готовила ему еду или штопала его одежду. Он вспомнил, как Кэндис шутила и кокетничала, как играла с детьми. Она знала каждого по имени и могла рассмешить даже самых маленьких. Джек представил себе Кэндис с его детьми, и надежда, горячая и неистовая, вспыхнула в его сердце. У него есть шанс. Если Кэндис ждет ребенка, она согласится остаться с ним.

Кэндис сидела на коленях, помешивая кипевшее в котелке рагу. В числе прочего она научилась хорошо готовить. Волосы, заплетенные в одну толстую косу — столь непривычную для индианок прическу, — были перехвачены на лбу лентой, которую сплел для нее Джек. Он смастерил Кэндис такие же серьги, и они покачивались, переливаясь яркими красками, отсвечивая серебром и золотом. Несмотря на светлые волосы, она выглядела как прилежная жена воина — его жена. Джек улыбнулся.

Кэндис подняла глаза и просияла.

— Джек, как ты вовремя! Иди сюда и попробуй. Скажешь, чего не хватает.

Опустившись на колени, он взял ее за плечи.

— Кэндис, у Хауки спал жар.

Ее улыбка померкла. Джек поднял ее на ноги.

— Нам нужно поговорить.

Кэндис нервно прикусила губу, не сводя с него расширившихся глаз. Она ощущала леденящее душу отчаяние.

— Видимо, пора возвращаться, — сказала Кэндис, и ей захотелось умереть при мысли о реакции родных на ее возвращение.

— Не обязательно, — тихо возразил Джек, наблюдая за ней. Глаза Кэндис сверкнули.

— То, что я здесь застряла, — запальчиво произнесла она, — еще не значит, что я согласна быть твоей любовницей.

Джек замер. Его мир покачнулся.

— Ты моя жена.

— Что? — изумилась она.

— Я не говорил тебе, не было повода, но по законам апачей мы женаты.

Кэндис отшатнулась.

— Я не верю тебе.

— Это правда. Я предложил за тебя дары, они были приняты, мы живем в одном вигваме — больше ничего не нужно для брака.

Кэндис прижала руку к лихорадочно бьющемуся сердцу. Значение его слов со всеми ужасающими последствиями не сразу дошло до ее сознания. Она подняла на Джека испуганный взгляд:

— Но я не индианка, и законы апачей ничего не значат для меня.

Залившись краской стыда, она представила себе, какой разразится скандал. Кэндис словно слышала голос Милли Хендерсон: «Кэндис вышла замуж за полукровку». Отец и братья будут потрясены и шокированы.

Стиснув зубы, Джек смотрел на нее и видел, как рушатся его надежды. В отчаянии он схватил Кэндис за руку.

— Ты моя жена, согласна ты с этим или нет. Ты не обязана возвращаться. Останься со мной! Мы уедем в Калифорнию. Или куда захочешь. Мы…