Дженис Лэйден - Нечаянная страсть

– О Морайя, взгляни на эти кружева! Как ты думаешь, они пойдут к моему платью? – воскликнула Тэсс, осторожно касаясь превосходного белого полотна брюссельской работы. Оно лежало на прилавке между рулонами золотистой материи и превосходного крепа.

Сестры стояли в дальнем конце магазина, за довольно высокой витриной, украшенной страусовыми и павлиньими перьями, горжетками и эгретками, и были полностью скрыты от глаз покупателей. Морайя разочарованно вздохнула, глядя на прекрасные ткани и кружева. Тэсс отличалась превосходным вкусом, и Морайе очень хотелось побаловать сестру, но денег на всю эту роскошь у нее не было. Тэсс не заблуждалась насчет брюссельских кружев, которые с трепетом держала в руках. У Морайи не хватило сил разрушить мечты девушки.

– О, они наверняка очень дорогие, Морайя, – проговорила Тэсс. – Нужно узнать цену у мистера Эндикотта, и если это нам не по карману, ограничимся шелковыми лентами и, может быть, одной-двумя розетками. Понимаешь, прямо под высоким лифом?

Морайя посмотрела на сестру с искренним изумлением и тепло улыбнулась. Значит, Тэсс не такая, как их мать.

Едва она успела об этом подумать, как по другую сторону витрины с перьями послышались голоса. Морайя никогда не подслушивала чужие разговоры, но сейчас невольно притихла и посмотрела на Тэсс. Та тоже насторожилась.

– О, мама, все отлично знают, что мой выход в свет уже состоялся во время последнего лондонского сезона. И я просто не понимаю, почему должна явиться на бал в белом муслине. Мне не нравится этот безжизненный цвет, и я выгляжу в нем не лучшим образом, – донесся до сестер высокий голос Оливии Кроули.

– Что за разговоры! Ты очень красивая девушка, Оливия, что бы ни надела. По-моему, самое главное – подчеркнуть твою молодость. Конечно, твой первый выход состоялся, но это не значит, что нужно напоминать об этом людям. Ведь ты еще не помолвлена. Ума не приложу, почему у тебя ничего не получилось с маркизом Рексфордом. – Леди Кроули умолкла, а Тэсс едва сдержала смешок. Морайя тоже усмехнулась. Леди Кроули продолжала: – Вот если бы ты была понастойчивее с Рексфордом… ведь вода камень точит… Виконт, разумеется, не маркиз, но нам вполне подойдет и Роан.

Услышав это, Морайя похолодела. Господи, хоть бы Тэсс не заметила ее состояния.

– Но вы же знаете, мама, что он вовсе не собирается жениться, – возразила Оливия. При этих словах Морайя испытала невыразимое облегчение, впрочем, тут же сменившееся чувством досады. Думал ли Роан о браке с ней? – И все говорят… – продолжила было Оливия, но мать остановила ее.

– Не перебивай, Оливия. Это невоспитанно и даже неприлично, – вспылила леди Кроули. – Я прививала тебе хорошие манеры и требую, чтобы ты меня слушалась. Уверяю тебя, его намерения ровно ничего не значат. В белом платье ты будешь истинным воплощением чистоты, дорогая. Уверяю тебя, ты очень привлекательная девушка, и я… весьма тщательно составила список приглашенных, заботясь о том, чтобы у тебя не было конкуренток. Виконт встречался с тобой несколько раз в Лондоне, значит, не может тебя не заметить. Ему придется сосредоточить внимание на тебе.

– Вы, кажется, забыли о Лэндонах, мама.

– Ничего я не забыла. Конечно, мне пришлось пригласить местную знать, но о них ты можешь не думать. Морайя Лэндон не вызовет интереса у виконта Роана. Она довольно невзрачная девушка, да к тому же ее отец почти промотал свое состояние…

Тэсс стиснула руку Морайи, но та лишь покачала головой и через силу улыбнулась. В конце концов, леди Кроули говорила чистую правду.

– Зато Тэсс очень красивая, мама.

– Возможно, но она еще ребенок. Роан – опытный мужчина, и ему не нужна неопытная, не выходящая в свет девушка. Уверена, не в счет и Тереза, хотя, признаюсь, меня покоробило, что твой отец так настойчиво просил включить ее в список гостей. Порой он проявляет какое-то странное представление о гостеприимстве. Кроме того, у меня есть причины полагать, что виконту скоро придется подумать о браке.

– Но он уже…

– Видишь ли, – продолжала леди Кроули, перебив дочь. – Я… э-э… слышала, как твой отец говорил о том, будто граф Уэстмейкотт, дядя Роана, желает, чтобы его племянник занял место в палате лордов. А твой отец мог бы составить ему протекцию в мире политиков. Нет, Оливия, я настаиваю, чтобы ты надела белое муслиновое платье. Можешь добавить немного кружев на юбку. И, пожалуй, нужно купить несколько страусовых перьев для моей новой шляпы без полей. Дай-ка я взгляну… платье у меня пурпурного цвета, значит…

– О, мама, я до смерти устала от всех этих покупок, – заныла Оливия, и Морайя подумала о том, сколько всего они накупили. – Может, сначала выпьем чаю? От тряски в этом проклятом ландо у меня разболелась голова. Экипажу всего около двух лет, но я не понимаю, почему отец не видит, что рессоры следует…

Морайя и Тэсс едва не разразились хохотом. У Морайи стало легче на душе, когда мать с дочкой направились к выходу, не переставая оживленно болтать.

Морайя подождала, пока они удалились.

– Да, мисс Биллингсли всегда говорила, что те, кто подслушивает, плохо слышат себя, – пробормотала она и увидела на лице Тэсс такое сочувствие, что рассмеялась. – Нет, я имею в виду не то, что они про нас говорили. Просто неприятно слушать, когда о тебе говорят как о корове, выставленной на аукцион. Ну да ладно, не будем слишком в это вдаваться, – добавила она, стараясь привлечь внимание Тэсс к разложенным перед ними товарам. Однако Морайю не оставляла мысль о том, что политические и брачные планы Роана никоим образом с ней не связаны.

Выйдя из магазина на залитую солнцем улицу, они встретили миссис Шуп. Морайя долго ее не видела и тепло улыбнулась этой леди.

– Морайя, Тэсс! – воскликнула миссис Шуп своим мягким, мелодичным голосом. – Надеюсь, у вас все в порядке? – Этой невысокой изящной даме приходилось смотреть на них снизу вверх.

– О да, у нас все прекрасно! – ответила Тэсс, а Морайя только кивнула и опустила глаза. Оказывается, обманывать миссис Шуп гораздо труднее, чем сестру или экономку.

– Морайя, вы… то есть… – озабоченно обратилась к девушке миссис Шуп, и та заставила себя посмотреть ей в лицо.

– У меня все в порядке, миссис Шуп, – тихо ответила она и, пытаясь придать легкость своему тону, добавила: – Ваша шляпка просто очаровательна. И вам очень идет розовое.

«Так оно и есть», – подумала она. Этот цвет сообщал особую мягкость ее чистому и свежему лицу. Правда, оно не отличалось красотой, но, несмотря на ее возраст, дышало почти девической мягкостью, а легкие морщинки вокруг глаз и рта создавали впечатление улыбки. Рыжевато-каштановые волосы, собранные в пучок, и выбившиеся из него локоны подчеркивали моложавость миссис Шуп.